Шар света он погасил, так как тот требовал много сил, и применил к себе и своим спутникам заклинание магического зрения, позволявшего видеть в темноте.
На исходе первых суток охотники за еретиками наткнулись на небольшой охранный пост.
Беатриса осторожно выглянула из‑за поворота и увидела массивную железную дверь, охраняемую четырьмя стражниками с ног до головы закованными в чёрные доспехи. Трое сидели на полу и играли в кости. Третий, прислонившись к стене и подняв забрало шлема, с глубокомысленным видом ковырялся в носу.
Приглядевшись к его лицу, инквизитор увидела чешую на щёках и лбу, а также два роговых нароста на лбу.
– Этот уже явно на второй стадии, – негромко произнесла Беатриса.
– Мы должны как‑то выманить этих уродцев, – прошептал Парацельс, когда инквизиторша рассказала ему об увиденном. – И вырубить, пока они не подняли тревогу.
– У вас есть идеи? – спросила Беатриса.
– В этом нам поможет, как вы выразились, наша бесполезная девчонка! – архимаг с улыбкой положил руку Алёне на плечо. Чернябинка с наивным лицом похлопала ресницами, не понимая, о чём это волшебник толкует...
...Стражники‑еретики очень удивились, когда из‑за поворота вышла миловидная девушка в порванном синем платье. Испуганно хлопая ресницами, она, заикаясь на каждом слове, произнесла:
– Извините...вы... вы... не подскажете, как пройти в библиотеку?
– Баба! – взревели еретики так, словно не видели женщин тысячу лет. Забыв о своих делах, они вскочили на ноги и бросились к жертве, пожирая её жадными взглядами. Алёна завизжала и спряталась за поворотом. Охранники резво последовали за ней... Через пару секунд по подземелью разлетелись звуки смачных ударов, а следом за ними ‑‑ грохот рухнувших на землю тел в доспехах.
Вскоре из‑за поворота вышли всё те же четыре стражника‑еретика. Только их лица скрывали забрала.
– Я ж говорил, что план сработает! – довольно произнёс один голосом Парацельса.
– Ну, Парацельс! – произнёс второй милым голоском Алёны. – Уж от кого, а от вас я не ожидала такого коварства! Зачем вы меня отправили к этим страшилищам?
– Так я ж исключительно на благо общего дела!
– А ну замолчали оба! – прикрикнул на них третий голосом Беатрисы. – Мы в логове врага, если кто забыл. За мной. И аккуратнее с магией! Я подправила наши ауры, и теперь мы ничем не отличаемся от обычных еретиков, однако любое неосторожное заклинание развеет мои чары... в смысле, святую силу, дарованную мне Богом‑Императором!
Ключами, найдёнными у стражников, они открыли дверь и вышли на каменную площадку, расположенную под самым потолком огромной пещеры – такой большой, что в ней свободно разместился бы весь Чернябинск. Впрочем, под каменными сводами уже находился один город.
Все дома в нём были построены из каменных глыб, отколотых, судя по всему, прямо от стен. При этом в одних зданиях чувствовалась рука умелого архитектора, а другие больше напоминали просто большую груду булыжников. Строения большей частью были одноэтажные, хотя изредка попадались и двух– и трехэтажные дома.
Улицы города заполняли тёмные фигуры – в основном это были обычные (на первый взгляд) люди, но попадались и монстры, похожие на вставших на задние лапы зверей, и исполины, похожие на троллей, и карлики... изменения, которым Тёмные боги подвергли своих слуг, были очень разнообразны и никогда не повторялись.
В руках некоторые жители держали горящие ярким синим светом кристаллы – единственный способ хоть как‑то различить дорогу в вечном сумраке пещеры. Впрочем, многим монстрам этого не требовалось, они отлично видели и в полной темноте.
Неподалёку от города протекала широкая река лавы, от неё вверх поднимался густой пар, скорее похожий на смог.
– Такое ощущение, словно в город древних просвещённых цивилизаций пришли варвары и разбили свои палатки прямо в нём, – сказал Парацельс.
– Так и есть, – произнесла Беатриса. – Это тот самый подземный город, построенной древней безымянной цивилизацией. – она на секунду задумалась. – Возможно, среди его жителей уже есть полноценные демоны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Парацельс и Геренд поплевали на руки, размяли плечи и деловито двинулись в сторону ближайшей улочки, полной демонов. Все их действия недвусмысленно намекали на то, что сейчас кое‑кому начнут надирать зады...
– Куда? – Беатриса схватила их за плечи. – Пока не разгадаем планы еретиков, никакого дебоша! Я вам не позволю повторить Целен! Знаете, как из‑за вас двух непросто выстраивать дипломатические отношения с народом луны?
– А зачем их разгадывать? – воскликнул Парацельс. – Если мои методы вам не нравятся... Не проще ли послать сюда подготовленные войска, а потом допросить выживших?
– Я уже много раз объясняла, – вздохнула Беатриса. – В этом случае главные еретики скорей всего успеют скрыться. Поэтому перед вторжением мы должны узнать о них и их планах как можно больше.
– А если мы слабые члены нашего отряда погибнут? – спросил архимаг, теребя кончик уса. – Я же не могу поспеть везде.
– Что ж... я надеюсь, что Светлые боги найдут местечко в своих светлых мирах для их душ, – благочестиво произнесла леди Арагонская, сложив руки на груди в молитвенном жесте.
– Не‑е‑е‑ет! Я ещё так молода! – возопила Алёна и бросилась к выходу. Геренд молча подхватил её на руки и двинулся к вырубленным в каменой толще ступенькам, ведущим на дно пещеры. Следом поплёлся Парацельс и широко улыбающаяся леди Беатриса.
...Вблизи город производил не менее мрачное впечатление, чем издалека. Беатриса подметила, что некоторые еретики кутались в тряпьё, словно стыдились своих искажённых тел, другие, напротив, выставляли рога, чешую, копыта и прочие изменения напоказ.
Стены многих домов покрывала засохшая кровь, на дороге в беспорядке валялись куски гниющего мяса и обгрызенные кости. Один раз на их пути попался труп с располосованной когтями грудью. Парацельс прикинул размер когтей, которые могли бы такое сделать, и ему стало не по себе.
– Судя по разрезу когти необычной формы, прямо как у одного интересного экземпляра для моей колл... – шепнул он Беатрисе. – У меня аж сердце кровью обливается, когда я понимаю, что он бродит тут один одинёшенек в таком жутком месте.
– А что вы хотели, мессир? – ответила инквизитор. – Не думаете же вы, что Тёмные боги поощряют терпимость и любовь к ближнему? Кстати, за нами последние пятнадцать минут идёт слежка.
– Что? – всполошился архимаг, вертя головой по сторонам. – Слежка?
– Тише, мессир, не спугните его. За нами следует один демон. Хамелеон, то есть меняет цвет шкуры, делая её неотличимой от окружающей обстановки. Тело покрыто чешуёй. Неужели вы не заметили его, архимаг?
– Ну‑у‑у... – замялся Парацельс. Он всё ещё вертел головой по сторонам, но уже не так активно как раньше. – Разумеется, заметил! Просто не счёл нужным говорить вам. Было интересно, заметите без моей подсказки или нет...
– Куда бы мы без вас... – вздохнула Беатриса. – Так, нам надо как‑то поймать этого наблюдателя. И по возможности без шума. Лишнее внимание нам ни к чему, сами понимаете.
– У меня есть одна идея, – сказал Геренд, до этого молчавший словно рыба. – Но, чтобы всё получилось, от каждого из нас понадобятся слаженные и быстрые действия.
Хормаг высунулся из‑за угла, выглядывая четырёх стражников, за которыми следил, едва те вошли в город. Впрочем, никакими стражниками они на самом деле не являлись. Да, пришельцы хорошо замаскировали свои ауры, но Хормага, получившего от Тёмного бога способность видеть незримое, такими примитивными трюками было не обмануть!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Хе‑хе... – тихо засмеялся он, провожая пришельцев с поверхности земли взглядом огромных выпученных глаз. – Хитро придумали, людишки, хитро, но Хормага вам не провести, да‑да! Я вижу всех вас насквозь, хе‑хе... От меня не скроешься, да‑да...
Он пополз вверх по стене дома, цепляясь когтями за мельчайшие трещины в камне. Одновременно с этим чешуя на его теле меняла цвет, отражая все выпуклости, впадины и пятна стены, делая своего хозяина незаметным. Единственное, что оставалось прежним – это глаза, огромные и жёлтые. Их скрывала перепонка, которая тоже меняла цвет, но оставалась полупрозрачной.
