много, кораблик – шустрый, ещё разок смотаюсь. Скидываю рыбу на склад, быстро забиваю трюм удобрениями – 100 тонн. На 100 тыс зелени. Моментом прокладываю курс, разгон, вход в прыжок, станция.
Скидываю удобрения, беру рыбу и домой.
– Курс?
– Проложен! – рапортует комп.
– Запрос на взлёт?
– Добро от башни получено!
– Отрыв?
– Есть отрыв!
– Убрать шасси!
– Исполнено! Нацеливаюсь на шлюз. Благо вот он – пустой, свободный.
– Подать всю энергию на двигатели!
– Исполнено!
– Газ на максимум!
– Исполнено! Скорость 220! Мчусь к шлюзу. Станция почти пустая. Мчусь… Ох мчусь… и не вписываюсь в ворота шлюза. Метров так на 5–7 ниже. Ба-Бахинг!
Наверное, со стороны это выглядело красиво – куда там камикадзе всяким.
Ба-бах! Вспышка… и обломки корабля, вперемешку с соткой тонн рыбы и моими фрагментами красиво и равномерно распределяются по станции.
Поспешил, чё…
Страховка, при моих нынешних капиталах, так – мелочь.
А вот груз… эх… минусую сотку косых.
Получаю новый корабль – точную копию предыдущего. Только без груза.
Ну, чё, сам виноват… пожадничал и поспешил.
Всё же отдыхать нужно.
Утро нового дня встречаю с твёрдой решимостью догнать и перегнать, в смысле – отбить вчерашние потери и заработать сверх. Но, аккуратно.
Выпиваю в баре кружку горячего глинтвейна, и всё по новой…
Вот только, пока пью глинтвейн, что-то меня смущает. А вот что именно – понять не могу. Ну да ладно, авось в полёте вспомню или пойму, что не так.
Подготовка к вылету. Груз проверен по накладной, раскреплён в трюме, топливо залито по горловину. Курс проложен.
Запрос взлёта.
– Добро на взлёт.
Корабль, медленно подрабатывая маневровыми дюзами посадочного режима, отрывается от платформы и протискивается в щель шлюза.
Станция остаётся позади. Ложусь на курс прыжка. Прыгнуть пока не могу – гравитационный колодец станции блокирует джамп модуль. Ну, вот пока буду из этого колодца выбираться – можно предаться воспоминаниям и подумать, что ж не так? А чтобы лучше вспоминалось – пивка открыл баночку, благо комп сам корабль разгонит и прыгнет, мне только кнопку ткнуть и потом уже от звезды отвернуть.
В Империю я прилетел не так давно. Наследить ещё не успел, да и не собираюсь. Всё же новую жизнь начинаю, легальную. Некстати вспоминаю рассказ своего друга – того картографа, как он в Империи устроился… Мы как то пересеклись, и он поведал о своих злоключениях.
Империя, конечно, это здорово, но и там были свои подводные камни, стремнины, водовороты и прочие течения. Да и ещё какие! Он наисследовал кучу планет в далёких секторах – вне обитаемого космоса и решил продать их Имперцам.
Сказано – сделано! Прилетел на Имперскую территорию и сдал. А его на радостях, он реально много привёз, сделали сразу Бароном Империи. Нет, он, конечно, много чего там открыл и нашёл. Несколько планет аж сразу пригодных к колонизации, так что наградить его, конечно, следовало. Но вот так – помотался с полгода, попил пиво в своей Большой Гадюке – Аспе, пока картографические сканеры работают, вернулся, сдал и тебе хоп – и Барона сразу отваливают. Безземельного, правда, но всё же титул! Я, забегая вперёд, скажу, на свои Золотые шпоры ух как горбатился. А тут?
Но верно говорят, есть справедливость. Хе-хе-хе. Титул Баронский, герб и всё прочее ему отвалили, и в весьма торжественной обстановке. А потом банкет. Ну, не то чтобы в его честь, но заодно и его отметить, так сказать.
С его слов банкет удался: деликатесы всякие, выпивки море, лакеи обоих полов в шитых золотом ливреях, свечи вместо привычных светильников – антураж, короче, по полной. Вот из-за этого антуража он и погорел.
А дело так было. Покушал, выпил и стоит себе у стеночки переваривает. Душно, как он потом рассказывал на нашей встрече-пьянке сокурсников, душно – жуть. Его мутить стало. А свалить-то никак. На банкете этом особы Императорской крови присутствуют. Вот так он стоял-стоял, как к нему интерес одна из таких особ и проявила. Высочайше соизволила заметить, как принято среди подобных полубогов и богинь изъясняться. И к себе подозвала.
Но передам ему слово.
– Я-то что? Я ничего, стою у стеночки, шампусик потягиваю. И просто головой по сторонам верчу. Ну, замечаю неподалёку стайку девиц, ничего себе девочки, в самом соку. Я ж понимаю – пялиться на девиц неприлично, тем более на таком-то мероприятии. Да и так понятно – не мой калибр. Там явно Императорские крови гуляют, с Императорскими же гормонами. А мне оно надо? С одной стороны, да, всё ж полгода одиночки тяжко. Хоть и не совсем один, но не то всё. С другой, а, ежели свезёт? Так и герцогом стать можно? А чё? Тоже карьера. А вот с третьей стороны, а, если не? Сгноят нахрен. Да просто пошлют нейтронные звёзды искать, да с наказом – меньше чем с десятком разведанных не возвращаться. И что? Мне там до старости куковать?
Короче, стою, холодным шампанским тошноту отгоняю. Способствует малость. И тут краем глаза вижу, как одна из девок, ну та, что больше других золотым шитьём и побрякушками обвешена, лезет себе под юбку и чешется там. Юбка-то по последней моде: мини-микро. Только почитай зад и прикрывает, хотя вид открывает преотменный! Особенно после полугода там…
И чешет себе она там с таким остервенением, что я уж было на мандав… ну, вы поняли о чём я подумал. Хотя, на таком уровне и подобное?
Не, её подруги-спутницы прикрыли, конечно, но я-то сбоку стоял, и в щель между их стройными тушками всё хорошо рассмотрел.
Понимаю, дело не моё, медленно отворачиваю голову, чтобы и из бокового сектора обзора эту стайку убрать, и дальше шампанское пью.
А минуты через три, может, пять, ко мне одна из них подваливает.
– Ах, господин Барон, – воркует и глазками стреляет, – мы все тут так воодушевлены вашим даром Империи.
Ну, я ей что-то отвечаю: типа рад служить, жизнь за царя, за Императора, то есть, и всё такое верноподданическо-патриотическое. Она кивает и просит присоединиться к их компании, поделиться впечатлениями от дальнего похода. Деваться некуда. Иду.
Подхожу, кружок девиц передо мной расступается, и прямо по курсу она. Самая обвешанная.
– А, Барон! – говорит, – мы весьма наслышаны про ваш подвиг, присоединяйтесь к нам, Барон, присоединяйтесь.
Подхожу ближе и типа кланяюсь, этикету-то меня не учили, так изобразил что-то, но прокатило, ржать не стали. Значит, верно изобразил почтение.
– Рассказывайте, Барон, мы все в нетерпении, верно, девочки?
Девочки вразнобой
