же начинает поддерживать другого, а? И ты, и Костик поняли, кто из мужчин
постоянно будет на базе. Не дам я тебе, Арсений, сделать из него безвольную половую тряпку.
— Предложение на самом деле хорошее, — поглаживая подбородок, добавил Роберт. — Ваше усиление безусловно важно для всех нас! К тому же ежедневные выезды повышают шанс найти Лагерь Эвакуации.
— Вот только укрепление лагеря будет идти еще медленнее, — попытался возразить Арсений.
— Так мы же и не собираемся долго здесь задерживаться! — подала голос Саманта.
— И тем не менее об укреплении нельзя забывать, — телепат начинал заводиться.
— Мы и не будем, — стояла на своем девушка. — Думаю, в этом, если нужно, и женская половина сможет помочь! — присутствующие дамы удивленно воззрились на нее. — Ну а что? — пожала плечами Саманта. — Готовка-уборка, конечно, занимает много времени, но нас четверо, а ртов — двенадцать. Дети под присмотром Розы. Неужели мы вчетвером не справимся с остальным? В среднем по три рта на одну из нас.
— Саманта права, — поддержала дочь Алла. — Арсений, при необходимости и женщины могут помочь в «мужских» делах. Обращайтесь заранее и мы вчетвером решим, кого сможем выделить.
— Сень! Круто Саня придумал, да же? — расплылся в улыбке Федя. — Чего молчишь? Боишься, что я тебя по уровням обойду? Я же больше вас буду качаться!
На полмгновенья веки телепата широко распахнулись. Хм, как я и думал. Не частые выезды смущают парня и не то, что на базе днем будет оставаться мало мужчин. Все куда сложнее — умник-шахматист не может понять, что я задумал. Ведь я знаю, что Федя — его кукла. И сильный Федя — сильная куколка. «Зачем же он сам предлагает качать танка вдвое больше нас? Ему что-то известно? Не может же он быть таким тупым?» — подобные мысли явно истоптали весь мозг нашего юного дарования.
А соклановцы продолжали восторгаться моей идеей и убеждали Сеню принять ее. Инстинктивно все понимали, что каждое распоряжение должны одобрить оба лидера.
— Согласен, — сдался телепат на радость остальным. Хех, еще бы ты не согласился. Народ как на трон посадит, так и сбросить может. — А теперь давайте перейдем к другим вопросам.
Общее собрание тянулось еще около часа — составили перечень недостающих продуктов и вещей, согласовали список дежурств, обсудили маршруты предстоящих экспедиций. Затем женщины отправились укладывать детей, а мы остались обсуждать, как дальше укреплять лагерь и где лучше искать двергусов для прокачки.
Мы закончили поздно, но я помнил о «висящих» на мне делах.
— Слушай, — войдя в мужскую спальню, обратился к Сене, расправляющему спальник. — А какой у тебя сейчас уровень?
— Двадцать второй, — ответил он, точно и не было между нами никакого противостояния. — А у тебя?
Я быстро прикинул, если двадцать два процента синхронизации равны восемнадцати процентам владения космопраной… Хм, делим двадцать два на восемнадцать, примерно ноль восемь. У меня пятнадцать, значит, нужно пятнадцать умножить на сто и разделить на восемьдесят. Полторы тысячи делим на восемьдесят… сто пятьдесят делим на восемь… так не делится, округляем…
— Минимальный — девятнадцатый.
В свое время танк-таки достал меня расспросами об уровне.
— Ты странный! — говорил он. — Мне кажется, у тебя уровень нестабильный! Вон как на базе монстра вынес, а потом чет сдулся.
Тогда я придумал, что мой уровень плавающий. Может достигать сотки, если очень надо, но обычно он гораздо меньше. И мне нужно поднимать эту нижнюю планку, как и всем остальным. Такой странный ответ удовлетворил Федора и дал пищу для размышлений Арсению.
— Почти нас с Федором догнал, — хмыкнул телепат, повернувшись ко мне.
— Скоро вообще обгоню, — улыбнулся я. Тот цокнул языком. — Слышал, ты моего шамана ободрал. Завтра, как вернусь с выезда, хотел бы посмотреть добро.
— Завтра? — сильно удивился парень. — Почему не сегодня?
«Потому что сегодня потратил время общения с космосом на другое», — подумал я, но вслух сказал:
— Сегодня я устал, слишком насыщенный выдался день для того, кто только проснулся.
* * *
Завтрак, как, впрочем, и все приемы пищи с детьми, получился шумным. Снежана и Витя объявили бойкот овсянке, которую им положили, и громко требовали кукурузных хлопьев. Их перепалка с матерями продолжалась до тех пор, пока не вмешалась Роза.
— Снежа, Витя, — девушка подошла к детям сзади и одновременно прижала их головы к груди. — Вы же хотите побеждать чудовищ? Как дядя Саша, дядя Сеня и дядя Федя? — ее голос звучал по-настоящему нежно. Сейчас, успокаивая детей, Роза буквально лучилось теплотой и светом.
Против такого аргумента возразить было нечего, и все присутствующие за столом наконец смогли спокойно поесть.
После завтрака договорились с Федей встретиться у «Тундры». Я оделся быстро и ждал танка на улице, однако тот задерживался. Видимо, путь из совместной комнаты куда тернистее, чем из аскетичной мужской спальни.
Во двор вышла Роза и, вдохнув полной грудью, подняла голову к небу. Она замерла недалеко от дома и меня не видела. Выглядела девушка теперь как обычно. Как обычно печально.
— Не стоит тратить силы на бесполезные переживания, — проговорил я издали. Вздрогнув, она обернулась. — Особенно в нашем положении, — закончил я.
— Легко сказать.
Глупо было спрашивать «что тебя беспокоит?» или «о чем тревожишься?». Я задал другой вопрос:
— Тебе нравится возиться с детьми?
На секунду ее губы расплылись в уже знакомой нежной улыбке.
— Да, — ответила девушка. — Я люблю детей. А дети любят меня. С Глебом мы мечтали, что заведем минимум пятерых. Летом мы должны были пожениться… — задрожав, она отвернулась.
— Должно быть, Саманту злило, что ты выходишь замуж раньше нее, — ляпнул я первое, что пришло в голову.
Роза усмехнулась:
— Если б ее это волновало! — и вновь нахмурилась.
Черт! Как же тяжко смотреть на слезы… Хочется вдарить по морде, чтобы взбодрить!
Ой… Откуда взялась эта абсурдная мысль?! Да что за чертовщина с моими эмоциями?
— Слушай, — заговорил я, чтобы отвлечься. — Мне нравится, с какой нежностью ты смотришь на детей. Есть ли что-то, что я могу сделать для вас? Может быть, что-то из города привезти?
Роза свела брови и несколько секунд с недоверием смотрела на меня.
— Вообще-то есть… — неуверенно проговорила она. — Я просила Арсения перед его вчерашней поездкой, но он сказал «позже». Не хотел тратить время.
Хм, Сеня в чем-то отказал моему избирателю? Очень расточительно с его стороны. Или был уверен, что даже доброе дело телепата не заставит Розу пересмотреть свои взгляды? Как бы то ни было, я не могу позволить себе поступить так же.
— Я готов тебя выслушать и помочь чем смогу, — твердо произнес я.
Девушка робко улыбнулась:
— Мне хотелось бы
