Знал, конечно, что от тебя многого ожидать можно, но такое… – офицер покачал головой, окидывая парня настороженным, цепким взглядом, словно прикидывая, куда бы затолкать его подальше.
– Так ведь ничего нового тут нет, – развёл Мишка руками. – Такие шутихи ханьцы испокон веков запускали. Только корпуса из бамбука делали. А так всё такое же: порох, корпус и холостой патрон малого калибра. Он тот порох и поджигает.
– Угу, а падая, взрывается так, что костей не соберёшь, – мрачно хмыкнул контрразведчик. – Значит, так, Михаил. Больше таких штук ты не делаешь. Вот есть одна, и хватит.
– Это как же? – тут же возмутился атаман. – А ежели хунхузы попрут?
– А ежели такое орудие им в руки попадёт? – ощетинился офицер.
– А вот это хрена с два, – огрызнулся казак. – Я к этим мортирам лучших бойцов в охрану поставлю. Так что ещё пару штук точно делать станем.
Заметив, как окаменело лицо контрразведчика, Мишка быстро прикинул кое-что и, тряхнув головой, ответил, гася зарождающийся спор в зародыше:
– Две много будет. Мы столько мин наделать не сможем. Не успеем просто. Ещё одну мортиру и полсотни снарядов. И то если вы, Сергий Поликарпович, сумеете ещё пороху и динамиту достать. Да и капсюлей не помешает. Ну и патронов малого калибра, само собой.
– Всё будет, Миша, – отмахнулся атаман. – Нам такие мортиры как воздух нужны.
– Ладно. Пусть ещё одна будет, – помолчав, согласился контрразведчик, едва не скрипя зубами. – А вообще, Михаил, давай с тобой так договоримся. Как только у тебя очередная идея появится, сначала со мной её обсуди. А то ты таким макаром такого напридумываешь, что чертям тошно станет. Нам только международного скандала тут не хватает.
– Защита отечества, Владимир Алексеевич, границ не имеет, – решившись, заявил Мишка, внимательно отслеживая его реакцию. – И любая моя задумка, способная это дело улучшить или облегчить, будет воплощена в жизнь. Вы уж не обессудьте, но мне мои близкие важнее, чем все иностранные государства, вместе взятые. А на скандалы мне плевать с высокой колокольни. Чиновники войну на бумаге видят. А мы тут своими глазами. Если надо, могу вас на кладбище сводить.
– Понимаю, – помолчав, кивнул офицер. – Твоя месть хунхузам давно уже местной притчей стала. Но и ты меня пойми. Нет у нас на вооружении такого оружия. И как прикажешь результаты использования генерал-губернатору объяснять?
– Похоже, премии мне как своих ушей не видать, – не удержавшись, поддел его парень.
– А вот этого я не говорил, – рассмеялся контрразведчик. – А вообще, ты прав. Давно пора было провести перевооружение казацкого воинства, да всё руки не доходили. Да они и сами неплохо справлялись, – закончил он, подмигнув насупившемуся атаману.
– Вот пусть так и дальше будет, – нашёлся Мишка. – Нам, главное, не мешать. А с остальным мы справимся.
– Это верно, – невесело усмехнулся казак.
– А вообще, ты меня крепко удивил, Миша, – снова вздохнул офицер. – И винтовки, и гранаты, и мортира эта твоя… Страшно подумать, до чего ещё ты додуматься можешь.
– Ежели совсем туго станет, я такого напридумываю, что хунхузы собственной тени бояться станут, – зло оскалился парень. – Есть у меня ещё идеи. Но те задумки я делать стану только в крайнем случае. Уж больно там всё неприятно, – нехотя признался он, вспомнив про противопехотные мины.
– Вот и не делай, – поспешил осадить его буйную фантазию контр разведчик. – Как-нибудь и без них справимся.
– Знаю я, как наши генералы справляются, – не сумел промолчать Мишка.
– Михаил! – одёрнул его офицер. – Не надо произносить того, о чём потом пожалеть придётся.
– Ладно, молчу, – скривился парень.
Атаман, слушая их разговор, хлопнул парня по плечу и, широко улыбнувшись, заявил:
– Не грусти, Миша. С Дону выдачи нет. А твои задумки мы сами пользовать станем. А казацкому воинству все чиновники, вместе взятые, не указ.
– Атаман, даже то, что он живёт в станице и является вашим зятем, не делает его неприкасаемым, – осторожно напомнил контрразведчик. – Осмелюсь напомнить, что Миша не реестровый казак и вообще не казацкого рода.
– Зато он в нашем реестре как следопыт прописан, – злорадно отозвался атаман. – А уж их мы можем привлекать столько, сколько потребуется.
– Ловко, – помолчав, оценил офицер. – А по военному времени его никто и тронуть не может, потому как сотня постоянно в боевой готовности. И правда, ловко.
Слушая их, Мишка только глазами хлопал. Так и не найдя нужного уложения, он вынужден был ориентироваться в местной казуистике только по наитию или консультируясь с атаманом. В общем, известие о его прописке куда-то стало для парня новостью. И нельзя сказать, что неприятной. Во всяком случае, выходило, что, пока идёт война, его могут задержать только в том случае, если он примется открыто нарушать законы империи.
Во всех остальных случаях все обвинения будут отложены до окончания войны. А там или ишак сдохнет, или эмир. А если учесть, что казаки несут службу по охране границы постоянно, то любое обвинение может лежать до скончания веков.
«Приятная новость», – подумал парень, задумчиво поглядывая на контрразведчика.
– Вот только не вздумай этим нахально пользоваться, – тут же отреагировал тот, заметив его взгляд. – Не посмотрю, что нужен. Лично закатаю туда, куда ворон костей не занашивал.
– И устанете потом по тайге ловить, – вяло огрызнулся Мишка.
– Ты и вправду уймись, Миша, – крякнув, посоветовал атаман. – То, что тебе в тайге под любым кустом и кров, и стол, всем известно. Но тут дела непростые. Особенно ежели политику припишут, мать её, – закончил казак так, словно выплюнул последнюю фразу.
– Вот уж до чего мне точно дела нет, – отмахнулся парень. – Ладно. Мортиру мою вы в деле видели. Так что давайте собираться, – закруглил он показательные стрельбы.
– И вправду, пора, – кивнул контрразведчик, достав часы-луковицу и звонко щёлкнув крышкой. – Атаман, так я могу на вас надеяться и быть уверенным, что это оружие не попадёт в руки противника?
– Не извольте сомневаться, ваше высокоблагородие, – решительно кивнул казак. – Костьми ляжем, а не отдадим. Самим надобно, – с усмешкой закончил он.
– Шутники, – фыркнул офицер, усаживаясь в седло.
На стрельбы контрразведчик прибыл верхом на караковом жеребце. Откуда у него вдруг появился такой конь, Мишка не понял, но животное явно было породистым и смотрелось великолепно. Казаки с ходу оценили зверя и долго ходили вокруг, присматриваясь. Мишка, дождавшись его отъезда, быстро разобрал миномёт и, на ходу обучая собравшихся, показал, как правильно паковать его для транспортировки.
Взрослые, заслуженные бойцы следили за каждым его движением, едва не раскрыв рты. Такое простое в обслуживании и перевозке оружие вызывало у них едва ли не благоговейный трепет. Припомнив, что любая артиллерия для них всегда была несбыточной мечтой, парень только понимающе хмыкнул и принялся грузить орудие на выделенных под это дело мулов. Внимательно следивший за ним атаман, обойдя укладку, только одобрительно кивнул. Потом, усевшись в бричку, негромко проворчал:
– Ему бы ещё колёса какие присобачить, чтобы не разбирать
