— Ты кто? — спросил он после короткого молчания. Лежащий только отрицательно покачал головой.
— Похоже, он тебя не понимает, капитан, — усмехнулся Рольф.
Свейн повторил свой вопрос на греческом, а потом и ромейском. В ответ всё то же движение. Вздохнув, Свейн выпрямился и объявил:
— Придётся тащить его на «Акулу». Может, Юрген сумеет понять этого парня.
— Думаешь, он оказался здесь случайно? — настороженно спросил Рольф.
— Думаю, да. Мы и сами не знали, где придётся набирать воду. Судя по всему, его и вправду смыло за борт волной.
Пока они принимали решение, найдёныш отлежался и, заслышав рядом журчание ручья, медленно пополз к воде. С интересом наблюдая, как он упорно продвигается вперёд, несмотря на ободранный о камни живот, Свейн сделал своим воинам знак не вмешиваться. Добравшись до ручья, мужчина, недолго думая, сунул лицо в ледяную воду.
— Упрямый, — одобрительно усмехнулся Рольф.
Вынув голову из воды, мужчина напился и, перекатившись на бок, начал медленно подниматься. Утвердившись на заметно подрагивающих ногах, человек выпрямился и, обведя воинов удивлённым взглядом серых глаз, что-то спросил. Прислушавшись к его речи, Свейн задумчиво почесал в затылке и, подумав, проворчал:
— Похоже, этот парень говорит по-росски. Но сожри меня медведь, если я его понимаю.
— Может, это какое-то их наречие? Племена россов раскиданы на многие переходы, — пожал плечами Рольф.
— Как бы там ни было, но мне он нравится. Есть в парне характер. Стоит один, голышом против шестерых вооружённых воинов, а в глазах вместо страха — только любопытство, — усмехнулся Свейн.
— Да уж, штаны бы ему не помешали, — рассмеялись воины.
— Зато сразу видно, что мужик, — со смехом ответил Рольф, хлопая себя по бёдрам ладонями.
— Да уж, такого самца ни с чем не перепутаешь, — усмехнулся Свейн, вызвав очередную порцию хохота.
Словно понимая, что смеются над ним, найдёныш смущённо улыбнулся и, разведя руками, что-то ответил. Махнув на него рукой, Свейн приказал наполнить меха и отправляться обратно. Вскоре вся группа вместе с найдёнышем уже спускалась к стоящему на катках драккару. Рядом с кораблём уже развели костёр, на котором Юрген варил смолу для смазки швов.
Подойдя к нему, Свейн сбросил с плеча мех и, окинув быстрым взглядом борт корабля, спросил:
— Ну что тут?
— Слава Тору, всё не так плохо, как казалось. Заменим пару досок, просмолим, и можно выходить в море, — весело усмехнулся кормчий.
— Спешить некуда. Прикажи как следует просмолить всё днище, — кивнул Свейн.
— Сделаем, капитан. А это что ещё за йаль [в европейской геральдике — мифический зверь с копытами и огромными закрученными рогами]? — растерянно спросил Юрген, увидев голого найдёныша.
— Нашли у ручья. Здоров, шея гладкая. По всему выходит, с корабля смыло, — пожал плечами Свейн. — Я тут попытался поговорить с ним, да не вышло. Попробуй ты. Он вроде по-росски говорит, но наречие незнакомое.
— Ладно, попробую, — кивнул Юрген и, оглядевшись, кликнул самого молодого из команды воина: — Эй, Свен, поднимись на палубу и сбрось мне мой мешок.
Вздохнув, парнишка оставил вязанку хвороста, которую тащил к костру, и, ловко взобравшись по канату на борт, скрылся в трюме. Предоставленный самому себе, найдёныш подошёл к костру, присел и протянул руки к огню. Присмотревшись к его ладоням, Юрген неопределённо хмыкнул и, покачав головой, сказал капитану:
— С виду точно воин. А руки — как у византийских одалисок. Словно никогда меча в руках не держал. Странный парень.
— Вот и меня это удивило, — кивнул в ответ Свейи. — Ладно, накормите его, а там посмотрим.
— Эй, кормчий! — раздалось с палубы драккара. Юрген еле успел повернуться, как на голову ему упал его же мешок. Едва удержавшись на ногах, кормчий смачно выругался и, задрав голову, свирепо прорычал:
— Я тебе сейчас уши обрублю, щенок!
— Сначала втащи сюда свою толстую задницу, — раздался дерзкий ответ, и вся команда дружно захохотала.
Юный Свен был родным племянником самого Юргена. Единственным оставшимся в живых родственником. Взяв его под своё покровительство, кормчий безжалостно гонял парня, обучая его всем премудростям судовождения, за что тот регулярно отыгрывался, устраивая дяде различные каверзы.
Усмехнувшись, Юрген развязал горловину мешка и, достав из него запасные кожаные штаны, протянул их неизвестному. Увидев одежду, мужчина выпрямился и, приложив к груди правую ладонь, склонил голову в вежливом поклоне. Кивнув в ответ, Юрген завязал меток и, чуть усмехнувшись, проворчал:
— Кем бы он ни был, но правила вежливости ему известны.
Подаренные штаны оказались в самый раз, только несколько коротковаты. Найдёныш был выше кормчего почти на полголовы. Увидев широкий жест Юргена, Рольф поднялся на борт драккара и, порывшись в своём мешке, принёс парню пару пропитанных китовым жиром сапог с подошвой из акульей кожи. Примерив обувку, парень несколько раз притопнул ногами и, одобрительно кивнув, снова поклонился, выразив свою благодарность гиганту.
К удивлению команды, сапоги Рольфа оказались ему в самый раз. Кто-то из команды отдал найдёнышу свою старую безрукавку и потёртый, но ещё крепкий ремень. Теперь найдёныш стал похож на человека. От остальных его отличали только коротко стриженная голова и отсутствие растительности на лице.
Протянув найденышу кусок вяленой рыбы, Юрген присел на корточки и, тщательно подбирая слова, спросил:
— Как тебя зовут?
Поперхнувшись от неожиданности, найдёныш закашлялся, но взял себя в руки и ответил:
— Вадим.
— Валдин? — удивлённо переспросил Юрген.
— Нет, Вадим, — поправил его парень.
— Валдин, — повторил кормчий и, махнув рукой, снова повторил: — Валдин.
Усмехнувшись, парень согласно кивнул. Достигнув хоть какого-то понимания, Юрген задал следующий вопрос:
— Как ты здесь оказался, Валдин?
— Не помню, — растерянно покачал головой парень, помолчав.
— Ты не помнишь, как попал на этот берег? — удивился кормчий.
— Не помню. Точнее, я сам этого не понимаю, — вздохнул парень.
— Как это может быть? — не понял Юрген.
— Наверное, ударился головой. Так бывает, когда сильно стукнешься, — пожал плечами найдёныш.
Кивнув, кормчий поднялся и, подойдя к капитану, задумчиво протянул:
— Парня зовут Валдин. Как сюда попал, не помнит. Говорит, сильно стукнулся головой. Разговаривает по-росски, но это и вправду какое-то наречие. Я его с трудом понимаю.
— Ну хоть что-то, — кивнул Свейн. — Спроси, что он предпочитает. Меч или топор?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
