Буратино коротко обрисовал ситуацию. Коротко, потому что подробно она была донесена до каждого уже несколько дней назад, и времени на раздумья было предостаточно. Презентация сопровождалась реальными видами планеты Земля и фантазиями ИИ о том, как может выглядеть райская планета.
Следующим слово взял капитан. Когда приветственные аплодисменты смолкли, он начал так:
– Я старый космический волк, командовал двумя межзвёздными перелетами общей продолжительностью восемьдесят лет, но всё в жизни бывает в последний раз. Я хочу умереть, имея под последним одро́м не вибрирующую палубу корабля, а твёрдую землю.
Потом выразил намерение, которое многим показалось странным, а некоторым даже предательским: поселиться не в Иерусалиме, а в Омске. Капитан объяснил это тем, что так он сможет не допустить развитие конфликта между террановианцами и землянами.
Закончил Вентер следующими словами:
– У меня нет такой привязанности к отцам-основателям, как у большинства из вас. Мне с господином Гольдбергом не по пути. Я сам, космический чёрт меня задери, отец-основатель! Потому кто захочет, пойдёт со мной. А эмбрионов, причитающихся на мою долю, я отдам господину Леграну. Ему они нужнее. И те, кто пойдёт со мной, поступят так же.
Когда, чтобы говорить, поднялся Гольденберг, аудитория приветствовала его куда теплее и почтительнее капитана.
– Дети мои, – голос старого пройдохи послушно дрогнул, – вот и свершилось! Скоро вы ступите на родную землю. На землю праотцов ваших. Это будет самый великий момент в вашей жизни. Мы вернулись сюда, чтобы сделать то, что не получилось у наших предков – навсегда поселиться на Земле обетованной. Своим трудом напитать её, построить на ней города, красотой превосходящие всё построенное ранее и потом разрушенное. Взрастить новые поколения вечных людей, уверенных в своём прекрасном будущем и устремлённых в него. Устройство нашего самого свободного и справедливого общества за всю историю человечества позволяет вам самостоятельно принять решение. И я уверен, вы осознаёте его важность, – он повел глазами вокруг, как будто пытаясь заглянуть в душу каждого. – Все, кто любит меня, за мной!
Его последние слова потонули в таком восторженном шуме, что исход голосования стал более или менее ясен.
Под конец дали высказаться Леграну.
– Братья и сёстры, мне тяжело расставаться с вами, но путь мой лежит дальше. Я уже знаю, каким будет исход голосования. Вы все воспитаны так, что, несмотря на наличие альтернативы, выберете то, что нужно не вам, а лишь тем немногим, интересы которых в нашем… вернее, уже в вашем обществе считаются приоритетными. Вследствие всё того же воспитания вы пренебрегаете безграничными возможностями для саморазвития, которые предоставляют вам вечная жизнь и гипносон. Пока я путешествовал в разные исторические периоды, изучая опыт построения различных общественных формаций, вы устраивали себе сафари на несуществующих планетах и дрались с придуманными инопланетянами. И это в лучшем случае. Сонные фантазии некоторых из вас настолько примитивны и неприличны, что вам самим стыдно вспоминать о них после пробуждения. Но ничего, хрустальные флакончики позволяют забыть ночной позор и легко и весело провести день в услужении вашим обожаемым господам. И вот снова наступает вечер, и вы засыпаете, чтобы пережить очередные дурацкие приключения, не предлагающие ничего ни уму, ни сердцу. Так вы распоряжаетесь бесценным даром вечной жизни. Но вы не виноваты. Так вас воспитали. И вам ещё повезло, что в сферу интересов ваших господ пока не входит какая-нибудь война… – старпом сделал многозначительную паузу. – Я не призываю вас лететь на Эдем. Напротив. Вы там не нужны… В конце концов, вы все устали от долгих скитаний. Отдохните. Поживите земной жизнью. Лет через пятьсот-шестьсот я пришлю на Землю «Луч надежды» и все, кто захочет, смогут прилететь к нам на Эдем полюбоваться на истинно свободное от нелепых догм и предрассудков общество. Что ж, не обижайте аборигенов, и счастливо оставаться!
После окончания этой сумбурной и полной отчаянной решимости речи аудитория долго не издавала ни единого звука. Все ждали реакции Гольденберга, но тот лишь нахмурился и пожал плечами. Тогда Закари Вентер встал и в тишине несколько раз звонко хлопнул в ладоши. Где-то на фоне послышались хлипкие аплодисменты.
– Итак, – бесстрастно произнёс Буратино, – дамы и господа, у вас три варианта: остаться на Земле в Израиле, остаться на Земле в Омске или полететь на Эдем. Вы должны принять решение сегодня до отбоя. Прения объявляю закрытыми.
– Всем занять места согласно штатному расписанию! – приказал капитан. – По местам, так сказать, стоять, с тормоза сниматься! Свободные от вахты, пакуем вещички, господа.
После того как трансляцию референдума отключили, комсостав перешёл к обсуждению организационных вопросов. Самым важным из которых стала судьбы излишка золота, собранного на Земле. Гольденберг со товарищи хотели наложить на него лапу; они утверждали, что их новой цивилизации может когда-нибудь пригодиться благородный металл. Но старпом был непреклонен. Заявил, что это авантюризм – пускаться в путь с точно рассчитанным запасом топлива. Излишек может пригодиться в случае возникновения критической ситуации, в которой потребуется манёвр, способный спасти человеческие жизни, стоящие гораздо дороже золота. Поэтому он не отдаст ни грамма.
Капитан поддержал своего первого помощника:
– Мало ли что. Запас корму́ не тянет.
На следующий день были оглашены результаты референдума. С Леграном не захотел лететь никто, – это не явилось сюрпризом ни для кого. Сюрпризом стало то, что с капитаном решили остаться целых восемнадцать человек, включая инженера Амайю Леграна и докторшу Хельгу Мадрасхен.
Вечером в главной кают-компании состоялись переговоры между иерархом Омска и Гольденбергом. Не сказать, что они проходили в дружественной обстановке; обе стороны с трудом сдерживали взаимную антипатию. Однако при посредничестве Буратино и Вентера удалось прийти к простым и недвусмысленным договорённостям.
Лагранжский пакт (традиционно исторические международные договорённости называются по месту проведения переговоров) декларировал, что, во-первых, оба очага человеческой жизнедеятельности будут существовать независимо друг от друга и любые контакты между ними возможны только по обоюдному желанию сторон. И во-вторых, по уральскому хребту, отделяющему Европу от Азии, была проведена красная линия, пересечение которой любой из сторон без согласия противоположной равносильно объявлению войны.
Глава 20.
Утром следующего дня Надежда, Анатолий Максимович и Закари Вентер отправились в медотсек на процедуру, каковая должна была даровать им бессмертие. Камиль пришёл «подержать за ручку» Надежду, – девушка очень волновалась.
Предыдущие два дня судовой врач Хельга Мадрасхен проводила диагностические и подготовительные мероприятия. Перед тем как начать таинство, она прочитала небольшую, но содержательную лекцию, которую предварял несколько ироничный экскурс в историю долгожительства и бессмертия. Оказалось, что, согласно Библии, праотцы жили неприлично долго. Адам прожил 930 лет. Касательно возраста
