из-за стола. – Не будем откладывать радостную встречу.
Ледяное спокойствие, обжигающий холод – именно такие словосочетания приходят на ум, когда речь заходит о магах школы льда.
И в девяти случаях из десяти это так.
Итан всегда был везунчиком. Его старшая сестра была именно той самой «десятой»
Неукротимый огонь и яростный ураган – именно это было ближе ледяной волшебнице.
Милое личико, огромные голубые глаза, невысокий рост – из-за своей внешности Инга казалось обманчиво слабой и хрупкой.
Тем сильнее был контраст с ее бурным характером.
И сейчас Итан имел «счастье» в этом убедиться.
В такие моменты Найт вспоминал свой визит к горным монахам и их мудрость.
Они учили не противостоять урагану, а с мужеством держать его удары.
Иными словами – терпеть. Терпеть и молчать.
– Может хватит меня опекать? – устало спросил Итан, когда сестра выговорилась и немного успокоилась.
На это потребовалось каких-то полчаса и одно кресло, которое сначала было заморожено, а потом превращено в горстку колотого льда.
Инга наградила брата тяжелым взглядом.
– Нет, серьезно. Я уже большой мальчик. Даже немного самостоятельный, – скорчив серьезную мину, сказал археолог.
– Да, ты самостоятельно влипаешь в неприятности колоссальный масштабов, – сквозь зубы сказала волшебница.
– Разве это плохо? – неискренне изумился Найт.
Инга прикрыла лицо ладонью.
– Когда ты заявил, что станешь археологом, отец подумал, что это запоздалый подростковый бунт. Когда ты получил степень, он просто порадовался, что ты нашел свое призвание. Но когда ты привез из своей первой экспедиции мумию верховного шамана орков, нам стало все понятно.
Теперь уже Итан закрыл лицо ладонью.
– Вы мне эту мумию будете до конца жизни вспоминать? – вздохнув, спросил археолог. – Я не виноват, что когда мы вскрыли саркофаг, покойный решил встать и поприветствовать нас!
– Там было три мага. Три! А ты решил поиграть в героя и устроить дуэль с личем. Вот чем ты думал?!
– Леди Инга, вины сэра Итана в этом нет. Двое магов в ужасе сбежали, а третий впал в ступор, когда осознал масштаб катастрофы, – мягко сказал Вильгельм, заходя в комнату. В его руках был поднос с чаем и выпечкой.
– А когда он пришел в себя, я уже затолкал эту зеленую страхолюдину в гроб, опустил крышку и сел сверху. Это было не так сложно, – разведя руками, сказал Найт.
– Прошу меня простить, но все было совсем не так. Сначала вы порубили лича на куски, а потом мы с вами положили их в саркофаг, – все также мягко сказал слуга, сервируя стол. – Шаман был против, но вы проигнорировали его возмущение.
У Инги дернулось веко.
– Да, точно. Так все и было. Меня еще объявили выговор за повреждение исторического наследия, – усмехнувшись, сказал Найт и взял чашку с чаем. – Угрожали выгнать из университета, но почему-то так этого и не сделали.
– Потом ты отправился в экспедицию в горы Хатан. Напомни, что ты привез оттуда? – спросила волшебница.
Чай и выпечку она проигнорировала.
– Ты имеешь ввиду что-то конкретное? Я привез двенадцать сундуков исторических реликвий, – сделав глоток, произнес Итан.
– Я про Шкатулку Тандоры. Проклятый артефакт колоссальной силы. Помнишь такую?
– Да-да, что припоминаю… – археолог сделал вид, что задумался.
– Верховный маг чуть не поседел, когда ты показал ему свою находку, – взмахнув рукой, сказала Инга.
Температура в комнате упала на несколько градусов, но археолог проигнорировал это.
– Это того стоило, – озорно улыбнувшись, сказал Найт. – Верховный сказал, что я достойный сын своего отца и внук деда.
– Да, его слова можно было истолковать именно таким образом, – невозмутимо сказал Вильгельм. – Но повторять эту похвалу в приличном обществе я бы не стал.
Инга закатила глаза.
– Наша семья всегда славилась своими чародеями. За последние триста лет ты первый ребенок, который родился без дара. Раньше я думала, что своими выходками ты компенсируешь отсутствие силы. Теперь я понимаю, что тебе просто нравится шататься по самым опасным местам на планете, рисковать шеей и искать безделушки древних.
– Да, я такой, – легко согласился Итан. – И что дальше?
Инга покачала головой.
– Отговорить я тебя не смогу. По сравнению с тобой осел самое мягкое и сговорчивое существо на свете.
– Прекрасная и очень точная характеристика, миледи, – одобрил Вильгельм.
– Предатель, – обиженно сказал Найт.
– У меня руки чешутся засунуть тебя в ледяную темницу и сдать отцу, – взмахнув рукой, сказал Инга. – Ради твоего же блага, братец. Но ты же сбежишь?
– Сбегу, – согласился Итан.
– Раз я не могу предотвратить это безумие, то придется к нему присоединится, – спокойно сказала Инга.
В гостиной воцарилась тишина.
– Вы пожалеете об этом, миледи. Даю слово, – нарушил ее Вильгельм.
– Древни меня раздери! Я уже жалею, – взмахнув рукой, сказала колдунья.
Итан Найт лишь улыбнулся. Отряд был наполовину укомплектован.
С одной стороны, археолог был рад, что сестра отправится с ним. Колдунья в такой экспедиции определенно пригодится.
С другой стороны, нрав у его сестры бы крутой, а ее опека зачастую была гипертрофированной.
С нее действительно станется запихнуть его в ледяную темницу и увезти в поместье.
И все это из лучших побуждений.
Итан задвинул мысли о таком исходе в сторону и занялся поисками последних участников экспедиции.
Выбор был не простой. Эти двое должны были стоит десятка, а лучше дюжины бойцов.
Таверна «Пьяный единорог» обладала своеобразной репутацией.
Ее нельзя было назвать вертепом или грязным притоном, но больше нигде в столице не было арены для боев между посетителями.
Естественно, заговоренной и оснащенной специальными артефактами.
Магические поля отсекали бойцов от посетителей, а волшебные амулеты позволяли в любой момент остановить поединок.
Итан не мог припомнить, чтобы эта площадка когда-либо пустовала.
Собиравшийся здесь народ просто обожал разгонять кровь в «танце» с экзотическим противником.
Прямо сейчас змеелюд сцепился со огром. Судя по крикам посетителей и записям на доске ставок, бой был нешуточный.
Найт подошел к барной стойке. Как по волшебству перед ним возникла кружка с элем.
– Давно не виделись, кабинетная крыса, – радушно сказал хозяин трактира.
– И тебе не хворать, зелень одноглазая, – в тон ему ответил археолог и сделал глоток. – Как дела в заведении?
– Не жалуюсь. Гости пьют и жрут, свою долю со ставок имею. Но
