выпрыгивая из техники и стремительно приближаясь к нам. Рядом упали капсулы, из которых словно зёрна граната выстрелили красные шары, в каждом из которых сидели твари с безумно острыми зубами, что в два счёта вскрывали наши бронекостюмы.
Началась мясорубка, итог которой был изначально предрешён. Но в этот раз я не погиб — проснулся раньше из-за трясущего меня за плечо Роберто.
— Вот и первый блокпост, — сообщил он мне.
Я посмотрел на перегороженную людьми дорогу. Шлагбаум притащили, автомобиль пригнали и поставили поперёк. Они прятались за металлическими бочками, стоя в разнообразной одежде, с холодным оружием в руках и направленными на нас пятью стволами винтовок и пистолетов. Пять единиц огнестрела на более чем двадцать человек. Нищие по меркам США.
— Дальше проезд платный! — прокричал один из них.
— И почём? — высунул я голову в окно, смотря на этих горе-грабителей.
— Всё… что… есть — неуверенно ответил он мне, переводя взгляд на других своих соратников.
Я вышел из машины и показал им свою «Аську» и прочее оружие. На мне его сейчас было ненамного меньше, чем у них всего. Про сам костюм я и вовсе не говорю. Они с открытыми ртами пялились на меня.
— Ну вот всё, что есть у меня с собой. Подойдёшь, чтобы забрать? — предложил я ему, доставая две части алебарды со спины и соединяя её воедино.
— А знаете, сегодня акция! Проезд бесплатно! Хорошего пути… Давайте, убирайте, — приказал он своим людям, приняв волевое решение сохранить их жизни.
— Даже так? Спасибо! Только знаете что, не люблю грабителей. Вы таких тут не встречали? А то настроение ноги переломать.
— Нет, не видели! Увидели бы — сразу же сказали бы твоим столь доблестным воинам! — Мужик затряс головой в разные стороны, будто от припадка.
— Да? Вот не повезло. А знаете, что будет, когда армия придёт сюда?
— А армия придёт сюда? — с удивлением и надеждой в голосе спросила женщина с широко открытыми от таких новостей глазами.
— Обязательно. Рано или поздно — придёт. Не знаю, чья она будет, правда. Но придёт. И вот, всех насильников, грабителей, любителей рабства, резни себе подобных и прочий сброд вроде вашего — в лучшем случае повесят. Так что вы давайте, свою лавочку сворачивайте. За последние две недели в Майами больше пятисот человек повесили на фонарных столбах за подобное. И практика показывает, что столбы закончатся раньше, чем люди, которые заслужили мыла и верёвки. Не добавляйте нам работы. Сегодня вам повезло, но это единственное предупреждение. Других не будет. И смерть будет самым желанным из вариантов окончания столь бездарной жизни, — я сел в машину, и мы проехали вперёд, исчезая из поля зрения любителей обирать путешественников.
— Почему ты их не убил? — удивлённо посмотрела на меня Наташа.
— Среди них было двое детей. Включая совсем маленького грудничка. Как понять, кто из них заслуживает смерти, а кто нет? Допрашивать времени нет. Убить всех — неправильно. Убить всех, кроме детей… Ты им заменишь мать? Бросишь освобождение нашего мира от этой оравы тварей ради чужого ребёнка, чью мать ты застрелила?
— Нет…
— Ну раз не можешь нести эту ответственность, то и не принимай глупых решений. Не все занимаются грабежом ради жизни в кайф. Некоторые просто пытаются выжить как могут. Головы рубить мы всегда успеем.
— Босс, а в терминалах есть какая-нибудь штука вроде сыворотки правды? Ну, бывает вообще?
— Нет. Но есть кое-что получше.
— Что?
— Центр нейросканирования воспоминаний.
— Чего? Что это? — удивился Роберто и свернул чуть в сторону, останавливая машину. — Кстати, смена. Два часа прошло.
Я пересел за руль и надавил на педаль, отправляясь за красношкурым.
— Так что такое этот центр?
— Одно из зданий, которое я видел в своём сне. Редко, очень редко оно встречалось на крайне развитых базах. Там вели допросы специалисты по нейросканированию, активируя воспоминания усаженного в специальную капсулу человека даже против его воли. Не знаю всех нюансов, но читал отрывки информации, слышал обрывки разговоров, ужасался от болезненных криков, что раздавались из подвалов этого здания. В общем, штука рабочая, позволяет узнать многое и проверить каждого на вшивость. Но опять же — это ещё не скоро. Не знаю, сколько нам потребуется очков достижений и времени для развития и постройки базы. Здания каждого нового уровня будут строиться всё дольше и дольше.
Долгая дорога в ожидании встречи с берсерком продолжалась, и я с грустью смотрел на постапокалиптические пейзажи вдоль шоссе и дорог, по которым мы ехали. Нас даже ни разу не обстреляли, хотя я был почти уверен, что это неизбежно на таком длинном куске пути.
Когда мы уже подъезжали к тому месту, где Афина впервые запеленговала убийцу, мы увидели море. Дорога шла параллельно побережью. В этот самый момент наступила глубокая ночь, и наша цель пропала с радара, лишившись связи с Афиной.
Мы насторожились и остановились в пяти километрах от того места, где пропал сигнал.
Перед нами был длинный тоннель, пробуренный сквозь холмы и ведущий куда-то на северо-запад. Полная темнота, невозможность тихо разведать обстановку, да ещё и в длину он тянулся почти на три километра. Сволочь могла спрятаться где угодно. Даже такой глубокой ночью были видны покорёженные авто, забившие этот тоннель своими металлическими телами.
— Ну и что будем делать? Идём внутрь?
— Стоим и слушаем… Отойдите с возможной линии огня, — дал я команду, и мы сошли в сторону, вытаскивая оружие. Дробовик, «Аська», сверхмощный револьвер… Да, они не пробьют броню — но в случае чего оттолкнут противника и помешают ему. Единственный мой шанс — воспользоваться навыками ближнего боя и алебардой повредить самые тонкие элементы его защиты шеи либо же основания копчика. Другие точки с этим оружием не пробить. Разве что гранатами закидать ещё имеет смысл. Тем более в тоннеле. Там даже шумофильтры не спасут. А ещё лучше выманить его наружу. Здесь хоть Афина сможет его оглушить и дезориентировать, светофильтром лишить соперника обзора.
— Зомби не рычат. Эха никакого нет. Вместе с тем… — Я на мгновение снял шлем и принюхался. — Мертвечиной несёт сильно. Вряд ли зомби ушли из такого злачного места. У него был целый час, с момента исчезновения и до нашего прибытия. Он убил их всех. Сейчас три ночи, он очень долго был на ногах, идя пешком огромное расстояние. Тут даже костюм не поможет. Он устал. Скорее всего, он собирается заночевать где-то здесь. Живые в такое место сами по себе не сунутся даже днём. Слишком опасно. А зомби… Их он не боится. Разве что разбудят его своим
