с резчиками, хвала Мефону, эти варвары еще не поняли, что изменилось в их жизни. Несколько длинных кораблей были потеряны в стычках с тиринцами – хитрющими торгашами с востока. Вечными конкурентами людей из цивилизованных земель.
Даже потомки, а теперь соперники тиринцев из Хомбата решили влезть в предприятие. К счастью, их экспедиционный флот удалось отпугнуть. Не без смекалки гирцийцев и отваги варваров.
Тиринцы решили попытать счастья в переговорах. Избрали окольный путь. А вот в Хомбате валят деревья, стругают доски, плетут канаты и выплавляют наконечники для стрел, дротиков. В общем, готовятся к войне, строят флот.
Сам Виал не принял участия в походе на юг. Едва удержался от соблазна взять в руки кормило боевого корабля. Пусть его опыт, как навклера длинного корабля, растерялся, зато уважение, репутация и удача сделали бы его навархом флота коллегии!
Бездна! Как звучит!
Рискованно. Забравшись так высоко, Виал не хотел оступиться и рухнуть.
Но так приятно было бы возглавить большой флот, принять участие в «штормовом походе». Так стали называть экспедицию, занявшую по времени меньше, чем полгода. С конца лета до середины зимы. Самое опасное время.
– Чему лыбишься? – отвлекли навклера от размышлений.
Виал моргнул, перевел взгляд на подошедшего товарища. Забавно, не заметил его, только почуял странный аромат. Торговец Мелах, имевший тиринскую кровь, но верный друг и коллега. Виал его давно не видел, видать тот вернулся после долгой экспедиции на запад.
– Представляю то, чему не был свидетелем.
– Штормовая? – спросил Мелах.
Одевался, говорил, выглядел он точно как гирциец. Только обильная волосатость да смуглый цвет кожи выдавал в нем иноземную кровь. Ростом он тоже не вышел, из-за травм его ноги были немного кривоваты и ходил он тяжело. Потому предпочитал долгие экспедиции. Не столько ради прибыли, сколько ради изучения земель, народов – а это значит, рынков и путей к ним.
Потому коллегия поддерживала его. Сам Виал выхлопотал ему обеспечение. Никто не знает, когда та или иная информация может пригодится. Любые сведения можно превратить в дерьмо или в сверкающую монету.
– Ага, вот последствия той экспедиции, – кивнул Виал.
– Ты подразумеваешь, вот последствия экспедиции некоего Косса Виала? – Мелах улыбнулся, обнажив белоснежные зубы.
Виал хохотнул.
Он и раньше не был «неким Косом Виалом», но только после успеха с резчиками он стал «тем самым». Сколько детей в этом году назовут его именем, чтобы даровать новорожденному чуток удачи навклера?
– Буду скромнее. Я не пытаюсь вломиться в курию, не требую голоса.
– Да, тебе достаточно форума и толпы праздношатающихся.
– Вчера я просто развлекался.
– А так же готовил почву для комиций.
Виал кивнул. Этот вопрос он обсуждал с Привернатом. Сошлись на том, что уже пора обрабатывать толпу. Деньгами еще рано, но языком уже пора. Кроме Виала, этим занялись еще несколько человек. Могли бы привлечь Мелаха, он тоже слыл неплохим оратором, не говоря о репутации. Только… это было бы неуместно.
Пусть он никакой не тиринец, но простой люд увидит именно чужестранца.
– Долго это еще продлится, как думаешь? – спросил Мелах.
– Долго. Старики не примут решения и за месяц. Будут прицениваться ко всем сторонам, в том числе к послам из Хомбата.
Мелах кивнул и помрачнел. Именно он привез сведения о подготовке к войне, что ведут конкуренты на юго-западе. Гонца, по традиции, ругали за плохие сведения. Но эти сведения оказались как нельзя кстати.
Только для кого? Скорее уж тиринцам выгоднее то, что их двоюродные братья готовятся к войне. Сенаторы могут принять их сторону, чтобы только не влезать в невыгодный конфликт.
Виал полагал, не без оснований, что от войны пострадает не только Циралис. Государство не позволит обижать своих торговцев.
Полномасштабная война.
Вот какие сведения привез Мелах.
Может, в такой период не стоит готовиться к новому предприятию. Коллеги сочтут это за трусость.
– Слышал, что ты готов ударить веслами по воде, – сказал Мелах.
– Слухи верные. Я никогда не готовлюсь к походу тихо. Не сложно заметить.
– Зато предприятие с резчиками утаил. Еще потребуем от тебя отчета обо всем, что произошло, и как ты это спланировал.
– Долгая же будет история.
– И ты как всегда ее приукрасишь. Может, на солнце? Прохладно в тенечке.
Виал кивнул, поняв, что коллега хочет поговорить. К тому же, без них справятся. Товарищи создают нужный уровень шума.
Торговцы вышли из-под крыши портика, но не стали спускаться к форуму. Не смотря на ранний час площадь была забита людьми. Те лавочники, что торгуют утром, уже ушли. На их место пришли дневные торговцы. Количество праздных горожан удивило Виала, он отвык от того, что в городе полно бездельников.
Рабы, свободные граждане, чужестранцы. На небольшой площади собралось несколько сотен людей. Были тут и женщины, с головы до ног укутанные в тряпки, их сопровождали служанки. Явно бабенки из благородных; дел с ними Виал не хотел иметь.
Торговцы из коллегии остались под тенью портика, уселись на стилобат. Словно находились над толпой, что копошилась внизу.
– Хорошо, тепло, дышать можно, – сказал Мелах.
Пахло ужасно: дым, тлен, немытые тела, но от Мелаха пахло чем-то иным, непривычным и приятным.
С моря тянул прохладный бриз, бодрящий тело прохладой. Вот только ветер шел со стороны засолочных цистерн. Запах не тухлой рыбы, как можно подумать, но специфический.
– Так готовишься к новому походу? – спросил Мелах.
Казалось, что ему неинтересно, просто проявляет вежливость. Проснулась в нем тиринская кровь, пробудилась хитрость предков. Виал улыбнулся. Вот эта черта нравится ему в коллеге. Он не был таким отвратно хитрым, как тиринцы, но умел быть… тонким что ли. Словно узкое лезвие, для сложных операций, как у лекаря.
Гирцийцев обычно сравнивают с ударом гладия – резкий колющий удар. Наносится прямо в жизненно важный орган.
А что делать, если нужен тонкий разрез?
Вот в этом деле тиринцы непревзойденные мастера. И хвала Мефону, что в коллегии есть такой человек!
– Я всегда готовлюсь, не усидеть мне на месте.
