Кэт посмотрела на телефон и кивнула, не желая вдаваться в подробности:
– Нет… просто от парня.
– Правда? – Широко распахнутые глаза Грейс встретили взгляд Кэт в зеркале. – Реально существующего парня? О боже, где мой телефон? Я хочу запечатлеть исторический момент.
Несмотря на хмурое настроение, Кэт улыбнулась:
– Ты говоришь обо мне как о монашке.
– Я уже начинала подумывать, что ты мечтаешь о монастыре, дорогуша. – Она ойкнула, когда гримерша сдвинула очередной локон со щипцов. – Это так волнующе – гораздо более интересно, чем новости о надвигающемся урагане. Могу я затронуть эту тему в своем шоу?
Кэт рассмеялась:
– Ты знаешь, что нет. Поэтому не спрашивай больше. Я этого не стою.
– Зря ты так. – Грейс махнула рукой гримерше и скинула с себя накидку. – Ты – знаменитость, а люди хотят знать о знаменитостях все.
– Пожалуйста, не напоминай мне об этом. Я ненавижу людей, которые известны просто из-за того, что известны.
– Прости, милая, но твои скандальные истории занимали первые полосы желтой прессы несколько лет подряд. Очередная новость – и ты снова среди фаворитов. – Грейс одернула платье и пошла к дверям.
Кэт последовала за ней.
Она вздохнула. Грейс права. Ничего в ней не было особенного. Дочка крупного инвестиционного банкира и организаторши светских мероприятий, ученица частной школы. Целый год после окончания школы и перед поступлением в Университет Брисбена она провела не пропуская ни одной вечеринки. Потом она уже собиралась поступать на факультет журналистики, но ей предложили место репортера светской хроники в «Трибюн». И год спустя, после смерти матери, она окончательно скатилась с катушек.
– Ты неправильно распорядилась своими бывшими подвигами, знаешь об этом? – кинула Грейс через плечо, устремляясь по коридору. – Я бы сделала тебе прекрасную рекламу. – Она раскинула руки, изображая масштабность проекта. – «Бывшая горячая штучка Катерина Джексон откровенничает о своих браках, о темной стороне французского футбола и о тех самых скандальных фотографиях».
– Это не случится никогда, Грейс.
– Мы бы могли начать с одного эпизода, а потом снять целую серию шоу. Расскажем о твоем детстве, о твоем воспитании. Как вы подружились с Марко в возрасте четырнадцати… и как вы все были отстранены от занятий, словно в современной экранизации «Клуба «Завтрак»[1].
– Я знала, не стоит тебе об этом рассказывать.
Грейс рассмеялась:
– Я ничего не расскажу, пока ты не позволишь мне сделать этого, дорогуша. Но меня восхищает твое окружение: звезда футбола, банкир-мультимиллиардер и племянник известного гангстера. Ты и горячие самцы. Все абсолютно разные. И все ужасно знаменитые.
Марко, Коннор и Люк. Ее лучшие друзья со старших классов, когда школьное наказание связало их на почве ненависти к школе на долгие годы, словно в известном молодежном фильме. Оказалось, что им нравились одинаковые фильмы, песни и компьютерные игры.
– Никак не вспомню: что вы тогда сделали? – спросила Грейс между прочим, входя в студию.
– Ты сама все отлично знаешь.
– Ты свалила Марко с ног…
– Подставила ему подножку, Грейс. Чтобы наказать его в присутствии его товарищей по команде.
– Зачем? Что он сказал?
– Честно говоря, я не помню. – Она прекрасно помнила. Он отвесил комментарий по поводу отсутствия у нее «женских атрибутов». Надо отдать ему должное, позже он извинился.
– Не важно. Люка поймали за «разрисовку» туалетов, а… что сделал Коннор?
– Он пообещал учителю по экономике обанкротить его.
– Вот это новость!
Кэт повела плечами:
– Никто из девочек не решался заговорить ни с Люком, ни с Коннором. А я смогла. И с этого все началось. Они просто оказались парнями.
– И ты никогда не задумывалась о… – Грейс приподняла брови. – Ну, ты знаешь.
– Что? Нет.
– Даже с Марком?
Кэт театрально закатила глаза, чтобы скрыть румянец на щеках.
– Нет, Грейс, – ответила она. – И я не собираюсь давать никому эксклюзивное интервью. Я теперь всего лишь твоя ассистентка. Это все. – Грейс подошла к низкому желтому дивану, перед которым стоял кофейный столик, и уселась перед камерами. Тут же зажглись яркие прожекторы. – Все остальное уже не новость. Людям все это не будет интересно.
– Поверь мне, будет. Поэтому я буду и дальше приставать к тебе с этим предложением, – ответила Грейс с улыбкой, принимая протянутый ей стакан воды.
– Пожалуйста. – Кэт взяла свой зеленый чай у ассистентки и начала раскладывать на столе листы бумаги.
– Итак… Есть новости от Марко? – спросила Грейс между прочим.
– Пока нет, – солгала Кэт. – Три дня назад он комментировал Кубок Франции.
– Я слышала, сегодня он должен был вернуться. – Она одернула платье, открывающее ее изумительно длинные ноги. – На этой неделе я организую для него ужин-сюрприз.
– Правда? – спросила Кэт, внезапно почувствовав, что внутри ее что-то сжалось. Она поспешила сделать глоток чая, чтобы заглушить странное чувство. – Вы опять вместе?
Грейс рассмеялась:
– Не похоже на то, чтобы мы когда-нибудь расставались. У меня на него планы. Давай посмотрим правде в лицо. Стрелки моих биологических часов неумолимо бегут вперед. Сейчас у меня прочное положение: свое ток-шоу и поддержка многих знаменитостей. Пришло время задуматься о ребенке.
Кэт поперхнулась, пролив немного чая.
– От Марко?
– Конечно, от Марко! – слегка зажмурилась Грейс, сурово глянув на парня, налаживающего свет. – В чем проблема? Я знаю, что вы близки…
– О нет. В смысле, да… Я хочу сказать… – Кэт попыталась сделать глубокий вдох. – Мы близки и обо многом разговариваем. Но у нас есть железное правило: мы не лезем в любовную жизнь друг друга.
– Правда? – Грейс была явно заинтригована. – Никаких комментариев по поводу Джеймса или Эцио, даже вскользь?
– Нет.
– И ты никогда ничего не говорила обо мне?
Кэт внимательно посмотрела на нее:
– Нет. Это не мое дело. Если хотите заводить детей, меня это не касается. – Кэт улыбнулась натянутой улыбкой, которую обычно использовала в подобных случаях. Улыбкой, предназначенной для видеокамер, которые сразу появлялись, когда она выходила за дверь, преследовали ее на пути к работе, во время походов по магазинам и в спортзал, прерывали ее встречи с семьей и друзьями.
– Уверена? – спросила Грейс. – Мне всегда казалось, что между вами существует тайное сексуальное притяжение, но вы…
– Между мной и Марко? Ни за что! – возразила Кэт слегка наигранно. – Конечно, он красавец-мужчина и мой лучший друг, но он… – Она попыталась подобрать нужное слово: – Он слишком свободолюбивый.
