— А ты думала, сразу передача, сразу в эфир? Рискованно, милочка. Вот Рэм обвыкнет, тогда другое дело.
По крутой металлической лесенке с поручнями, напоминавшей судовой трап, они поднялись этажом выше, прошли за стеклянную стену, отделявшую студню от технических служб, и, поплутав среди помещений с аппаратурой, очутились в небольшом, слабо освещенном зале с матовым выпуклым экраном на всю стену. В глубине, в полутьме, вытянув ноги и упираясь тростью в собственные туфли, сидел седовласый джентльмен с небольшими, аккуратно подстриженными усиками. «Фасон «Ниагара», — подумал Рэм, мельком взглянув на усы. И тут же налетел на спину Блим-Бляма: увидев старика, тот остановился как вкопанный.
— Не ждали? — улыбнулся обладатель усов. — Признаюсь, маэстро, заедает любопытство. Я через стекло наблюдал сверху, что вы там делаете в студии, к ничего не понял.
— Мы сейчас посмотрим, дорогой господин Дан! — заторопился специалист. — Но это лишь первый дубль, пробный, так сказать. Я сознаю, какая ответственность Если надо — мы переснимем.
— А вы не волнуйтесь, — доброжелательно успокоил старик. — Посмотрим. Решим.
Джета незаметно взяла Рэма за руку, притянула к себе.
— Не болтай лишнего, — шепнула она.
Парень внимательней посмотрел на старика, но тот спокойно взирал на экран. А через минуту Рэм о нем забыл.
— Можно начинать? — раздался из динамика чей-то голос.
— Начинайте, — приказал Блим-Блям, подсаживаясь ближе к высокому гостю.
Свет погас, и на экране возник Друг президента. Он шел, радостно улыбаясь, приветственно подняв руку.
— Здравствуйте, господин президент! Не думал я, что вот так запросто увижу вас, — воодушевленно заявил Рэм с экрана.
И тут к нему подошел высокий худощавый генерал. Он тоже улыбался.
— Ну почему же, господин Дэвис? Я всегда рад добрым друзьям.
Весь экран заполнило лицо президента. Добродушно, хотя и немного снисходительно — как и подобает великому человеку, увидевшему своего дальнего провинциального родственника, раскрывшего рот от такой нежданной встречи, — смотрел он на Рэма.
— Здорово! — не выдержав, заметил в темноте сенатор. — Вы, Блим-Блям, волшебник! Фрэн обалдеет, когда узнает, что вы тут творите.
— Сенатор, мы здесь не одни, — осторожно напомнил гений.
— Ничего. С молодыми людьми я еще побеседую.
Джета снова сжала руку Рэма, она сидела рядом. И парикмахер насторожился. Он пытался припомнить, как выглядит этот самый старик, но перед глазами вставали только усики типа «Ниагара». Очень скоро экран снова целиком поглотил провинциала, прибывшего за удачей.
Рэм и генерал сидели друг против друга. Президент неторопливо вел беседу.
— Осмотритесь, Рэм, — говорил он. — Это ведь только кажется, что руководить государством может всякий. Сиди, мол, отдавай приказы…
— Да что вы, Фрэн! — совсем непочтительно перебил парикмахер. — Так могут думать только круглые идиоты! Я понимаю, сколько у вас забот.
— И не говори! — совсем по-домашнему вздохнул человек в мундире. — Утром, поверишь, посмотришь сводку новостей — одна другой хуже, и хочется бросить все, уйти на покой. Мне ведь уже за шестьдесят…
— Фрэн, перестаньте! — горячо запротестовал Рэм. Он даже выставил вперед руки, будто преграждая путь такой несусветной мысли. — О каком покое вы говорите! В вас нуждается вся страна! Да как мы без вас? Нет, Фрэн, другого президента нам не надо!..
Рэм в зале склонился к Джете и тихо сказал:
— Слушай, я совсем не помню, как я нес эту чепуху…
Девушка еще сильнее сжала его руку.
— Замолчи сейчас же! — выдохнула она, чуть не касаясь губами его лица. — Потом поговорим!
— Эй, ребята, ну-ка не шептаться! — из темноты прикрикнул сенатор. — Не мешайте смотреть.
Черная пушистая собачонка на экране обнюхала ноги Рэма.
— Смотри, Рэм, моя Фанни сразу тебя признала, — улыбнулся президент. — Если бы ты ей не понравился, она бы здесь устроила страшный шум. Ей нравятся только хорошие люди.
— Спасибо. Я ваш друг, значит, и друг вашей Фанни, — совсем уж глупо заявил парень.
— С ума сойти! — засмеялся сенатор. — Блим-Блям, эта Фанни — отвратительная сучка. Она бесится при виде любого чужака. Как вам удалось? Или тоже техника?
— Да нет, сенатор. Просто другая собачонка с покладистым характером. Она здесь, в студии. Я долго обдумывал образ собаки. По Фанни будут судить о хозяине. Я решил, что она должна быть благородна, воспитана и чуть комична. Не забудьте, среди избирателей — масса людей, обожающих собак.
— Разумно. Я вижу, мне беспокоиться не о чем…
А генерал-президент и его Друг на экране уже договаривались о новой встрече.
Зажегся свет. Все продолжали молча сидеть.
— Ну как? — не выдержал нетерпеливый затейник.
— Не знаю, что сказать, — медлил Рэм, косясь на молчавшую Джету. — У меня что-то было с глазами. Господин президент вблизи выглядел как-то странно…
— Это у тебя от света, — объяснил маэстро и склонился к сенатору: — Мы не считаем нужным всем рассказывать о технических принципах нашей работы.
— Конечно. Все превосходно. Самый что ни на есть вылитый Фрэн. Я полагаю, эта затея может обернуться для вас Большой премией года.
— Спасибо, дорогой сенатор! — восторженно ахнул Блим-Блям. — Я не ожидал, что моя скромная деятельность…
— Перестаньте. Вам еще не вручают премию. Теперь я хочу поболтать с молодежью. — Старик указал тростью на Рэма и его спутницу: — Ну-ка, ребята, идите-ка поближе.
Молодые люди нерешительно приблизились. Джета так и не отпускала руку парня.
— Ты, я вижу, меня узнала, — сенатор показал палкой на девушку.
— Я вас не раз видела у нас в «Коломбине».
— Постарайся, чтобы твой новый приятель, — тут старик протянул трость к Другу президента, — во всем слушался господина Блим-Бляма и поменьше задавал вопросов. Он не пожалеет об этом. И ты, красавица, тоже не пожалеешь. Я подумаю, что для вас можно будет сделать. Но только, ребята, одно условие — не болтать.
— Спасибо, уважаемый господин Дан! — Джета благодарно улыбнулась. — Мы постараемся.
— Джета — отличная девчонка, — сообщил сияющий маэстро. — Она меня уже один раз здорово выручила. Представляете, во время встречи этого парня возле отеля конкуренты чуть было…
— Я видел, — перебил сенатор. Он встал. — Я настоятельно рекомендовал другим компаниям транслировать вашу программу и ни в коем случае не мешать.
— Спасибо, дорогой сенатор! — Блим-Блям побежал провожать старика.
Молодые люди остались в просмотровом зале.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
