class="p1">Самолеты уже летели в сторону, времени на размышления у него не было. Воздушная атака закончилась, люди выйдут из убежища и обнаружат его отсутствие.
Ионатан был крепким парнем, и страх придавал ему силу и решимость. Дома он хорошенько бы подумал, прежде чем лезть на такую стену, и наверняка отказался бы это делать.
Теперь он даже не задумывался, он просто взлетел на нее, поразительно быстро оказавшись на самом верху. Там он наткнулся на что-то острое – на колючую проволоку или битое стекло. Но у него не было времени обращать на это внимание. Порезавшись и разорвав на коленях брюки, он, наконец, спрыгнул вниз с другой стороны.
Приземлился прямо в кусты терновника.
И надо было там расти именно терновнику! Словно на его теле мало было царапин и ссадин!
Брюки придется выбросить, так что нечего сокрушаться!
Он огляделся по сторонам. Поблизости было хлебное поле.
Это не так уж плохо. Пшеница достаточно высокая, чтобы скрыть ползущего человека.
А фермер потом пусть говорит, что хочет.
Но, может быть, это поле видно из окна особняка?
Нет, не похоже. Нельзя терять ни минуты, ведь по следу могут пустить собак.
Ионатан пополз через поле, усеянное ромашками, клевером и васильками. Конечно, это были сорняки, но как здесь красиво! Тем более, что все это символизировало для него свободу.
Казалось, он ползет уже целую вечность. Он осторожно оглянулся назад. Стена и деревья скрывали первые два этажа, но с чердака его наверняка можно было увидеть в подзорную трубу. Он мысленно благословлял любимый мрачный цвет национал-социалистов.
Еще через некоторое время он снова остановился и посмотрел вперед. Неужели это поле никогда ни кончится?
Впереди дорога, но там его сразу заметят, словно сосну на равнине. Нужно перебежать дорогу и ползти дальше по другому полю, за которым начинается лес. Это как раз то, что нужно.
Он услышал рокот мотора. Многих моторов. Несколько машин выехало из имения.
Было ли это случайностью? Или они начали за ним погоню?
Вряд ли он был такой важной персоной. Для них он был просто самец, каких много. С присущим ему оптимизмом он подумал, что им наверняка наплевать на него.
Ионатан даже не задумывался над тем, как ему удастся выбраться из Германии. Всему свое время. А пока ему нужно одолеть поле.
Перебежав через дорогу, он снова пополз. Позади себя он услышал гул мотора, и пока автомобиль не проехал по дороге, он лежал, не шелохнувшись.
Когда он, наконец, добрался до леса и встал, ладони его были стерты в кровь. Он весь был в репьях и колючках, по одежде его ползали муравьи. Но теперь он был в безопасности – на некоторое время.
Имение осталось далеко позади. Ионатану был ненавистен даже его вид. Прекрасный, комфортабельный дом, наполненный безумием. Никогда, никогда в жизни!..
Может быть, ему следовало спрятаться в лесу? Лес лиственный, с густым подлеском, здесь легко найти себе убежище.
Нет, это слишком опасно. Ему следует уйти отсюда как можно дальше, окунуться в воду или сесть на какой-нибудь транспорт, чтобы сбить со следа собак.
Продираясь через лес, он размышлял, что может находиться там, на другой стороне.
И он инстинктивно двигался на север. Домой, в Норвегию.
Что ему было делать на юге Германии?
Он даже не задумывался о том, как ему удастся добраться до Норвегии. Полагал, что его немецкий достаточно хорош, чтобы общаться с местным населением, а коричневая униформа – еще лучше.
Ионатан никогда не подделывался под простачка. Ему нравилось показывать свой ум – да и кто этого не любит?
Лес был красивым. Тропинка петляла между заросших диким виноградом деревьев, в тени которых пестрели цветы. Вдыхая запахи леса, Ионатан почувствовал прилив сил. Хорошо, что он плотно пообедал, ведь до следующей еды далеко.
Но все оказалось совсем не так.
Лес неожиданно кончился. Впереди была дорога.
И на этой дороге стоял военный грузовик, полный солдат в отвратительных круглых касках.
Они как раз и ждали его!
Только он собрался повернуть назад, как на него направили автомат.
– Иди сюда! – рявкнул офицер.
Ионатан готов был заплакать. Под угрозой автомата ему пришлось сесть в машину, которая тут же тронулась с места.
Имение. Ульрика.
Нет, он этого не вынесет! Лучше умереть!
Сидя в кузове, он думал, не выпрыгнуть ли ему на ходу, чтобы его пристрелили на месте. И вдруг обнаружил, что они едут не в имение. Они направлялись по другой дороге, ведущей в деревню.
Казнь?
В глубине души он уже чувствовал себя мертвецом. Его мозг отказывался думать, и так было даже лучше. Ему не хотелось, чтобы кто-то замечал его страх.
Грузовик остановился перед зданием, напоминающим ратушу. Его вытолкнули из машины и повели вверх по ступеням.
Он оказался в кабинете высокого начальства. Большинство из присутствующих вышли.
Человек, сидящий за столом, посмотрел на него холодными рыбьими глазами.
– Вы говорите по-немецки? – спросил он.
Ионатан ответил утвердительно.
– В имении вас держать больше не хотят, вы им не нужны, – презрительно произнес он. «Слава Богу», – подумал Ионатан.
– Поэтому Вы переводитесь в Заксенхаузен, – с нескрываемым злорадством произнес начальник. – Так что вы теперь поймете, что значит отказываться от тех благ, которыми вас осыпали в имении. А теперь прочь отсюда!
Двое солдат повели его к другому грузовику. Ионатан оказался в грязном кузове, к его виску приставили дуло автомата.
«Лучше уж так, – подумал он. – Во всяком случае, это будет настоящая тюрьма. Это куда лучше, чем осуществлять низменную гитлеровскую идею „очищения“ расы. Никто не заставит меня насильно делать детей. Детей, которых я никогда не увижу и которых ждет жуткое, да, просто мрачное будущее. Будущее элитарных солдат в армии рехнувшегося военачальника!»
Летом 1941 года Ионатан прибыл в концлагерь Заксенхаузен, расположенный к северу от Берлина. Тех, кто был молодым и сильным, сразу же посылали на тяжелую работу в большое хозяйство, расположенное поблизости.
Да, он был молодым и сильным. Но когда он увидел своих товарищей, пробывших в концлагере уже долгое время, он ужаснулся.
Неужели этого никто не видит? Почему власти не вмешаются и не прекратят это издевательство над ослабевшими людьми.
Плохая еда, смехотворно маленькие порции, в бараках болезни.
Каждый день на работу гнали старых, изможденных людей, которые на самом деле не были стариками, просто из них выжали все соки.
До Ионатана доходили слухи о газовых камерах и тому подобных ужасах, но он отказывался в это верить.
Почему никто не сообщает властям о том, что здесь происходит? Власти должны вмешаться!
