Владимир Путин посетовал на то, что в большинстве западных стран «представления о России часто далеки от реальности» и что здесь «нередки спланированные кампании по дискредитации нашей страны». Российские послы должны поэтому заботиться о повышении и улучшении имиджа и авторитета России во внешнем мире.
Во вторник 27 июня 2006 года Владимир Путин снова собрал в здании МИДа на Смоленской площади в Москве всех российских дипломатов, а также главных деятелей правительства, парламента и ряда других ведомств. Было очевидно, что российский президент обращался не только к российской внешнеполитической элите, но и к ее зарубежным партнерам. «В мире растет запрос на активную роль России в мировых делах, — сказал В. Путин, — Россия намерена этот запрос удовлетворить, не обращая внимания на то, что некоторые из западных политиков видят в сильной и возрождающейся России угрозу и приписывают нашей стране то «возрождение неоимперских амбиций», то «энергетический шантаж». Но и у России есть много претензий к западным странам, и прежде всего к США, которые далеко не всегда выполняют даже те соглашения по ограничению стратегических и обычных вооружений, которые были заключены в 1960-е годы между СССР и США». Владимир Путин сформулировал аксиому в отношениях Москвы и Вашингтона — «наши отношения могут строиться исключительно на основе равноправия и взаимного уважения, на принципах международного права и на единых и универсальных стандартах», а не на старой римской поговорке — «что позволено Юпитеру, то не позволено быку». Имея в виду Иран с его ядерной программой, В. Путин сказал, что Россия против политики ультиматумов, которые загоняют ситуацию в тупик. Россия не откажется от своих миротворческих функций в Закавказье и Приднестровье. «Россия не ставит под сомнение политическую самостоятельность стран СНГ, — сказал В. Путин. — Но и Россия имеет право на выбор своих друзей». Президент ясно дал понять, что Россия полностью откажется от экономического патернализма в отношении тех бывших республик СССР, которые намерены переориентировать свою политику в западном направлении и прямо заявляют о своем «уходе от России». Из выступления В. Путина было ясно, что США и Европа остаются главными векторами российской внешней политики. Но он сказал и об активизации конструктивного диалога и сотрудничества в треугольнике Россия — Китай — Индия, а также об углублении сотрудничества с Китаем и на двустороннем уровне, и в формате ШОС. Владимир Путин также сообщил российским дипломатам приятную новость о существенном повышении окладов сотрудникам МИДа.
В 1990-е годы многие из нас явно страдали от ущемления чувства национального достоинства, которое только в последние несколько лет начало к нам возвращаться. Россия не проводит антизападной политики. Но она не должна оставлять без внимания деятельность тех влиятельных политических сил на Западе, которые выражали заинтересованность в ослаблении России. Объективно именно сильная, богатая и демократическая Россия может стать достойным партнером Запада, а также стабильным источником важных для западных стран ресурсов. Но по многим субъективным причинам немалое число политиков Запада склонны все еще рассматривать Россию как опасного соперника или даже противника, которого надо по возможности ослабить и изолировать.
На отношение западных стран и западных политиков к современной России сильно влияли и проводимая Владимиром Путиным внутренняя политика, и его экономическая политика. Самой резкой критике на Западе подвергались все начинания В. Путина, которые объективно служили укреплению российской государственности и пресекали попытки вмешательства западных политических и экономических центров в российские дела. Само усиление авторитета В. В. Путина как национального и политического лидера России вызывало раздражение во многих влиятельных политических центрах Запада.
Летом 2004 года в Лондоне я имел неофициальную встречу с группой британских экспертов по России из числа журналистов и советологов. «Странно видеть, господин Медведев, — сказал, обращаясь ко мне, один из экспертов, — что вы, бывший диссидент, поддерживаете бывшего сотрудника КГБ». — «А кого бы из российских политиков вы хотели бы видеть во главе России? — спросил я. — Вы ведь всех наших политиков хорошо знаете?» — «Для нас предпочтительнее был бы интеллигент типа Явлинского», — ответил мой собеседник. Нужны ли к этому диалогу какие-либо пространные комментарии? Ниже я выскажу свои соображения лишь по наиболее крупным эпизодам внешней политики России в 2004–2007 годах.
Россия и США в 2004–2007 годах
В 2004–2007 годах в отношениях между Россией и США, которые несмотря ни на что оставались одной из главных осей всей мировой политики, не происходило никаких серьезных поворотов, хотя определенное охлаждение этих отношений было несомненно. Личные отношения между президентами наших двух стран оставались ровными, доверительными и даже дружескими, и это очень огорчало многих недоброжелателей России. Отношения наших стран не были простыми, и взаимных упреков высказывалось немало. Однако было очевидно, что В. Путин и Дж. Буш научились ставить общие интересы выше разногласий и очень дорожат достигнутым личным доверием, а во многих случаях и взаимопониманием.
Даже во время своей весьма откровенной и резкой речи в Мюнхене в начале 2007 года, которую мировая печать называла явно «антиамериканской», Владимир Путин высказал много комплиментов в адрес лично Джорджа Буша, который является «порядочным человеком и честным политиком, открытым для дискуссии». Однако после победы на выборах в американский Конгресс демократической партии и ослабления позиций республиканцев положение Дж. Буша как президента США явно осложнилось, и Россия не могла не учитывать этого в своей политике.
На протяжении всего рассматриваемого периода Соединенные Штаты увязли в сложном и затяжном военном и политическом конфликте в Ираке. Основные цели и основные усилия были направлены здесь со стороны США на то, чтобы подавить военное сопротивление и сформировать новую иракскую администрацию, лояльную к США. Но имела ли эта задача решение?! Многие эксперты считали, что на тех направлениях и теми средствами, которыми пользовались Соединенные Штаты, цели, которые хотели достичь американцы, оказались вообще недостижимыми. Саддам Хусейн был задержан и после длительного судебного процесса, сама законность которого многими подвергалась сомнению, приговорен к смерти и повешен с одобрения шиитских шейхов, правительства Ирака и с согласия Дж. Буша. Гроб с телом С. Хусейна передали главе того суннитского племени, к которому принадлежал бывший иракский диктатор. Его похоронили в городке Авайя, недалеко от Тикрита, где и родился Саддам. В течение нескольких недель после казни Саддама Хусейна были казнены и некоторые из высших должностных лиц прежнего диктаторского режима. Никаких насущных задач эти казни не решили, но породили много новых проблем. В Ираке к концу 2006 года сформировалось несколько центров или районов относительной стабилизации, но также несколько центров вооруженной оппозиции, выступающей против американской оккупации. Одновременно шла гражданская или религиозная война между суннитами и шиитами. Влияние на шиитские общины оказывал Иран, но в Ираке было немало групп, находившихся под влиянием «Аль-Каиды». В 2005 году ежедневно в Ираке происходило около пятидесяти нападений и террористических актов, направленных против войск США и их союзников, против новой иракской полиции и армии, а также просто против молящихся шиитов или суннитов. Столица Ирака Багдад была разделена на несколько десятков враждующих друг с другом районов, и разобраться во всем этом было невозможно. Новое правительство Ирака и его парламент не контролировали страну и работали в специально охраняемом районе Ирака, который время от времени подвергался обстрелу. Взрывы начиненных взрывчаткой автомашин — около мечетей, на базарах, на мосту — уносят ежемесячно жизни десятков военнослужащих и тысяч мирных жителей, и конца войне, которая со стороны кажется войной всех против всех, пока не видно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
