Графиня эс-Верберантия грациозно поднялась из кресла, одарила Николая роскошной улыбкой и сказала соглашаясь:
— Я так и сделаю, командор Сильвер.
Она вышла из пилотской рубки, а Николай немедленно распорядился, чтобы на борту «Очка» подготовили к поединку площадку и коротко рассказал обо всём полковнику Соловьёва. После этого он связался с адмиралом эс-Аггером и сделал ему, Мартису и Храмму Регнеру куда более подробный доклад. Они поговорили ещё около получаса и Николай вышел из рубки и направился в кубрик, где первым делом принял душ и переоделся в парадный мундир. Теперь он выглядел уже совсем другим человеком. Большинство членов экипажа были заняты подготовкой арены к поединку, но ему и без этого пришлось задержаться на несколько минут, чтобы ввести своих друзей в курс дела. Никто из них даже и минуты не сомневался в победе Кинг-Конга. Без десяти минут двенадцать он спустился, наконец, в трюм, где уже всё было готово к проведению этого странного кумите в космосе.
Полковник Соловьёв сразу же отказался от мысли провести бой в спортзале или одном из кубриков. Слишком уж мало в них было места для хорошей драки. Трюм, который приладили к гладиусу стиланские кораблестроители, подходил для этой цели куда больше, поскольку имел в длину почти двадцать пять метров и в ширину двадцать два, да, и высота потолка в нём тоже была довольно внушительной, целых восемь метров, чтобы серебряные молнии, прибывающие на борт «Очка», могли немедленно вылететь из него через главный шлюз. Линза транс-телепорта была спрятана под стальными ребристыми плитами, которые по случаю предстоящего поединка были укрыты серебристо-белым пластиковым покрытием. Ринг размером метров эдак восемнадцать на восемнадцать огородили полутораметровой высотой цилиндрами генераторов силового поля, поставив по диагонали по стулу и столику для секундантов, которым предстояло ещё и выступить в роли судей, о чём говорили красные, синие и белые флажки, лежащие на столиках.
Ринг был немного сдвинут к той стене трюма, вдоль которой стояли стулья. С другой стороны свободного пространства было уже побольше и там выстроились в ряд все хойны со своими мужьями на спине. Они, как и Трелон, также были облачены в дуритовые боекостюмы, но не спортивные, а боевые, усиленные щитками из стабилиса. Принц Август и графиня эс-Верберантия стояли возле одного из столиков, а их боец, затянутый в дурит так, что видны были одни только глаза, закрытые защитными очками, разминался в ринге. Кинг-Конг, которому предстояло с ним сразиться, в трюм ещё не спустился. Николай направился было в сторону принца и графини, как его остановил возглас:
— Командир, подожди, нужно поговорить.
Он обернулся и к своему удивлению увидел полковника Соловьёва, одетого в парадный мундир и капитана Смольникова, оперативный позывной Крошка Енот, хотя узнать того можно было только по серо-голубым насмешливым глазам. Кинг-Конг, попросивший его задержаться, сердито сказал:
— Мудрец, ты что, с головой поссорился? Ну, и кто будет по-твоему лечить нас обоих, если мы друг друга малость поломаем на татами? Ты что ли? Так от тебя только того и дождёшься, что выстрела в голову из милосердия. В общем я решил, что этого типа прекрасно отделает Крошка Енот.
Борис Смольников подтвердил:
— Да, командир, так будет гораздо надёжнее.
Николай с сомнением посмотрел сначала на своего друга, с которым ему не раз приходилось вступать в бой с врагом, затем на верзилу Трелона и покрутив головой сказал:
— Так-то оно так, Крош, но ты посмотри сначала на себя в зеркало, а потом на этого типа. Он же выше тебя почти на голову и весит на сорок семь килограммов больше. Не думаю, что в этого полентибелаториуса на том астероиде засыпали дроби для веса. Ты это учитываешь или нет?
Глаза Крошки Енота смешливо сузились и он ответил:
— Командир, ты же знаешь не хуже меня, чем больше шкаф, тем громче грохот, когда он падает. К тому же я вовсе не уверен в том, что этот тип сильнее меня и резче. Я его сделаю, командир.
— Нет, Крош. — Остудил его пыл Николай — Ты просто его хорошенько прокачаешь в физическом контакте и сделаешь так, чтобы он показал нам весь свой ассортимент, после чего позволишь ему выиграть по очкам. Я ведь не случайно сказал дяде Жоре, чтобы он подготовил флажки. С учётом того факта, что на вас надет дурит, это будет почти спортивный поединок и поэтому постарайся вести себя культурно. Заодно мы посмотрим, какой характер у этих энергонов. Понял боевую задачу, Крош?
— Да, командир, сделаю всё в лучшем виде. — Кивнув головой без тени сомнения в голосе ответил капитан Смольников.
Николай хлопнул его по плечу и пошел к графине и принцу Августу, для которого также нашелся парадный офицерский мундир, правда, без адмиральских погон. Тем не менее тот вежливо ему поклонился и даже улыбнулся. Николай жестом предложил пассажирам пройти на середину ринга и сказал:
— Ваше сиятельство, ваше высочество, я предлагаю подойти к нашим бойцам и сказать им несколько напутственных слов перед началом поединка. — Пропустив вперёд даму, он пошел справа от неё и когда они втроём приблизились к Трелону, Крошке Еноту и Кинг-Конгу, выступил с краткой речью — Господа, не сочтите меня законченным пацифистом, но я предлагаю вам ограничиться рамками спортивного поединка. Поэтому, майор Робинсон, я приказываю вам забыть о вашей привычке вышибать дух из своих противников с первого же удара. Боб, запомни, Трелон тебе не враг и ты не на поле боя, а на татами.
Крошка Енот кивнул головой в знак согласия и Николая тотчас поддержала графиня эс-Верберантия:
— Трелон, приказ командора Сильвера относится и к тебе. Ты должен показать всё, на что способен полентибелаториус, но ни в коем случае не вздумай калечить майора Робинсона.
Кареглазый верзила, сплошь затянутый в дурит и потому похожий на изваяние, высеченное из обсидиана, сдержанно кивнул головой и сказал приглушенным маской голосом:
— Да, ваше сиятельство.
Николай с лже-графиней проследовал к двум креслам, принесённым в трюм специально для них, а секунданты и соперники, пожав друг другу руки, разошлись по своим углам. Получив последние наставления от секундантов, оба бойца вышли на середину ринга, вежливо поклонились и замерли в атакующих позах в ожидании сигнала. Прапор, глумливо ухмыляясь, ударил поварёшкой в импровизированный гонг, сделанный из стальной, нержавеющей крышки от самой большой кастрюли. Трелон сделал пару шагов навстречу Крошке Еноту и остановился, подманивая того к себе жестом. Ситуация на ринге, мягко говоря, сложилась просто аховая. Хотя капитана Смольникова нельзя было назвать субтильным, при росте в один метр восемьдесят семь сантиметров он имел прекрасное, атлетическое телосложение, ему противостоял громила имевший рост в два метра четырнадцать сантиметров, который был почти вдвое шире его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
