связки отозвались болью, а в горле тут же запершило, будто он сильно простудился.
— Ничего страшного, не пугайтесь, — рука главврача одобрительно хлопнула по плечу. — Голосовые связки — это тоже мышцы, их тоже нужно разрабатывать.
— Спасибо, — только и сумел прохрипеть Юрий.
Медсестра заботливо сдвинула ноги за край кровати и подхватила под руки. Спина мягко оторвалась от приподнятой половины матраса. Босые ступни коснулись прохладного пола. От чрезмерного физического усилия сердце забилось с утроенной силой, а во рту пересохло. Юрий едва перевёл дух. Казалось бы, что может быть проще, чем встать с кровати? А на деле кажется, будто он пытается столкнуть с места тяжеленный камень размером с быка. Такого хорошего упитанного быка.
— Ну, смелей, — ласково произнесла медсестра.
Юрий напрягся что было сил! На лбу выступил пот, а дыхание сбилось. Через не хочу, на одном лишь ослином упрямстве, Юрий поднялся-таки на ноги. Ступни тут же отозвались болью, а тело пробила нервная дрожь. Кажется, будто у медсестры не мягкие и тёплые ладошки, а твёрдые и холодные электроды под высоким напряжением. Аж потряхивает, будто и в самом деле его бьёт электрический ток.
Зато! Зато! От восторга боль отступила на задний план. Юрий сумел-таки выглянуть в окно. По ту сторону пластиковой рамы и в самом деле больничный парк. Шикарная берёза с толстым стволом чуть ли не в прямом смысле лезет веткой в приоткрытую форточку. Тонкие зелённые листочки лениво шелестят под напором ветра. От восторга Юрий подался было всем телом к окну, медсестра едва-едва сумела удержать его в вертикальном положении. На берёзовой ветке сидит ворона. Самая обычная ворона, чёрные голова и крылья, спина и грудь серые. Городская птица уставилась на него чёрными бусинками глаз.
Реальность! Юрий едва не задохнулся от восторга. Как не странно, но только здесь и сейчас он поверил, что вокруг него шумит и пахнет настоящий живой мир, а не виртуальная подделка.
— Отлично, хватит пока, — Антон Степаныч улыбнулся во все тридцать два зуба. — У вас получилось. Вашему телу предстоит вспомнить, что значит передвигаться на своих двоих. А теперь, Антонина Родионовна, голубушка, помогите нашему пациенту лечь обратно в постель.
Как бы Юрий не старался, как бы медсестра ловко не придерживала его за руки, но он всё равно не сел, а грузно плюхнулся обратно на кровать. Матрас тонко взвизгнул. Но это мелочи, Юрий шумно выдохнул. У него получилось. Впервые за последние тринадцать лет, за проклятые тринадцать лет, он сумел встать на ноги и удержаться на них почти минуту.
— Спасибо, доктор, — прохрипел Юрий, горло всё ещё першит и пылает огнём.
— Продолжим в следующий раз. А пока отдохните и покушайте, — велел Антон Степанович. — И не пытайтесь даже! Антонина Родионовна вас покормит. Не всё сразу.
Заботливая медсестра накрыла ноги Юрия одеялом.
— Продолжайте говорить, хотя бы сам с собой, не спеша и негромко. И шевелитесь, уважаемый, шевелитесь, разрабатывайте мускулатуру. Вот, — Антон Степаныч положил на край одеяла чёрный смартфон, — начните с мелкой моторики пальцев.
Я взял на себя смелость купить вам телефон и оформить сим-карту. Ведь у вас уже имеется личный номер, зачем его менять. Как видите, смартфон не самый новый и крутой, зато вполне рабочий. Заодно я взял на себя смелость связаться с банком, завязать на этот телефон ваш счёт и перевести сто рублей, чтобы вы могли позвонить кому-нибудь.
— Мне некому звонить, — с трудом прошипел Юрий.
— Не важно. Зато, — указательным пальцем Антон Степаныч постучал по корпусу смартфона, — вы сможете выйти с него в Интернет. Что-то подсказывает мне, что вам в Сети будет очень интересно. Ведь у вас впереди новая жизнь. Действительно новая. Вам ещё только предстоит разобраться в себе и решить, как жить дальше.
— Откуда вы знаете, — Юрий подозрительно глянул на главврача.
— Молодой человек, — в голосе медика брякнула насмешка, — прежде, чем взять вас на реабилитацию, я не поленился тщательно ознакомиться с вашим досье. Ведь прежде, чем вы сумели покинуть виртуальную капсулу, мне пришлось согласовать все действия с полицией. К слову, ваш паспорт у меня в сейфе. В день выписки я передам его вам. Кушайте и отдыхайте, а мне пора. Дела, знаете ли.
— Спасибо, доктор, — с трудом выдавил из себя Юрий.
Пока Юрий слушал главврача больницы, медсестра присела на табурет рядом с кроватью и переложила поднос с тарелками прямо на ноги Юрия. Впрочем, поднос оказался с сюрпризом: специальные раскладные ножки упёрлись в простыню — отличная гарантия, что манная каша не опрокинется на пол. Юрий взглядом проводил главврача до дверей палаты. А теперь и в самом деле пора перекусить.
— Нет, нет, даже не пытайся, — руки медсестры мягко, но настойчиво, прижали ладони Юрия обратно к одеялу. — Ты ещё слишком слаб, чтобы кушать самостоятельно.
— Но ведь это…, — недовольно начал было Юрий.
В памяти свежи воспоминания, как же унизительно было сосать «яблочное пюре» из пластиковой бутылочки, будто он младенец какой-то. А потому и сейчас у Юрия нет ни малейшего желания играть роль беспомощного ребёнка дальше.
— Хорошо, попробуй, — медсестра оценила сердитую мину на лице Юрия и протянула ему ложку.
Лицо немолодой медсестры светится добротой и участливостью, однако в уголках глаз притаилась насмешка. Юрий подозрительно покосился на работницу больницы. С чего это вдруг?
Казалось бы, что может быть проще, чем взять ложку? Юрий не помнит, когда именно он научился кушать самостоятельно, но это явно произошло в раннем детстве. А теперь… Правая рука с трудом оторвалась от одеяла. Пальцы лишь со второй попытки ухватили пластиковую ложку за рукоятку. Будто и этого мало, ложка затряслась так, будто через неё пропускают ток в десяток ампер и ещё больше вольт.
— Убедился? — Антонина Родионовна благожелательно улыбнулась, едва проклятая ложка выскользнула из пальцев Юрия. — Лучше я тебя сама покормлю. А то, поверь, слюнявчик, да ещё грязный, выглядит ещё более унизительно.
Правая рука без сил шлёпнулась обратно на одеяло. Юрий обречённо вздохнул. Бывалая медсестра будто мысли читает.
— Ничего страшного, — пластиковая ложка на миг погрузилась в тарелку с манной кашей, — вот разработаешь мелкую моторику рук, проще будет. Это быстро произойдёт. Благо, — взгляд медсестры на миг упёрся в чёрный корпус смартфона, — Антон Степанович презентовал тебе отличный тренажёр.
И то верно, Юрий машинально распахнул рот. Теперь большую часть дня он будет проводить в сознании. Теперь у него полно времени для поднятия тонуса мышц и дум о будущем. О будущем! На душе сразу стало грустно. Но тут ложка коснулась губ. Следом на языке взорвался фейерверк сногсшибательного вкуса. От удовольствия Юрий тихо
