– А боевые пятерки?
– Это вообще из другой оперы, – махнул рукой ректор. – Убийцы, да и только. Ментальный маг опасен своей скрытностью. А пятерка, она как на ладони. Сразу понятно, кто враг.
– Тогда получается, что Аальст опасен?
– При условии, что он действительно владеет ментальной магией. Ктонибудь из вас замечал чтото необычное в его поведении или реакции на него окружающих?
– Я его спросила вчера на занятии, что это за слухи ходят о том, что он знает какието особые точки на теле, – произнесла Элеона. – Я както совершенно не подумала о том, что за этим может стоять нечто иное.
– И что он вам ответил? – заинтересованно повернулся к ней Мотэдиус.
– Сказал, что с удовольствием продемонстрировал бы на мне свое знание, но, к сожалению, это невозможно. Мол, он обещал одной умной и порядочной девушке, что не будет больше этого делать. Он вообщето достаточно нагловат.
– Кому это он обещал?
– Стефании Терской. Я не постеснялась спросить, а он не постеснялся ответить. Очень самоуверенный юноша.
– А что… у них любовь?
– Хмы, – хмыкнула Элеона, поджав губы и наклонив голову к плечу. – Откуда я знаю? Видела пару раз вместе. А что там у них – одна Мирана ведает!
– Мда? – задумался на несколько секунд ректор. – Похоже, что девушка имеет на него влияние. И достаточно положительное. Это хорошо. Знаете, уважаемая Элеона, я вам не говорил, но несколько дней назад ко мне на прием записалась Стефания Терская, и я имел с ней разговор. Она пришла с просьбой и просила, ни много ни мало, разрешения посещать ваши занятия.
– Чтоо? Это еще зачем? – неподдельно изумилась Элеона.
– Она мечтает стать целительницей. И ехала в университет, чтобы учиться у вас. Но Камень Судьбы распорядился иначе. И вот она просила у меня разрешения посещать ваши лекции.
– Ну, допустим, когда она ехала поступать, обо мне она даже не знала, – сварливо ответила Элеона. – И мало ли что она там хотела! Я тоже имею множество различных желаний. И что с этого? Совершенно не вижу смысла в ее обучении. Камень сказал свое слово. Идти наперекор его решению? Пробовали ведь уже! И что? Да ничего! Впустую потраченное время, и все. Еще раз говорю – не вижу смысла!
– Она пришла ко мне с интересной идеей, как она назвала ее – отдаление смерти. Расспросите ее, очень интересно. Думает она, как мне кажется, в нужном направлении.
– Этой идее в обед сто лет! – скептически поджала губы Элеона. – А точнее, тысячу.
– Элеона, ну что тут такого в том, что девочка походит на занятия, посидит, попишет лекции. Она же будет счастлива. У тебя есть шанс сделать человека счастливым. Конкретного, живого человека. Неужели ты его упустишь?
– Мотэдиус, знаешь, давай без этих приемчиков! Не нужно мне давить на жалость! Если ты видишь в ней девочку, то я в первую очередь вижу ее черную мантию. Я вижу убийцу, которой будет легче и проще убивать, когда она прослушает курс моих лекций! И не надо говорить мне, что это не так!
– Преувеличение. Не будет она убийцей. Пойди и посмотри ей в глаза. Сама все поймешь. Ты прекрасно знаешь, зачем нужны темные маги. А варгам тоже помощь целителя порой требуется. Чем плохо, если она будет успевать и там, и там?
– Мы бы прекрасно прожили и без варг, – неуступчиво возразила Элеона.
– Но они есть. И вполне живые и так же чувствуют боль, как и мы с тобой. Если темных магов не будет, варги станут не нужны. Значит, каторжников не будет, как, впрочем, и денег. Их будет проще вырезать, чем терпеть их набеги за мужчинами и грабежи на дорогах. А ведь так и будет, Элеона, так и будет! Неужели тебе не жаль целый народ?
– Добрый ты, – ответила Элеона. – И когданибудь ты за это обязательно поплатишься. И еще ты поплатишься за то, что зубы заговариваешь. Начали мы с просьбы Терской, но не прошло и пары минут, как я себя чувствую виноватой в смерти всех варг, которые, между прочим, прекрасно себя чувствуют и вымирать в данный момент совершенно не собираются! Почему сразу нельзя сказать, что ты хочешь? Почему обязательно нужно идти сложным путем? Скажи, что тебе от меня нужно?
Элеона уставилась в глаза Мотэдиуса.
– Возьми ее, – усмехнувшись, сказал он.
– Хорошо, но при условии, что ты объяснишь мне – зачем?
– Ну, вопервых, она мне понравилась. Целеустремленная и глазки умные. А вовторых, пусть будет рядом с Аальстом. Пусть присматривает за ним. Она имеет на него влияние. Если он действительно окажется ментальным магом, то через нее можно будет отчасти както воздействовать на него.
– А тебе не кажется, господин ректор, что в результате твоих интриг первой голова полетит у этой девочки с умными глазками? Если что вдруг пойдет не так. А? Ты об этом не подумал?
– Я думаю, что все будет хорошо. И Эриадор не станет причинять вред Стефании. По крайней мере, если не любовь, то дружба и уважение у них есть. Иначе на месте Жустины была бы Стефания.
– Я пасую пред твоей наивностью, – ответила Элеона, – но ты тут главный, поэтому и решения принимать тебе, впрочем, как и отвечать за них. Хорошо, я не возражаю. Пусть приходит. Посмотрим, что из этого выйдет. А что ты решил по поводу Аальста?
– Я провожу расследование. Поэтому вы здесь. От вас я требую самого внимательного наблюдения за его поведением. Про все малейшие замеченные несуразности докладывать мне немедленно! Если мы прошляпим появление у нас мага разума, я думаю, что и наш Верховный совет и император будут весьма недовольны.
– Может, стоит поставить в известность нашу службу безопасности? Чтобы потом не было разговоров о том, что мы утаиваем информацию и занимаемся самодеятельностью? – предложил магистр древяза.
– Вполне возможно, что это весьма правильный поступок… – после некоторой паузы задумчиво ответил ректор, уставившись в стол, – но все же в данном случае с этим я спешить не буду. И даже дело не в том, что, если я ошибаюсь, меня поднимут на смех. Нет! Дело в том, что, если мои подозрения окажутся беспочвенными, но известными всем, они могут крепко осложнить Аальсту жизнь в будущем. Слухи есть слухи. Они никуда не денутся. Он потом всю жизнь будет доказывать, что это только слухи. И кого он при этом будет считать виноватым в своих трудностях? А? А ведь он маг редких таланов. Первый радужный маг, появившийся у нас за столько лет! Я уверен, что он может совершить много полезного для империи и для университета в том числе. Зачем же его настраивать против всех? Совершенно не нужно. Это вопервых. А вовторых, если он даже и обладает способностями к магии разума, все равно ему без нас не обойтись. Совершенно ведь ясно, что ему потребуется помощь в овладении своей силой. И здесь помочь сможем только мы. А пока он будет учиться, нашей задачей будет воспитать в нем гражданскую позицию, патриотизм и моральную ответственность перед другими. И в этом вопросе очень важны друзья и окружающие. Поэтому я предлагаю не принимать скоропалительных решений и пока понаблюдать за Эриадором. Считаю, что доброжелательное сотрудничество принесет всем нам, в том числе и ему, гораздо больше пользы, чем резкие шаги, продиктованные страхом и непониманием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
