Пахнет смертью, я бы сказал.
Через некоторое время зажглась спичка. Она освятила Артура, стоящего у дальнего угла комнаты.
— Да-а-а уж, — произнёс он.
— Артур? — сказала Эмили. — Что там?
— Тут паренёк.
— Что? — спросил я.
— Мёртвый паренёк.
— Боже мой! — вздохнула Эмили.
— И он тут без бот.
— Без чего? — спросил я.
— Подойди сюда и взгляни сам, Декстер, это в твоём стиле, я имею ввиду ту дрянь, что ты чирикаешь в своих книжках, если конечно у тебя кишка не тонка столкнуться нос к носу с настоящей мертвечинкой.
Я уже сделал первый шаг, как Эмили остановила меня.
— Я только посмотрю, — сказал я, — подожди тут.
— Будь осторожен, дорогой.
— Пока я медленно пробирался по комнате к Артуру, спичка потухла.
Остановившись, я воскликнул:
— Я ничего не вижу.
— Используй своё обоняние, старый бродяга, — посмеялся Артур.
— Артур! — громко сказала Эмили.
Он снова засмеялся. Через некоторое время загорелась ещё одна спичка. Я поспешил в его сторону, пока он прикуривал свою трубку. Аромат хорошего табака быстро смешался с запахом тухлятины. Спичка уже догорала к тому времени, как я приблизился к нему.
Развалившись на полу, лежало всё то, что осталось от человеческого тела. Артур, по своему обыкновению, назвал это пареньком. Его одежда сгнила, как и большая часть плоти, открытая часть гнили оставалась на костях, череп же отсутствовал вовсе. Пока я тупо смотрел перед собой, трубка Артура успела погаснуть. Сладкий аромат дыма быстро проиграл свою позицию, уступив место запаху гнили. Задыхаясь и кашляя, я побежал в сторону двери. Эмили быстро отстранилась, я спрыгнул с крыльца. Вдохнув свежий воздух я смог совладать с постыдным желанием показать всё то, что болталось у меня в желудке моей дорогой жене.
Артур был в экстазе от этой ситуации.
Последующие десять минут были потрачены им на то, чтобы посмеиваться и кидать в мою сторону комментарии, наподобие: "Железный у тебя желудок, Декстер", до тех пор пока он убирал труп. Он вынес его голыми руками за несколько раз и швырнул в кусты, на расстоянии приблизительно сотни метров от хижины. Закончив, он взглянул на нас и улыбнулся, похлопывая руками, как человек, который только что заготовил большую дровяницу с поленьями.
— Вот и всё, — проговорил он.
— Но где же его голова? — спросила Эмили.
— Я думаю, что он потерял её где-то.
— А может быть она всё ещё в хижине?
— Да, там ужасно темно, — добавил я.
— Я сейчас ставни сниму, лучше б там проветрить.
Всё ещё посмеиваясь, он забрался на крыльцо и пошёл внутрь. Через несколько мгновений выглянул и сказал:
— К сожалению, головы паренька тут нет.
— Да, я не думаю, что смогу сегодня уснуть, — сказала Эмили.
* * *
Именно тогда мы начали обсуждать идею о том, чтобы покинуть хижину. Я был только "за".
Давайте убираться отсюда, пока есть возможность и дневной свет.
"И наши головы", — подумал я, но оставил этот аргумент при себе.
Но ведь мы только пришли, дорогой дружок.
— В комнате хижины лежал труп мужчины, — напомнил я ему. Если учитывать, что это действительно был мужчина, хотя мы не были до конца в этом уверены. Судя по состоянию тела он умер не своей смертью, я не хочу чтобы Эмили находилась в таком месте.
— Ай, Декстер, — сказал Артур, — он откинулся уже довольно давно.
— Сомневаюсь, что очень давно, мясо на костях всё ещё присутствует.
— Не стоит об этом, — сказал Артур с ухмылкой.
Сжимая мою руку, Эмили произнесла:
— С меня хватит, дорогой, дорога вконец меня вымотала. Давай хотя бы переночуем здесь одну ночь и передохнём, поспим на улице под звёздами, а завтра утром решим оставаться здесь или повернём обратно.
— Браво! — воскликнул Артур, — голос разума.
— И всё же я думаю, что нам не стоит тут оставаться, — проговорил я.
Осклабившись, Артур похлопал меня по плечу и сказал:
— Не волнуйся, бедный мальчик, я смогу защитить тебя.
* * *
Я крепко спал в ту ночь, когда Эмили потрясла мою руку и прошептала:
— Декстер! Декстер!
— Что случилось? — спросил я.
— Ты слышишь это?
Я прислушался и услышал тихое "пфуп-пфуп-пфуп". Было похоже на хлопанье огромных кожаных крыльев. По дороге к хижине мы много раз слышали подобные звуки, но они были далеко, сейчас же они приближались всё ближе.
Я положил руку на Эмили и сказал:
— Не двигайся, тише.
— Я должна предупредить Артура.
Мы разложили наши спальные мешки неподалёку от хижины. Артур дал нам возможность остаться с Эмили наедине. Его спальный мешок лежал на расстоянии тридцати метров от нашего. При лунном свете я видел его очертания. Было видно, что он не двигается.
Чудовищное хлопанье всё приближалось, становилось всё громче и громче.
— О, Господи Боже, — прошептала Эмили.
Я закричал:
— Артур! Посмотри наверх.
Он вскочил, набирая в лёгкие воздух. Мы все вскинули наши головы и всмотрелись в небо.
Хоть я и пытался различить хотя бы что-нибудь, я мог видеть только очертания крон и веток тёмных деревьев.
Прокричав:
— Ей Богу, что это за хрень! — Артур вскинул дробовик.
Чудовищный писк поразил мой слух. Над Артуром раскинулось большое тёмное пятно.
Вспышка света от выстрела дробовика осветила Артура и этого монстра. Эмили пронзительно закричала. Артур был готов стрелять ещё и вскоре возникла ещё одна вспышка яркого света. Я был ослеплён и не увидел, что с ним стало. Всхлипывая и сотрясаясь всем телом, Эмили прижалась ко мне. Через долю секунды, держась в обнимку, мы поднялись на ноги и подбежали к спальному мешку Артура. Его дробовик лежал на земле неподалёку, но самого Артура видно не было.
* * *
Мы с Эмили провели остаток ночи в хижине. Я курил трубку Артура по большей части, чтобы перекрыть остатки ужасной вони, а также потому что периодически клевал носом. Мы как могли обезопасили все проходы в хижину: забаррикадировали окна ставнями и дверной проём входа куском мебели, что нашли в комнате. Эмили лежала на полу. Её голова покоилась на моём колене. Рядом лежал дробовик Артура, готовый дать отпор чему бы то ни было. Во время томительного ожидания рассвета я думал о многих вещах. Среди всех моих мыслей меня поразило то, что я наконец получил то, что хотел — время, которое мы проводили с Эмили наедине, без Артура.
"Как иронично", — подумал я.
Теперь когда его не было с нами, на романтику меня совсем не тянуло. Я также подумал о том, что моё желание было довольно эгоистичным и закончилось для Артура совсем плохо.
Меня мучила совесть некоторое время и всё же я
