Джегань шагнул обратно к Ричарду.
— Где Никки? — прорычал он, не спуская своих чёрных глаз.
Ричард как раз раздумывал, когда же Джегань задаст этот вопрос. Это произошло даже скорее, чем ожидал Ричард.
— Она арестована для тебя, как и было обещано.
На разъярённом выражении лица Джеганя появилась ухмылка.
— Жаль, что ты на самом деле не умеешь играть в Джа-Ла д`Ин.
— Я уже однажды победил тебя.
Усмешка Джеганя стала только шире.
— Нет, в конечном итоге.
Как только император нетерпеливо зашагал к ним, Сестра Улиция указала на некоторые элементы из книги, местами цитируя книгу, если требовалось. Ричард понимал элементы, что они чертили на песке. Это были элементы танца со смертью. Когда Даркен Рал впервые начертил их, они казались такими загадочными, но теперь их язык обрёл смысл.
С каждым моментом, Джегань становился всё более и более нетерпеливым.
И Ричард знал почему.
— Улиция, — наконец произнёс император, — я отправляюсь за Никки. Незачем мне здесь оставаться, пока ты работаешь. Я столь же хорошо могу видеть это сквозь твои глаза.
Сестра Улиция склонила голову.
— Да, Ваше Превосходительство.
Джегань обратил свой взор на Ричарда.
— Где она?
Ричард сделал знак одному из рядом стоящих офицеров Первой Когорты человеку, которого Ричард подготовил для этой цели. Здесь было всего лишь несколько человек из Первой Когорты, ожидавшие вместе с Ричардом прибытия Имперского Ордена. Они были там, чтобы охранять его до самого конца.
— Отведи императора к камере Никки, — приказал Ричард офицеру.
Солдат отсалютовал ему, приложив кулак к сердцу. Перед тем, как отправиться вслед за офицером, довольный Джегань повернулся назад к Ричарду.
— Похоже, ты вновь проигрываешь в заключительном этапе Джа-Ла д`Ин.
Ричард хотел бы ответить, что время ещё не закончилось, да и игра тоже была далека от завершения, но вместо этого он просто наблюдал, как мужчина ушёл, ожидая, когда начнётся настоящий кошмар.
Кэлен молча стояла на своём месте. Он почувствовал себя скованно, заметив, как она посмотрела на него.
Зедд и Натан, казалось, затерялись в своих мыслях. Верна выглядела сердитой и разочарованной больше, чем когда либо. Ричард не мог винить её. Кара стояла рядом с Бенджамином, удерживая его руку. Наряду с остальными, Джегань привёл Дженнсен в Сад Жизни. Его личные охранники удерживали её на другой стороне сада. Пристальный взгляд Тома не отрывался от неё. А она, в ответ, смотрела на него, не имея возможности сказать всё то, что она очевидно хотела передать.
Кара придвинулась ближе.
— Что бы не случилось, Лорд Рал, я с Вами до последнего вздоха.
Ричард ответил признательной улыбкой.
Стоящий неподалёку Зедд, кивнул, соглашаясь с Карой. Бенджамин слегка стукнул себя кулаком по сердцу. Даже Верна, наконец, улыбнулась и кивнула ему. Они все были с ним.
Находящаяся рядом Кэлен, прошептала.
— Ничего, если ты возьмёшь меня за руку?
Ричард даже не мог представить, как одиноко она должна была себя чувствовать в этот момент. С тяжёлым сердцем из-за того, что не мог ей ничего рассказать, он взял её за руку.
Глава 60
Никки сидела почти в кромешной темноте на скамье, высеченной из того же самого камня, что и стены. Дальняя комната, второго защитного уровня, находясь внутри полой цельной скалы, была запечатана щитами. Чтобы войти или выйти, нужно было преодолеть двойные железные двери, находящиеся по обе стороны помещения, также запечатанного заклинанием. Именно здесь содержались самые опасные заключённые: те, кто может управлять магией.
Нет смысла перечислять, сколько людей сидело в этой самой темнице, в ожидании приговора к смерти или чего-нибудь похуже. Никки расслышала шаги, доносившиеся из коридора снаружи с внешней стороны железных дверей. Кто-то приближался.
Она прекрасно понимала, что это только вопрос времени, когда этот кто-то придёт. Никки была в состоянии полной невозмутимости и спокойствия. Она знала, почему она сейчас здесь. Она знала, почему Ричард сказал Натану, запереть её в этой тюремной камере.
Она услышала, как раздался резкий металлический лязг отпираемого замка наружной двери, этот звук эхом пронёсся сквозь многочисленную сеть низких коридоров. Никки слышала, как кто-то ворчит, пытаясь побороть неподдающиеся двери, совершая серию сильных толчков, пытаясь провернуть двери на заржавевших тугих петлях, чтобы отворить их достаточно, чтобы протиснуться внутрь. Когда Никки заметила тени, откидываемые из раскрытых дверей в её камеру, она загасила лампу, стоящую рядом на каменной скамье, которая являлась плохим, хотя и единственным украшением в комнате.
Ключ скрипнул в замочной скважине и дверь в её темницу отворилась. После длительного пребывания в абсолютной тишине, этот скрипучий звук казался ей невыносимо громким и резал слух. Когда дверь в темницу раскрылась, свет от фонаря потоком залил помещение. Пыль от открывшейся ржавой двери стояла столбом и парила в воздухе на фоне режущего глаз жёлтого света.
Император Джегань немного пригнулся, перешагивая через высокий порог, и протиснулся в дверной проём.
Никки стояла.
Он был одет в свой безрукавный жилет, демонстрируя мускулистое тело. Его бритая голова блестела в свете фонаря — единственного прямого источника света, который он принёс с собой. Его чёрные глаза всецело чувствовали себя как будто бы дома, оказавшись здесь в кромешной мгле впадины в скале. Эти чёрные глаза просто засияли, когда он разглядел её. Никки была уверена, что должна спустить платье и оголиться до пояса, чтобы привлечь его внимание именно к этому. И уловка сработала.
— Дорогая, я всё время мечтал о тебе, ты мне снилась, — сказал он, решив, что его слова произведут должное впечатление на неё.
Джегань всегда был уверен, что его похоть говорит об особенных чувствах к ней, в то время, как его грубость или принуждение демонстрировали лишь то, насколько подавляюще привлекательной была для него Никки. Для неё же всё это доказывало безнравственную грубость его натуры.
Никки стояла невозмутимо, не говоря ни слова, она не позволила себе смутиться даже тогда, когда Джегань подошел к ней вплотную. Он обхватил своей мускулистой рукой её талию, и крепко прижал к себе, демонстрируя Никки свою власть и не поддающееся сомнению право обладать ей.
Никки совершенно не хотелось растягивать это «удовольствие», медлить было некогда.
Она совершенно естественным образом обвила его руками, изображая объятия, и безукоризненно быстро защелкнула Рада-Хань вокруг его бычьей шеи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
