приземлившись на задницу. Руками попытался сдернуть с глаз треклятую повязку! Черт! Не очень-то удобно это делать в цепях!
Фух! Получилось!
В глаза ударил яркий свет. Я увидел длинный, обшитый белым и синим пластиком коридор. Надо мной, улыбаясь до ушей, склонился Чен.
— Идем, чего расселся! — усмехнулся он.
Я поднялся на ноги, опасливо вертя головой. Никого, кроме нас двоих, не видно. Коридор чист. Кто же так стонет?
— Сейчас увидишь, — будто прочитав мои мысли, вредный азиат, поднял «поводья».
И я увидел. Буквально через несколько шагов. И первым моим желанием было материться долго и без остановки, а затем убежать далеко, забиться в угол в компании с бутылкой виски и пачкой сигарет. А может, и чего покрепче.
Глава 7. Установка
Половина стены справа представляла собой гигантское прозрачное стекло, за которым маялось несколько десятков людей. Вы видели фильмы про психиатрические лечебницы? Когда несчастные без тени разума в безумных глазах шатаются по длинным коридорам, мычат, могут часами втуплять в одну и ту же точку или по локоть засовывать в нос пальцы? Видели? Здесь все было в десятки раз страшнее. От их гудения волосы встали дыбом по всему телу. Вид девушки с оспинами на лице, упершейся лбом в стекло, но продолжающей размеренно шагать, надолго запечатлелся в моей памяти. Хотя не одна она пыталась таранить препятствия, двое и вовсе столкнулись, как бараны. И шагали… шагали… шагали…
Все шагали, будто пытались покинуть это место. Уйти куда подальше и больше никогда не возвращаться.
Переборов страх, я медленно приблизился к стеклу. Пристально уставился на несчастную. То, что я сначала принял за оспины, на самом деле оказалось трещинами, покрытыми запекшейся кровью. Оглядел остальных — у некоторых были раскурочены лица, руки, ноги — все доступные глазу участки кожи представляли собой кратеры от маленьких взрывов.
— Их называют «джеками», — усмехнулся стоявший за спиной Чен. — В честь первого неудачного образца — паренька Джека Смита. Того, кого не принял Чип Блейза.
Я резко обернулся, во все глаза уставившись на китайца. Тот лишь ехидно улыбался.
— Да-да! — кивнул он. — Большая часть новобранцев становятся такими после установки чипа. Их мозг перестает функционировать, а от неконтролируемой космопраны начинает трескаться кожа, у некоторых даже внутренние органы. Это то, что ждет тебя, Демон Алекс.
Внутри все сжалось. Еще в вертолете по отрывистым репликам азиата я понял, что не так-то просто стать таким, как они. Что мне ничего не светит! Мне нужно спасаться…
Похоже, мой бегающий взгляд привлек внимание Чена. Я не успел разглядеть, что он сделал, но уже через секунду оказался на холодном полу. Вместо единичного разряда на меня обрушилась целая серия. Скуля, как побитая псина, я скрючился креветкой, не в силах выдохнуть. Сознание медленно покидало меня…
— Ладно, хватит с тебя, — разряды прекратились, однако я не мог не то что встать — даже открыть глаза. Чен выругался и поволок мою бесчувственную тушу по полу.
Сквозь затуманенный разум я слышал стоны джеков. Ни капли рассудка. Бесцельные жалкие создания. Разве так можно с людьми? Разве цель оправдывает средства?
Внезапно конвоир перестал меня тащить. Загромыхала цепь, он спокойно двинулся в обратном направлении.
— Отдыхай. Думай. Через час за тобой приду, — произнес он на прощание, и раздался звук захлопывающейся крышки вакуумного контейнера.
Я смог подняться далеко не сразу. Не знаю, сколько пролежал на полу, слушая стоны мучеников, пока не нашел в себе силы усесться на задницу и оглядеться.
Меня заперли в крохотной пронзительно белой комнате. Из мебели была только прикрученная к стене кушетка. Из развлечений — стекло вместо противоположной стены, за которым разгуливали джеки.
Стараясь не смотреть на них, я перевел взгляд на закрытую дверь. Пытался собраться с мыслями, унять дрожь, успокоиться.
Итак, я нужен им, чтобы вступить в их чертову команду по спасению мира. Главный критерий, похоже, стрессоустойчивость. Неудивительно. Сражаться-то придется с самыми настоящими инопланетными монстрами. Видеть, как они с легкостью обрывают людские жизни… Это не по мне.
Но! Если откажусь, меня убьют! Стало быть, выбора нет. Нужно стиснуть зубы и назло этому китайцу с достоинством принять чип!
Стоп! Стресс… Чен еще с вертолета методично выводит меня из себя. А что если это его роль? Немного «баян», но такой ход я вполне бы мог использовать в своей книге. Интересно, если нас поработят инопланетяне, книги вообще будут читать?
О… куда-то не туда понесло. Это хорошо. Получается отвлечься… ух.
Да, если роль Чена — довести меня, то и история про «джеков» вполне может оказаться выдумкой. Несчастные за стеклом могут быть всего лишь зараженными двергусами или кем-то в этом роде.
Хм, я так спокойно размышляю об инопланетной заразе… тоже хороший знак.
Я с головой ушел в рефлексию. Видимо, мой организм нашел прекрасный способ самозащиты. Настолько хороший, что, когда Чен вновь открыл дверь, я встретил его с гордо поднятой головой.
— Идем. Поставите уже мне этот чип.
Он хмыкнул, но ничего не ответил.
Молча мы прошли мимо аквариума с джеками, дошли до лестницы и поднялись на третий этаж. Нас ждал очередной коридор, обшитый белым пластиком, точно внутренности космического корабля. Пересекая его, я не раз встретил плотно закрытые откатные двери. Насколько помню, их называют клинкетными.
Главное — ни единого звука. Стопроцентная шумоизоляция. Я слышал лишь грохот цепей да наши шаги.
— Вот мы и пришли, — проговорил Чен, остановившись перед одной из дверей — самой большой, вдвое превосходящей остальные. Азиат нажал на сенсорную панель и доложил о прибытии. Дверь распахнулась.
Мы вошли в просторное, сияющее ослепительной белизной помещение, заполненное громоздкими белыми приборами. Глядя на них, я снова вспомнил пресловутый аппарат МРТ. Ну а что такого? Он — самое небывалое чудо-техники, что мне доводилось видеть в живую.
Да. Два прибора определенно напоминали томографы. А вот третий, расположенный в самом центре лаборатории, представлял собой кушетку с прорезью на уровне головы, над которой зависла мощная механическая лапа. Почти как у Тони Старка в небезызвестном фильме.
— Рад вас снова видеть, Сашенька!
Помимо нас двоих в лаборатории находилась Наталья и мужчина с седыми усами, лет пятидесяти на вид. Оба в белых халатах.
Я молча кивнул генералу.
— О, а что, лаборанток еще нет? — удивленно пробормотал Чен, оглядываясь по сторонам. — А кто будет общее обследование проводить?
— Сегодня их не будет, — ласково ответил Павел Сергеевич. — Мы с Наташей сами со всем справимся. Спасибо за службу, Чен, — он мило улыбнулся. — Ты свободен.
Во взгляде моего конвоира читалось плохо скрытое изумление. Но,
