- Я вынужден извиниться за формат, но иным способом защитить вас от преследования по нашему закону с понятными итогами я не мог. Сейчас я позвоню моему здешнему контакту, и о вас позаботятся в ближайшие дни. Пока располагайтесь, здесь есть все необходимое. И, Константин Андреевич, если вы не против, я возьму на себя заботу о ваших растениях. Будет жаль, если они погибнут.
Антиквар ошеломленно кивнул.
- Отлично, - сказал Дейвин, достал комм из ящика комода и принялся дозваниваться Инне Ревской.
Вернувшись в квартиру антиквара через час, он открыл дверь Святой страже и развел руками:
- Я тоже опоздал, досточтимые. Его коммуникатор лежит на столе, я решил, что он дома, но судя по виду квартиры, он очень быстро собрался и ушел. Телефон оставлен тут, видимо, намеренно. Я уже посмотрел окрестности, но здесь как пьяные моряки гуляли, все затоптано, его следов я не вижу. На наше счастье, хоть оружия в квартире нет, я пришел именно за ним. Так что, - граф повел рукой, - распоряжайтесь. Не буду мешать вам.
Офицер Святой стражи прошипел несколько бранных слов на сааланике. Дейвин согласно хмыкнул. Потом подумал и добавил:
- Цветы... Он оставил тут растения. Будет жаль, если пропадут. Я заберу в замок, ты же не против, досточтимый?
- Да, цветы у него хороши... - рассеянно кивнул монах. - Забирай, граф, конечно. Вряд ли на них есть какие-то заклятия, а если и есть - ты справишься.
Со второй некроманткой, музыкантшей и поэтессой, Дейвин успел перед уходом по порталу попить кофе в городе и через сутки вызвать ее со всеми ценностями в заснеженный и несколько мокрый городской сад. Там он и ставил портал в каких-то кустах, воспользовавшись тем, что за пеленой мокрого снега в десяти шагах молочно-белое окно было уже не разглядеть. А через три дня Инна Ревская написала ему, что уезжает с мужем в круиз и вернется через месяц. Так что третью попавшую в списки принять сможет не раньше конца марта. Столько времени у Дейвина не было, списки на февраль и март он уже просмотрел. Многие имена из него он видел среди обратившихся за выездной визой в Московию для участия в лекциях и семинарах, и за них он был спокоен. Но в списке была еще одна женщина, историк Первой мировой войны, вдова, жившая в загородном доме. Дейвин приехал к ней сам, наняв какого-то местного, промышлявшего частным извозом, и отдал крупную купюру за этот маршрут. Он долго рассказывал хозяйке дома, почему ей следует ему поверить и что побуждает его заботиться о ее безопасности. Потом еще дольше убеждал убраться из края с его помощью и клялся небом, что это не ловушка. Потом посмотрел на календарь и выругался. Инна Ревская с мужем уехали вчера. Дейвин попросил на минутку комм женщины.
- Женька? Привет, это Дэн. Я намерен поступить как скотина, и прошу прощения заранее.
- Очень интересно, - услышал он в трубку, - как это у тебя получится, учитывая географические нюансы.
- Женька, нет времени объяснять, извини за наглость, я иду к тебе вдвоем, - сказал он и принялся ставить портал.
Через минуту обратился к хозяйке дома: "Следуйте за мной через пятнадцать секунд, комм оставьте здесь". Шагнул в портал и оказался в лесу неподалеку, рядом с небольшим родником. Ободряюще улыбнувшись женщине, вышедшей следом, он успокоил ее:
- Сейчас придем в тепло, не пугайтесь. - И ушел по порталу на Ддайг, в свои земли, встречать ее.
В его собственном малом храме они провели почти четверть часа, пока Дейвин настроил портал. Все это время женщина молча разглядывала убранство храма и устройство Источника. Парящие в Потоке кристаллы ее почти не заинтересовали, а вот сам Поток она пыталась рассмотреть так старательно, как будто и впрямь могла что-то увидеть. Наконец граф настроил портал и скомандовал женщине:
- Когда пойдете, смотрите под ноги. Там тоже лес или парк.
С той стороны действительно был парк, вот только оказались они посреди заснеженного газона. Источник имел форму группы кустов, которые, вероятно, летом образовывали небольшой купол с просветом точно в зенит. Женщина аккуратно переступила ботинками по снегу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ничего, сейчас, - улыбнулся граф и шагнул в новый молочный овал, только что созданный им.
Четвертый шаг наконец привел их в прихожую квартиры друга. Евгений вышел к нему и едва успел спросить, где второй, как женщина вышла из мигающего радужными бликами портала. Женька потрясенно взглянул на нее:
- Ира, привет... вот не мог себе даже представить такой встречи.
- Женя, привет. И я тоже. Что теперь будет? - спросила совершенно потерянная гостья.
- Будет проза жизни, - Женька улыбнулся. - Сейчас Маришка тебе поможет устроиться, а завтра пойдем подавать просьбу о политическом убежище.
Марина вышла из кабинета и поманила гостью рукой: заходи, что стоишь? Ирина перешагнула через свою сумку и послушно пошла в комнату.
Дейвин сказал в закрывающуюся дверь: "Вот и хорошо", - и пошел за Женькой на кухню. Присев к столу, он улыбнулся:
- Я обещал, что поступлю как скотина, и я это сделал. И да, кстати, твоя мать просила тебе передать, что ты свинья, писать-то ей все-таки иногда надо.
Женька неловко плюхнулся за стол на угловой диванчик и буркнул:
- Объясняй.
- Что именно? - уточнил граф. - С Ириной, как я увидел, вы знакомы, и даже представляю себе, где и когда именно познакомились. Причины, по которым она тут оказалась почти без вещей, ты, думаю, понимаешь и сам. Почему я не предупредил? Или почему привел ее только сегодня?
- Дэн, начни с контакта с моей матерью. Пока что это для меня самая серьезная новость, - Евгений выглядел недовольным и озабоченным. В коридоре и гостиной шуршала Марина, заботясь о беглянке, приведенной Дейвином по порталу.
- Как скажешь, - невозмутимо произнес да Айгит. - Ты в курсе, что Инна Владимировна связана с правительством в изгнании?
- Да, Дэн. Более чем в курсе, - Женька кивнул, внимательно глядя ему в глаза.
Граф коротко кивнул.
- Мне пришлось просить ее о помощи. Нам нужно переправлять людей через границу быстро и скрытно. Было нужно уже в этом месяце. И сегодня тоже нужно, как видишь, но она уехала с мужем в круиз. Возможно, понадобится и в апреле. Если нам повезет получить списки Святой стражи, как повезло в этом месяце.
- Как ты ее нашел, я не буду спрашивать. Я даже не удивлен, что она согласилась. Я не могу тебе сказать, что ты неправ, Дэн, но... - Женька крутил чашку на блюдце и смотрел в стол. - Хорошо, я ей напишу.
- Да, она согласилась сразу, я даже не ожидал, - Дейвин припомнил разговор и качнул головой. - Они уже приняли двоих, если повезет, то мы продолжим.
- У нее было целых три причины согласиться, - невесело засмеялся Ревский. - А если хорошо подумать, то и больше... Ладно, рассказывай дальше.
- А что дальше, Женька, - вздохнул Дейвин. - Святая стража поступает, как им и свойственно.
- А ты? - грустный и упрямый взгляд друга давил графу на сердце. - Ты все еще уверен, что уцелеешь?
- Пока что да, Женька, - улыбнулся он.
Он вовсе не был в этом уверен, но признание значило бы прямую просьбу о помощи. И Евгений это понял.
- В таком случае, - сказал он, - сейчас у нас праздник. Двойной, потому что Ира тут, живая и целая, и потому что тут ты, в кои-то веки. И Дэн, я не знал, как тебе переслать подарок на Новый год, так что сегодня он с тобой встретится.
Тем вечером Дейвин привез в Приозерск кольцо с камнем, в котором на очень темном зеленом фоне проступал раскрывший крылья мотылек цвета огня. Женька назвал его хиастолитом, когда вручал подарок. На правой руке граф носил кольцо мага, подарку друга он определил место на безымянном пальце левой руки. Он так и вышел из портала: с новым украшением на одной руке и с круглой коробкой в другой. В коробке был торт "Финезия".
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
