– О чем?
– Давай поговорим на моей яхте.
Она вздохнула:
– Послушай, Марко. Уже поздно. И объявлено штормовое предупреждение. Это не может подождать?
– Ты избегаешь моих звонков. Поэтому мой ответ «нет». И ураган еще не близко.
Он поднял взгляд к потемневшему небу и слегка нахмурился, ощутив порыв поднимающегося ветра.
– Я устала.
Марко начинал раздражаться:
– Телефонные звонки. Ты избегаешь.
Кэт часто заморгала:
– Ты не отстанешь, пока я не соглашусь?
– Не-а.
Она вздохнула:
– Ладно. Но давай скорее.
Он отошел от машины и слегка приблизился к Кэт, что заставило ее сделать шаг назад, а Марко – нахмуриться.
– Ты ведь не обманешь меня?
– Нет. Слово герлскаут.
– Отлично. – Кивнув, он прошел к своей машине, сел в нее и тронулся с места.
Кэт наблюдала, как он повернул влево и медленно выехал со стоянки. До нее начало доходить, что именно означало ее согласие.
«Нам надо поговорить». Эти три слова были наполнены смыслом, за ними лежали все ужасные сценарии развития событий, которые она себе уже нафантазировала. Десять недель назад они пересекли черту, отделявшую лучших друзей от любовников, они сожгли все пути к отступлению. И часть ее хотела убежать домой и спрятаться под одеялом. А другая часть стремилась, наконец, справиться со смущением и пройти путь до конца.
Вздохнув, Кэт села в машину, завела мотор и выехала с парковки. Пришло время нести ответственность за последствия, которые появились после их совместной ночи.
Яхта Марко стояла в самом конце причала. Он влюбился в это роскошное сияющее чудо с первого взгляда и сразу купил ее.
Марко вышел на палубу и подал Кэт руку, помогая взойти на борт. Она приняла ее не задумываясь.
Было очень странно. Они держались за руки тысячи раз в прошлом, но сейчас этот дружеский жест заставил ее задрожать. Все ее тело напряглось, и она застыла в ожидании чего-то большего.
Это было глупо. Нелепо и очень неудобно.
Черт, это все последствия их ночи. Теперь у нее не получалось избавиться от воспоминаний того, как эти самые руки блуждали по ее телу, доводя ее до самого края.
Зайдя на яхту, она умудрилась отдернуть руку, избегая смотреть в глаза Марко.
Боже, как ей не нравилась эта неловкость! Они прошли через то, о чем никогда и не думали, и все разрушили. На мгновение Кэт показалось, что в ее сердце вонзается острый нож боли, оставляя глубокую кровоточащую рану. Они уже не вернутся к прошлому. Словно она опять разрушила отношения. Словно она повторяет карму отца, который однажды сжег все мосты в момент ожесточенной ссоры.
«Боже, Кэт. Перестань вести себя как девочка с обложки журнала сплетен. Перестань драматизировать события и привлекать к себе внимание. Побудь обычным человеком».
Искры стыда снова воспламенили ее душу, когда она вспомнила горечь и разочарование в его голосе. Но тут ее мысли были прерваны знакомым гулом мотора. Они вошли в капитанскую рубку.
– Ты трогаешься?
– Oui. Мы отправляемся на остров.
Кэт с шумом выдохнула. Раздражение сменилось гневом.
– Ты что, совсем рехнулся? Нет! – Она попыталась сдержать эмоции, но было уже слишком поздно. – Я на это не подписывалась! Начинается ураган, если ты еще пока этого не заметил. – Она широко вскинула руки, наблюдая, как порт медленно исчезает из вида. – В городе все закрывается. И моя машина осталась в порту.
Он скрестил руки, облокотившись на борт. Затем небрежным жестом поправил пряди волос, упавшие ему на глаза.
– Во-первых, мой дом на острове построен с учетом возможных штормов. Вероятнее всего, он безопаснее, чем большинство мест на материке. Во-вторых, я позвоню и попрошу забрать твою машину. В-третьих, метеорологи говорят, что ураган лишь слегка заденет остров. Основной удар придется на Кернс в три часа ночи.
– И к этому времени мы уже не сможем вернуться. Никак. Возвращайся назад, Марко.
– Нет.
Кэт прорычала:
– Я ненавижу, когда ты так упрямишься.
Марко усмехнулся, но ничего не сказал. Кэт продолжала смотреть на него, вкладывая в свой взгляд всю возможную злость, но он выдержал эту пытку.
– Ты не отвечаешь на мои звонки, – спокойно сказал он.
– Черт тебя подери! Ты можешь быть таким невыносимым.
– Сказала женщина, которая не сообщила мне о том, что беременна.
Прошло мгновение. Кэт показалось, что ее сердце остановилось. Потом оно забилось опять. Она прикрыла глаза, затем взглянула на темные волны, рассекаемые носом яхты. Вокруг повисла зловещая тишина, прерываемая шумом воды и нарастающим ветром.
– Я убью Коннора.
Марко приподнял одну темную бровь:
– Не стоит винить его. Он посчитал, что я должен знать.
Наконец, она выпрямилась, скрестила руки на груди и посмотрела на него:
– Поворачивай лодку. На море сейчас не безопасно.
– Я говорил с береговой охраной. У нас есть еще по крайней мере один час. Достаточно времени, чтобы добраться до острова. – Он покачал головой. – Нам многое надо обсудить.
– Нечего тут обсуждать.
Бровь Марко снова поползла вверх.
– Ты ведь шутишь, да? Ты беременна, Кэт. И речь уже не только о тебе. Но и обо мне тоже.
Она это понимала. Но страх и недоверие выплеснули наружу слова:
– Это мое тело, и я буду решать, что с ним делать.
Марко замер. На его лице появилось выражение сильного удивления.
– Ты хочешь сказать, что собираешься делать аборт?
Кэт часто заморгала и замотала головой, чувствуя, как у нее неприятно сводит желудок.
– Марко, ты знаешь, что я прошла со своей мамой. Она умерла в течение двух лет с момента постановки диагноза. Я тоже могу оказаться носителем.
Марко провел рукой по волосам.
– Значит, тебе надо пройти тест. В течение последних лет я постоянно говорю тебе об этом.
– Я уже сдала анализы. Кроме того, я совсем не создана для материнства. Дети меня ненавидят, и…
– Тихо-тихо… Остановись. – Он нахмурился и поднял руку. – Ты на самом деле сдала анализы?
– Да. На прошлой неделе.
– После всех этих «я не хочу ничего знать наверняка» и «я не хочу, чтобы это знание влияло на мою жизнь»? Мы ведь ссорились каждый раз, когда я пытался убедить тебя пройти тест.
Кэт кивнула.
Она шокировала его, судя по немому удивлению на его лице.
– И когда ты собиралась мне об этом рассказать? – наконец выпалил он.
– Только что! – парировала она, чувствуя за каждым его словом боль и разочарование. – Кстати, о всяких секретах. Что там у вас с Грейс?
– Что у нас с Грейс?
– Так, значит, есть все-таки ты и Грейс.
Марко смутился:
– О чем ты, черт возьми, говоришь?
– Ты и она. Собираетесь заводить ребенка.
