— Крошка? — Изумлённо вскинув брови спросил энергон и со смехом сказал, потирая бок — Даже не знаю, что со мной было бы, сойдись я на площадке с кем-либо из тех ваших парней, кто вышел ростом побольше. Честное слово, командор, мне ещё не приходилось сражаться с бойцом более достойным, чем майор Робинсон. Примипилариусов имперской выделки я укладываю на пол по десятку за раз даже если они облачены в дурит, а этот парень сделан из куда более прочного материала. К тому же он чертовски хорошо держит удар и сам бьёт так, словно у него в каждой руке и ноге спрятано по импульсной пушке. Представляю себе, насколько трудно ему было исполнять ваш приказ держаться в рамках чисто спортивного поединка. Мне и то было проще, ведь я инструктор боевой подготовки.
Наконец впервые голос подал принц Август, который сказал с уважением в голосе:
— Трелон, вы просто не представляете себе, насколько трудно было сражаться с вами капитану Робинсону. Когда-то я имел глупость не поверить командору Сильверу и был за это дважды жестоко наказан и поделом. Тогда не смотря на уже далеко не юные годы, я всё ещё пребывал в уверенности, что уже одно только то, что меня сделали примипилариусом, превращает меня в несокрушимого воина. — Принц поклонился Николаю и сказал без малейшей улыбки — Командор, хотя и с опозданием, я всё же приношу вам свои извинения. — После чего прибавил — Трелон, поверьте, каким бы умелым бойцом вы не были, вам даже нечего мечтать о том, чтобы победить хоть кого-либо из парней командора Сильвера, не говоря уже о нём самом. Мне довелось полгода обучаться у Сэмюэля Джексона, давнего приятеля командора Сильвера, и я так вам скажу, буквально всё, что знаете об искусстве поединка вы, не может даже хоть в чём-то сравниться с тем, что умеют делать в рукопашной схватке эти парни. Поверьте, командор Сильвер и его отряд это действительно самые лучшие специалисты своего дела и вставать у них на пути, означает только одно, накликать себе смерть.
Николай вежливо поклонился принцу и ответил:
— Хотя вы несколько преувеличиваете, Август, в чём-то вы действительно правы. Вступая в бой с врагом, мы в первую очередь стремимся выполнить поставленную перед нами задачу, а это, увы, сопряжено с его физическим уничтожением. Ну, а что касается того, что мы самые лучшие, то поверьте, это далеко не так. На Земле имелась не одна тысяча бойцов, которым мы и в подмётки не годились и я только рад, что они не являются нашими противниками даже теоретически. Однако, господа, зачем мы всё время говорим о таких вещах? Не пора ли нам сменить тему, ведь с нами сидит за столом дама.
Лже-графиня охотно сменила тему и заговорила о живописи, чем и выдала себя на взгляд Николая с головой. Она даже понятия не имела о том, чьи полотна украшали столовую, хотя как аристократка должна была знать Керна Маршад-роу, ведь выставка его работ однажды побывала на Полигониуме. Когда же он рассказал ей о том, что супруга этого знаменитого на всю галактику художника находится на борту «Очка», искренне изумилась и чуть ли не потребовала, чтобы Лиу была приглашена на ужин. Николай чуть не схватился за голову и мысленно помянул недобрым словом как бывшую любовницу, так и всех остальных своих друзей, подбивших его на такую глупость, повесить картины Керна в пилотской рубке. Лиу точно будет не в восторге от того, что ей придётся изображать из себя светскую даму, поскольку в общем кубрике она чувствовала себя куда лучше.
Глава 15. Атака энергонов на психику
Николай проснулся с такой головной болью, словно он весь вчерашний вечер провёл не беседуя с пассажирами, Лиу и Кинг-Конгом в пилотской рубке-столовой, а пьянствуя в компании каких-то бомжей, причём распивал с ними самогон, если вообще не что-нибудь похуже и при этом стремился всех их перепить. Всему виной было не прекрасное вино, которого он выпил всего полбутылки, а беспечное щебетанье лже-графини и монотонное бубнение Трелона. Он уже трижды пожалел бы о том, что так необдуманно дал Крошке Еноту столь неразумную установку на бой, если бы не кое-какие плюсы, проистекающие из его проигрыша по очкам. Более того, плюсы эти стоили и не такой головной боли, которую он испытывал довольно частенько вот уже почти целую неделю.
Первым и самым главным плюсом было то, что в столовой к ним уже на следующий день присоединились Лиу и Кинг-Конг. К тому же благодаря этой золотой кошечке были выселены из своей каюты в кубрик принц Август и Трелон. Произошло это во время их первого же совместного обеда, когда в свойственной ей наивно-глуповатой манере графиня эс-Верберантия предложила ронне переселиться из каптёрки в её каюту. Лиу, в свойственной ей резкой и дерзкой манере, тотчас заявила, что спать она предпочитает только с мужиками, а не с бабами и что, вообще ей, как женщине из рода королей, негоже общаться наедине с теми особами женского пола, которые не относятся к гарему её благородного супруга. Собственно въехать во вторую каюту ей предложила даже не лже-графиня, а принц Август, который сказал:
— Ваше высочество, мне право же будет сегодня не до сна, зная о том, что вы вынуждены ютиться в каптерке артифекса. Не соблаговолите ли вы перебраться в нашу с Трелоном каюту? С нас же не убудет, если мы поживём какое-то время в общем кубрике, да, к тому же мне будет куда приятнее общаться с землянами, нежели слушать храп майора Фервора.
— О, принц, вы сама любезность! — Совершенно искренне воскликнула Лиу и тут же вломила всех своих друзей — Вы просто не представляете себе, какая это мука изо дня в день слушать анекдоты про каких-то чукчей, Чапаева и Вовочку. Хуже этого могут быть только рассказы Кинг-Конга про то, как он учился сначала в каком-то Шаолине, а потом и вовсе уехал в горы, кажется в Тибет, и стал там то ли послушником, то ли настоятелем в монастыре. В общем одно другого вполне стоит, но только на вкус моих друзей. Это они способны смеяться, слушая его истории, до изнеможения, но только не я.
Принц имел на этот счёт своё собственное мнение и потому хотя и вежливо, но довольно твёрдо возразил ей:
— Нет, вы не правы, ваше высочество. Анекдоты землян на редкость остроумны и смешны. Правда, я не слышал тех анекдотов, о которых говорите вы, но зато мне очень понравились анекдоты про ирландцев и коммивояжеров. Особенно если коммивояжеры девушки. Прошу прощения, дамы, но ни один из них я вам не отважусь рассказать.
Ровно с этого момента принц Август стал интересен для Николая и он даже предложил ему поставить вторую койку в той выгородке, которую устроили для него друзья только для того, чтобы подчеркнуть в глазах пассажиров его статус командира гладиуса. Принц охотно согласился, причём не просто охотно, а с какой-то странной радостью. Подозревая, что это как-то связано с Трелоном, Николай жестом распорядился спровадить энергона куда-нибудь подальше. Прапор, как главный артифекс гладиуса, тотчас отселил того в самый дальний угол и предупредил, что если его храп превысит семьдесят децибел, то плачет по нему каптёрка. Трелон и в самом деле обладал способностью храпеть в любом положении и потому уже через полтора часа после отбоя был с гневом разбужен и выдворен из кубрика.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
