– Что тебя так забавляет, вампиреныш? – мрачно спросил он, покосившись на Джаниса.
Молодой вампир уже не прятал улыбку. Кончики клыков устрашающе выглядывали из-под верхней губы, но в глазах не было угрозы – он откровенно веселился.
– Кажется, я уже видел эту сцену и даже участвовал в ней, – со смешком вспомнил он. – Юлия, почему твои мужчины чуть что лупят в челюсть? Это ты на них так действуешь или они по жизни такие агрессивные?
– Дан не…
«Мой мужчина.» От этих слов что-то сжалось внутри, и я не решилась произнести их вслух.
– … не меня защищал, а свое оскорбленное достоинство. Его ведь тоже обманули.
Дан порывисто обернулся:
– Я бы проглотил обман. Но Фернанд поставил под угрозу вашу жизнь ради своей короны. Он не имел права!
– Не ради короны, Дан. Ради королевства, – резко бросил принц. – Я виноват перед тобой и еще больше – перед Юлией, но я не потерплю незаслуженных оскорблений. Простите, Юлия, возможно, мне стоило сразу признаться вам в том, что будет лишь инсценировка свадьбы. Но слишком важно для меня было сохранить все в тайне, и я боялся, что, зная правду, вы можете невольно выдать ее нашим противникам.
– А кроме того, вам хотелось узнать, насколько вы привлекательны в глазах Юлии и не откажется ли она от свадьбы в последний момент, – желчно уточнил Дан.
– Дурак ты, – Фернанд невесело усмехнулся. – Я был уверен, что не откажется. Но она ведь делала это ради тебя, так чему мне радоваться?
У меня запылали щеки. Вот странно: к словам принца не придерешься, я ведь, как ни крути, действительно делала это ради Дана. Почему же мне слышится в этой фразе более глубокий подтекст?
– Эй, я все еще здесь! Хватит говорить обо мне в третьем лице.
– Простите нашу бестактность, Юлия, – крон-принц улыбнулся, и даже разбитая губа не делала эту улыбку менее обольстительной.
Я обхватила плечи руками и медленно двинулась по кабинету, пытаясь уложить в голове информацию.
– Поправьте меня, если я ошибаюсь, ваше высочество. Дану не грозила смертная казнь, даже если бы я отказалась от свадьбы, так?
– Верно. Ваш статус невесты наследника пришелся очень кстати, потому что нам нужен был публичный повод для помилования. Но казнь бы не состоялась в любом случае. Дан оказал услугу короне…
– И жениться на мне вы не собирались? – перебила я. С услугами короне потом разберемся.
Принц не ответил. Мне пришлось остановиться и посмотреть на него, чтобы увидеть реакцию.
– Не собирался, – признался он после секундного колебания.
– Тогда зачем понадобилось все это представление? Погодите! – меня вдруг осенило. – Вы с самого начала ожидали покушения, да?
– Да, – он не смог скрыть улыбки – как мальчишка, который провернул дерзкую каверзу. – Благодаря Дану, мы знали, что белль Фарро готовит переворот.
Благодаря Дану?!
– Вы тоже были в курсе?
Наверное, мои глаза очень нехорошо полыхнули, потому что Дан инстинктивно подался назад.
– Нет! То есть я догадывался о перевороте, но не думал, что свадьба – это только инсценировка. И мне даже в голову не пришло, что Фернанд шантажировал вас моей казнью, – он бросил на принца свирепый взгляд. – Мне он сказал, что мое освобождение – это награда за помощь в раскрытии заговора.
– Вы еще и заговор успели раскрыть между делом? – шпилька вырвалась по инерции, и я тут же пожалела о ней. Дан меньше всего заслуживал такого обращения.
– У меня есть некоторые, скажем так, связи в городе. После вашего похищения я поставил на уши всех осведомителей, собирая данные о белль Фарро. Искал место, где он прячет вас, но информация попадалась разная – фильтровать не было времени. Позже, уже в тюремной камере, у меня появилось время проанализировать ее, и несколько на первый взгляд незначительных фактов в совокупности натолкнули на мысль о готовящемся перевороте. На очередном допросе я изложил эту мысль лорду Дагерати.
– Признаюсь честно, я отнесся к новости скептически, – вступил в разговор Фернанд. – Решил, что Дан просто пытается обманом купить себе свободу. Но, подняв отчеты агентов из окружения герцога белль Фарро, мы нашли и другие аргументы в пользу теории заговора. Некоторые ниточки вели к «Партии объединения» – полулегальной организации диг-а-наррских аристократов, которая стремится снова объединить Союзные Королевства в империю под знаменем Диг-а-Нарра. Но у нас не было ни одного четкого доказательства для предъявления на Совете Лордов. Тогда у меня родилась идея спровоцировать белль Фарро на поспешные действия, и моя свадьба была лучшим вариантом. Во-первых, это торжество, на котором все королевское семейство собирается в одном месте. Во-вторых, бракосочетание, как правило, влечет за собой увеличение законных наследников – тоже повод поторопиться. Ну и наконец, моя женитьба стала бы личным оскорблением для герцога после того, как я отверг его дочь.
– Но почему – я?
Что, во всех пяти королевствах не нашлось другой доверчивой дурочки?
– Я… – принц на мгновение запнулся, – думал о вас. Ну и кроме того, вы идеальная кандидатура, – интересно, я одна услышала в этих словах «идеальный кусочек сыра для мышеловки»? – Когда в дело включаются эмоции, противник теряет осторожность. Ненависть белль Фарро к вам была так сильна, что он заглотил наживку вместе с крючком и удочкой. Ближайший соратник белль Фарро – герцог белль Карса. Я попросил его сына Фридерика помочь с организацией церемонии. Это позволило нам контролировать поток информации, попадавший в руки белль Фарро. Мы не были уверены в том, какой способ нападения изберут заговорщики, поэтому в королевскую ложу посадили зеркальных фантомов. Вы знаете, что это такое?
– Магистр Астэри рассказывал, – кивнула я. – Иллюзорные фигуры, которые копируют мельчайшие движения своих реальных прообразов.
– Именно. А оригиналы – отец с Никой и Вильсом – расположились у стены напротив, укрытые невидимостью. К сожалению, заменить фантомами нас с вами было невозможно – слишком много активных действий от нас требовалось. Поэтому мы позволили белль Фарро подкупить одного из слуг, готовящих зал к церемонии. Он нанес на ритуальный кинжал якобы быстродействующий яд, а на самом деле – снотворное. Мне очень не хотелось отключаться в процессе операции, но пришлось пойти на этот риск: не было уверенности, что я – или тем более вы – сможете достаточно убедительно изобразить смерть. Провокация, как вы видели, удалась. Заговорщики рассчитывали переложить вину за покушение на диганаррских террористов, но наши агенты – они ведь теперь точно знали, что искать, – собрали ворох материалов, которого с лихвой хватит, чтобы убедить Совет в виновности белль Фарро и белль Карса. Младшего белль Карса мы, возможно, пощадим, если он согласится свидетельствовать против отца. Фридерик в сущности неплохой парень, просто он давно и безнадежно влюблен в Веронику, и его убедили, что единственный способ жениться на ней – это устранить злобных родственников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
