Да он и не спал толком. Полночи курил у окна, слонялся по холостяцкой однокомнатной квартире, постоянно прислушиваясь к телефону: позвонит Лена или нет?
Не позвонила. И не приехала, хотя сладкая надежда увидеть желанную женщину, спешащую к нему, держала его у окна до рассвета.
Марат откинул одеяло и свесил ноги, стараясь привычным движением подцепить тапки. Их рядом с кроватью не оказалось. Марат посмотрел по сторонам. Один тапок валялся в кресле, другой — под ним. Кресло являлось законным местом отдыха кота Чингиза. Видимо, животному вчера досталось от пьяного хозяина. Обиделся, слинял куда-то.
На кухне громыхнула пустая миска, раздалось недовольное урчание. Кот услышал, что хозяин проснулся, и напомнил ему о святых обязанностях.
Марат поплелся на кухню, вскрыл сразу два пакетика с кошачьей едой и вывалил кусочки корма в миску. Чингиз для порядка осуждающе покосился на Валеева, повел усами и приступил к трапезе спустя полминуты.
— Мне бы твои проблемы, — проворчал Марат, плюхаясь на стул. Рука потянулась к мятой сигаретной пачке, которая оказалась пустой. — Злишься? Я тоже злой как собака.
Он подцепил из пепельницы самый длинный окурок, чиркнул зажигалкой и затянулся. Выпустив дым в сторону форточки, наклонился к коту и продолжил общение:
— Вот ты представь, Чингиз, пятнадцать котов и столько же кошечек собираются вместе. Еды — завались, валерьянки — тоже. Они все взрослые, давно не виделись, но когда-то в юности между ними были отношения: симпатии, поцелуйчики, вздохи, ахи и прочая фигня. Народ расслабляется, выпивает и разом сбрасывает прожитые годы. Все ощущают себя помолодевшими, пытаются вернуть прежние отношения, чувствуя себя раскрепощенно. То, что раньше было запретным, сейчас стало доступным. Ты понимаешь меня?
Чингиз доел, томно прогнулся, благосклонно сузил глаза на хозяина: мол, продолжай, я слушаю, — и принялся облизывать себя.
— Всех такая ситуация устраивает: кошечки распушили хвостики, коты надули грудь и урчат в предвкушении удовольствия. Короче, всем хорошо, а у тебя проблема. Почему? Да потому, что ты явился на сборище с киской, которая уже твоя. Понимаешь, только твоя! Но раньше она была с другим котярой, назовем его Серый. И начинаются проблемы. Появляется фотография, где Серый смотрит влюбленными глазами на твою киску. И его тянет повторить прошлое. Серый мурлыкает вокруг твоей киски, приглашает на танец, прижимается к ней. А танец — это кратчайший путь к интиму. Ты понимаешь меня? У вас танцы бывают, или сразу интим?
Чингиз фыркнул, развалил лапы и стал вылизывать низ живота.
— Вы без танцев, сразу к делу, — истолковал эту позу Марат. — У людей чуть сложнее, но принцип тот же. Самка вертит хвостом, а самец ходит кругами, завоевывает ее благосклонность. Но мне-то не надо завоевывать Лену, она уже моя. Мне нужно ее сохранить! А другие киски ей мяукают: «Ты что, правда, с ним живешь? Другого найти не могла? Ты майор, а он — капитан». Ну не суки, а? Вот от обиды и налегаешь на горячительное — по-вашему, на валерьянку.
У Марата пересохло в горле. Он открыл холодильник, в надежде увидеть там пиво. Чуда не произошло. Здесь он бывает редко, Чингиза подкармливает соседка-пенсионерка, а для гулянок коту оставлена открытой форточка — благо квартира на первом этаже, а сейчас лето. Пришлось довольствоваться холодной водой из-под крана. Кот посчитал излияние хозяйской души завершенным и мягкой вальяжной поступью удалился в комнату на любимое кресло.
Воспоминания не отпускали Валеева. Вечер встречи, обещавший быть радостным, с самого начала пошел совсем не так. Алкоголь, музыка и танцы их юности раскрепостили одноклассников, создав иллюзию, что они обманули время и вернулись в прошлое. Впереди вся жизнь, и можно переписать ее заново.
Он помнит, как ржала Ленка Глузкина, крича во время быстрого танца на ухо Елене:
— Я смотрю, тебя тянет только на одноклассников. Сначала Серега Петелин, потом Марат Валеев. Тогда обрати внимание на Андрея Бахлина. Он на тебя по-особенному смотрит. А я займусь твоим бывшим. Ты его на алиментах не разорила, подруга?
Под «бывшим» подразумевался Сергей Петелин, никак ни он, не Марат Валеев. Почему никто не воспринимает его как полноценного мужа Елены!
Она делала вид, что не слышит подругу, а бесцеремонная Глузкина громко продолжила:
— В школе ты крутила с Маратом, а вышла за Петелина. Кто у тебя был первым? Не хочешь, не отвечай, подруга! Мужики, тщеславные тупицы, всегда хотят быть у нас первыми. Мы умнее. Нам хочется стать последней любовью мужчины. Так что, уступаешь Сергея?
— Вряд ли ты будешь у него последней, — осекла одноклассницу Елена и отошла к столу.
Марат попытался снова поговорить с Еленой, но получилось еще хуже. В пьяном состоянии значимость событий возрастает, пустяк становится Эверестом. Из-за такого пустяка они разругались. И Марат закусил удила, напился и уехал из ресторана раньше. Он надеялся, что, потеряв его, Елена забеспокоится, позвонит, попросит забрать ее с вечеринки, но этого не случилось. Он поступил глупо, как ревнивый мальчишка. Пора унять гордыню и позвонить ей.
Марат взял телефон и набрал номер Елены. Ее мобильный был отключен.
«Обиделась. Понимаю. Так дай мне возможность извиниться!»
Новый звонок ни к чему не привел.
«Все равно тебя достану, не могу ждать», — решил Валеев и позвонил Елене Петелиной на домашний телефон.
Он ждал долго, повторял звонки, однако ответа не последовало.
«Где Лена? С кем? Снова с Сергеем? — занервничал он. — И Бахлин вокруг нее ужом вертелся. Неужели она назло мне уехала к кому-то из них!»
Хотелось выкинуть ревность из головы и думать о чем угодно, только не об измене любимой женщины.
«Забыть, забыть, хотя бы на время».
Вспомнился почему-то Андрей Бахлин. С ним Марат не виделся много лет, а когда-то они были друзьями «не разлей вода». Третьим в их дружной компании был Димка Русов. Красивый, мечтательный мальчишка, писавший стихи.
Специально для встречи одноклассников Марат нашел последнюю фотографию, где они вместе. Открытие смены в пионерском лагере в Крыму. Счастливые детские лица. Кто из них тогда думал о смерти? А через месяц Димки Русова не стало.
В ресторане Андрей Бахлин внимательно рассмотрел коллективную фотографию и обратил внимание на человека в стороне. Марат его тоже узнал. Еще бы не помнить такую сволочь! Физрук, тренер по самбо Греков, по кличке Грек.
На душе заскребло, ноющая пустота заполнила грудь.
«Я эгоист. Мои мелочные обиды ничто по сравнению с тем, что случилось с Димкой Русовым», — укорял себя Валеев.
6
В одиннадцать лет Марат впервые оказался на море. Летний отдых в пионерском лагере в Крыму представлялся непоседливому
