Своё прозвище парень получил из-за происхождения. Выходец из семьи священника, он так и не сумел принять образ жизни родителей, подав документы в военное училище. Чуть сместившись, Вадим навёл бинокль на слабо трепещущее полотнище и, рассмотрев рисунок на зелёном фоне, мрачно зашипел сквозь стиснутые зубы:
— Зульфигар. Меч пророка. Знак Абу-Хуссейна. На зелёном фоне флага был изображён солнечный диск, в котором красовалась изогнутая сабля с раздвоенным концом.
— Совсем оборзели, твари. Даже «крокодилов» не боятся, — прошипел лежащий рядом Архангел.
— Тут «крокодилу» не развернуться. С одной стороны — карниз, а с другой — изгиб ущелья плюс стена. На боевой только с одной стороны зайти можно. А там наверняка кто-нибудь с «мухой» сидит… — задумчиво произнес Вадим, не отрываясь от бинокля.
Над ущельем прозвучал заунывный напев, и обитатели лагеря принялись расстилать молитвенные коврики.
— Командир, может, проверим, каковы эти ребятки в вере? — жёстко усмехнулся Архангел.
— В каком смысле? — не понял Вадим.
— По правилам правоверный не может прервать молитву, даже если его жизни угрожает опасность. Вот и посмотрим, что это за правоверные.
— Я те проверю, — тихо рыкнул Вадим. — Нашёл время религиозные счёты сводить.
— Да нет у меня с ними счётов. Просто душа болит смотреть, как они тут вольготно устроились, — разочаровано вздохнул Архангел.
— За лагерем смотри. Когда парнишка появится, наш человек белый платок вон к тому саксаулу привяжет, — буркнул Вадим.
— Это не саксаул, а карагач, — проворчал в ответ Архангел.
— Один хрен дрова, — отмахнулся Вадим, продолжая осматривать лагерь.
Быстро пересчитав бьющие поклоны фигуры, Вадим вздохнул и, прикинув соотношение сил, мрачно скривился. Им в очередной раз приказали, что называется, голым задом ежа прибить. На каждого из группы приходилось по четыре противника.
«И чего бы им сюда звено тяжёлых бомбардировщиков не отправить? — подумал Вадим. — Всего-то пара заходов на брата, и от ущелья одни воспоминания останутся. Ещё Цыган со своими видениями».
Тяжело вздохнув, Вадим отогнал упаднические мысли и, чтобы скоротать время, попытался вычислить, кто из молившихся является агентом разведки. Впрочем, и это занятие ему основательно наскучило. На таком расстоянии разглядеть что-то в подробностях было сложно. Солнце стояло в зените, и спины начало основательно припекать.
Наконец полуденный намаз закончился, и обитатели лагеря разбрелись по своим делам. Вот теперь можно было основательно осмотреться и выбрать место для спуска. Неожиданно лежавший рядом Архангел тихо зашипел и коротким движением пальца указал Вадиму на что-то, что шевелилось на той стороне ущелья.
Быстро направив бинокль в указанную сторону, Вадим вздохнул и тихо сообщил:
— Наблюдательный пункт. Хорошо обустроились духи. Со стороны не заметишь.
— И выход туда, похоже, прямо в скале, — добавил Архангел.
— Есть идея, командир, — неожиданно подал голос Леший.
— Озвучь, — коротко разрешил Вадим.
— Делимся пополам и подходим к ним с двух сторон.
— А через ущелье ты перепрыгнешь или летать научился? — фыркнул Вадим.
— Вон там, в стороне, валун из скалы торчит, как палец. Ночью кошку на него закинем и переправу наладим, — с азартом в голосе ответил Леший. — Дай добро, сейчас маркером пометим и ночью начнём.
Маркер, электронный жучок, который можно было прилепить к любой поверхности при помощи специального патрона, в запасе имелся. Последняя разработка одного из специальных НИИ, где даже простой слесарь держит в шкафу китель с погонами и государственными наградами. Вадим быстро взвесил все за и против такого предприятия и, задумчиво потеребив мочку уха, решительно кивнул:
— Добро. Помечай.
Это был реальный шанс отвлечь духов от основной ударной группы. Весело усмехнувшись, Леший бесшумно скользнул вдоль скалы и, нырнув за груду камней, тихо зашуршал амуницией. Забрав у Пешего итальянскую снайперку, он ловко навернул на срез ствола глушитель и, вставив патрон с маркером, положил ружьё на камень.
Лёгкий ветер отнёс сухой щелчок выстрела в сторону. Духи, занятые повседневными делами, ничего не услышали, а сидевший в карауле сторож даже ухом не повёл, когда над ущельем раздался шлепок. Леший был профессионалом и в таких условиях промахнуться просто не мог. В бинокль Вадим чётко рассмотрел чёрную кляксу маркера, приклеившуюся к камню.
Не дожидаясь темноты, Леший начал готовить альпинистское снаряжение для переправы. Бухта тонкого шнура, моток капроновой верёвки, стальная кошка, обтянутая пористой резиной, и дюжина карабинов. Разложив всё это добро за камнями, Леший быстро прикинул расстояние до камня и, привязав к кошке верёвку подлиннее, показал Вадиму большой палец — всё в порядке.
Наглость, с которой действовали спецназовцы, была вполне оправданна. Караульным, даже духам, воюющим уже несколько лет подряд, и в голову не придёт, что кто-то осмелится что-то предпринять прямо у них под носом. Лёжа на карнизе, Вадим чуть заметно кивнул и снова приник к окулярам.
День разгорался, и бойцы, лёжа на камнях, мысленно проклинали местную погоду вообще и горы в частности. Днём — жара, ночью вполне можно было основательно продрогнуть. И никакого дождя или хотя бы тумана. То ли дело работать в средней полосе или в северных районах. Того и гляди дождь пойдёт. А лучшей погоды, чем ненастье, для спецназа не бывает.
Издав очередной вздох, Вадим перевёл бинокль на вход в ущелье и сразу насторожился. К базе подъехали два «тойотовских» джипа. Обитатели базы заметно оживились. Возникла обычная суета, как при появлении высокого начальства. Теперь оставалось только выяснить, приехал ли главный фигурант этого дела, ради которого всё и затевалось.
Из первой машины выскочили четверо, из второй — трое. С оружием были все, но у одного вместо привычного АКМа — только кобура на поясе. Это было единственное его отличие от остальных приехавших. Вадим специально внимательно присматривался к этому человеку, чтобы заметить хоть что-то, что могло бы помочь им отличить его от остальных.
Но, как специально, приехавший мужик ничем не отличался от других. Такая же чалма, клочковатая борода, загорелая дочерна кожа и крючковатый орлиный нос. Вздохнув в очередной раз, Вадим опустил бинокль и проворчал:
— У этой сволочи даже шрама нет. Как его в темноте отличить, понятия не имею.
— Командир, в нашу задачу входит только он или все остальные тоже? — тихо спросил Архангел.
— Все, кто будет мешать, но не вся база. Их слишком много.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
