— Мне только что сообщили, что из темниц сбежали опасные преступники, которые завладели минимум двумя Живыми доспехами. А наш лорд в городе совсем один.
— Ну, он с Элизой.
— У которой ни опыта, ни боевых умений.
Лео внутренне застонал. Он-то думал, случилось что-то страшное, а тут обычная скукота. Он подошёл к брату и положил руку ему на плечо:
— Ты слишком драматизируешь, Герран. Райкен… эмм, лорд Сатирус хотел устроить своей девушке первое свидание. Тут охрана была бы излишней. И вообще, уверен, беглецов уже поймали и беспокоиться не о чем.
Кабинет вдруг озарило ярким светом. Подбежав к окну, Лео увидел, как вдалеке над крышами в ночное небо устремился колоссальный столб пламени.
— Не о чем, говоришь? — проворчал Герран рядом.
Не успело пламя опасть, как появилась ещё одна проблема. Лео вдруг заметил в стене, окружавшей особняк, приличного размера дыру. И ужасающего рыцаря, идущего в их сторону. Его Живой доспех как будто облепила жидкая серебряная субстанция, постоянно перетекающая с места на место. В воздухе над рыцарем кружились всевозможные металлические предметы.
— Только не он, — тихо проговорил Герран. Лео в первые в жизни услышал нотки страха в голосе старшего брата.
— Ты его знаешь?
— Да, Безумный Барос собственной персоной.
Времени было мало. Лео изучал Живые доспехи достаточно, чтобы понять: любой носитель убьёт всё живое в особняке за считаные минуты. Но это только при условии, что он найдёт кого убивать. Слава науке, Лео уже давно организовал себе потайное подземелье. Обидно, конечно, что оно перестанет быть потайным, но лучше спасти людей.
По пути в его лабораторию, они с Герраном собрали всех, кого смогли. Дворецкий, несколько горничных и слуг, три охранника и один поварёнок. В особняке же было куда больше людей. Кричать было не только бессмысленно, но и опасно. Всем известно, что Живые доспехи не только хорошо видят, но и усиливают звуки для своих носителей.
Лео показал брату, как открывать проход. Когда часть стены отъехала в сторону, Герран начал командовать:
— Так, все заходим внутрь. Тихо и организованно, без паники, — затем он обратился к охранникам. — Знаю, что в такой ситуации не имею права вам приказывать идти против Живого доспеха. Но там ещё остались люди. Никто лучше вас не справится с задачей привести сюда хоть кого-то. Постарайтесь вывести людей с нижнего этажа.
После коротких раздумий двое охранников кивнули и пошли в коридор. Оставшийся виновато потупил глаза и отправился в подземелье.
— Давай, Лео, тоже иди внутрь, — скомандовал Герран.
Лео замер на полушаге. Ему казалось, что он что-то забыл. Кого-то забыл.
Снизу раздались звуки разбитого стекла. Затем женский крик, который слишком резко оборвался.
Женский крик… Точно!
— Куда ты? — крикнул Герран.
— Скоро вернусь, — бросил Лео через плечо, выбегая из лаборатории.
Они забыли про Лину. Райкен убьёт их, если с его сестрой что-то случится. Да и сам Лео за это время уже прикипел к этой девушке. Нельзя, чтобы она попала в беду.
Однако храбриться было слишком сложно. Особенно когда с первого этажа разносились звуки ада. Металлический скрежет, безумный хохот и крики не стихали ни на секунду.
Правая рука Лео начала бесконтрольно дрожать. Он ухватил её левой рукой и пошёл дальше.
Когда он открыл дверь в спальню Лины, в стену рядом с ним врезалась ваза. Осколком поцарапало щёку.
— Твою мать, Лео, это ты?
Только сейчас он увидел девушку с чёрными волосами и белой прядью на лбу. Она стояла за помятой постелью, держа ещё одну вазу.
— Какого хрена там происходит? Что это за крики?
Со стороны лестницы донёсся звук гулких шагов. Лео быстро нырнул в спальню, осторожно прикрыв дверь за собой. Затем посмотрел на Лину и приложил потный от страха палец к губам.
— Тише, — прошептал он, на четвереньках приближаясь к Лине. — Здесь безумный рыцарь. Долго объяснять, но он пришёл убить нас.
— Где Райкен? — так же тихо прошептала Лина.
— На свидании.
Девушка закатила глаза.
— Долбанная Элиза.
— Нам нужно уходить. У меня в лаборатории можно спрятаться.
В коридоре кто-то закричал. Затем крик сменился булькающими звуками и отвратительным скрежещущим смехом.
— Через балкон, — шепнул Лео и пополз к двери, выходящей на улицу.
По периметру всего особняка на втором этаже шёл широкий балкон. Обычно Лео он раздражал — ещё бы, кто угодно мог вломиться к нему в лабораторию отсюда в разгар работы. Но сейчас оставалось только радоваться, что у них был запасной путь к безопасности.
Пока они осторожно, но быстро ползли по балкону, стараясь не шуметь, звуки в особняке стихли. Лео впервые за долгое время молил Ушедших, чтобы Барос отправился на третий этаж.
Его молитвы, как и всегда, остались неуслышанными.
Стена с окнами впереди них взорвалась осколками и камнями. Когда ужасающий рыцарь ступил на балкон, его опоры заскрипели под такой тяжестью. Лео же во все глаза смотрел на монстра.
Нет, не может быть такого. Каким образом он управляет сразу двумя Живыми доспехами?
Горящие глаза рыцаря прожгли его взглядом. Только сейчас до Лео дошло, что нужно было прикрыть светлые волосы на голове.
— Ну наконец-то, хоть один Сатирус! — взревел Безумный Барос. — Где твой лорд?
Лео вытер взмокшие ладони о халат и заслонил собой Лину. Его мозг лихорадочно пытался придумать хоть какой-то выход.
— Он… э-э… в городе, — неуверенно ответил Лео. — Но скоро должен вернуться.
— Тоже мне, нашёл время прохлаждаться, — заворчал Барос весёлым голосом. — Я тут пришёл вырезать всю семью у него на глазах, а его дома нет. Это разве справедливо?
Слухи не врали. Он действительно безумен.
— Справедливо или нет? — взревел рыцарь.
Оставшиеся стёкла брызнули осколками, когда сквозь них вылетели различные предметы. Они угрожающе закружились вокруг безумца.
Лео испуганно поднял руки перед собой.
— Нет-нет-нет, конечно же несправедливо, — запричитал он. — Равно как несправедливо и то, как обошлись с вами, лорд Вестериус.
Металл, кружащийся вокруг рыцаря, замер прямо в воздухе.
— Знаешь меня? Ну конечно, знаешь, — хмыкнул он. — Что лорд Сатирус обо мне говорил?
Похоже, лесть с ним работала.
— Квенлан говорил, что это была самая сложная битва из тех, в которых он побеждал.
— Побеждал? — вновь взорвался Барос. Металлические предметы вокруг него устремились к лицу Лео, замерев лишь в считанных сантиметрах. Парень сглотнул,
