сменился на сценку из японской средневековой порнографии, примитивной, но выразительной. Но она тут же еще раз свернула и развернула веер, и рисунок превратился в надпись на латыни: «Шутка. Просто всегда хотела посмотреть, как вышибают мозги».
Я чертыхнулся, но затем развернулся лицом к противнику, который встал напротив меня, действительно широко расставив ноги. На самом деле это у него такая стойка для стрельбы. Но я всё равно одобрительно показал ему большой палец, на что этот гад выплюнул свою полужидкую жвачку, похожую на то, как будто на траву отбомбилась большая птица. Еще этот почти ковбой шептал, судя по движениям губ, в мой адрес скорее всего грязные, но неизобретательные ругательства. Ого! Я его всё-таки достал. Отлично!
Сам я вдохнул, выдохнул, полностью успокоился и привел себя в максимально собранное состояние. Только после этого встал в стойку, чуть сместившись влево внутри размеченной для дуэли узкой дорожки.
Еще я наколдовал себе усиленное зрение и сейчас видел каждую щетинку на морде техасца, челюсть которого двигалась из стороны в сторону даже когда пережёвывать было нечего. Ну да. Рефлекс. Выработается, если всю жизнь жевать жвачку.
Моя рука замерла, на сантиметр не доставая рукоять револьвера, и я принялся ждать сигнала. Ударил гонг, и я, не дожидаясь пока до меня дойдет звук, а просто заметив сам момент удара, мгновенно выхватил револьвер. Рывком поднял его на уровень глаз, только на последних сантиметрах сгладив движение и уже начав выбирать ход спускового крючка. Поймал цель и выстрелил, уже начав поворачиваться боком и чуть смещаться вправо. Главное не переступить линию дорожки, чтобы потом претензий не было.
И так действовать мне пришлось потому, что противник очень быстрый. Самая быстрая рука в Техасе, как пишут про него. Но я намного быстрее. Тренировки, а особенно дриадская татуировка на груди, которой меня одарила Ива, сделали меня и сильнее, и ловчее, и быстрее обычного человека. Беда только в том, что на то, чтобы моя пуля пролетела разделяющие нас сорок пять метров, требуется почти десятая доля секунды. И прежде чем моя пуля долетела, этот чёртов ковбой тоже успел выстрелить. Для того я и смещался.
Первым делом я скосил глаза и рассмотрел как у меня на кончике носа набухает кровавая капля. Всё-таки этот тип попал в меня, чиркнув пулей по носу. А если бы я не сместился, то и убил бы нафиг. Вот так. Меня здорово подловили, и только дриадская татуировка спасла меня от смерти. Мгновенно мелькнула мысль, что Ива, моя первая подруга в этом мире, которая и одарила меня этой татуировкой, просто невероятно полезна. Хотя… так-то вреда от неё тоже хватает.
Стрелять дальше я не собирался, потому что противник уже лежал широко раскинув руки и ноги. Ну всё как в так любимых его соотечественниками комиксах. А во лбу у него зияло пулевое отверстие. Ничего я ему отстреливать, конечно, не собирался. Такой прием не годится с таким опытным и быстрым типом.
Я всё-таки выругался, потому что точка попадания оказалась в двух сантиметрах правее, чем я рассчитывал. Так-то я с такого расстояния попадаю в монету, ну да ладно. Главное, что вообще не промазал.
Глава 2
Тем временем сзади донеслись вопли, и я обернулся, после чего не сдержал улыбку. Ниппонская полупринцесса, а её и так можно титуловать, потому что вся высшая знать у них так или иначе в родстве с императорским домом, стояла перед задрапированным тканью навесом, который оказался обычными козлами, с которых маляры ремонтировали высокое ограждение поля стадиона. А задрапировали они его верхушку, чтобы не уносить ведра с красками. И надо же так случиться, что пуля ковбоя прошла выше кинетического щита и низкорослой японки, да и очень удачно снесла одну из ножек козел, отчего те накренились, и сейчас на голову наглой дамочки падали вёдра. Нет, совсем по башке попало только одно, но остальные от удара о землю очень красиво расплескивали содержимое, заливая всё вокруг яркими потоками. И создавая очень выразительную абстрактную картину на траве и на зловредной принцесске.
Трибуны неистовствовали, но я не стал даже раскланиваться, ибо не в цирке, а направился к счастливо улыбающейся Инне. Но вперед меня успела всё та же чёртова журналистка, сунула под нос девушке свой артефакт и пронзительно завопила на плохой латыни:
— Как вы относитесь к тому, что ваш жених не сдержал слово? Он обещал отстрелить знаменитому ганфаеру… э-э-э… один орган, а вместо этого попал ему в лоб! Или он такой плохой стрелок, что так сильно промазал?
Вообще-то я говорил не про тот орган, на который намекала эта стерва, но в этом вся суть работы изрядной части журналистов. Здесь немного не договорить, там чуть переврать. Главное, чтобы статья получилась поскандальнее.
— Он не промазал! — рыкнула Инна. — И слово сдержал! Потому что ваш стрелок весь этим органом и был.
— Каким таким органом? — провокационно улыбнулась журналистка.
И Инна поняла, что что бы она сейчас ни сказала, всё это извернут так, как этим газетчикам захочется. Напишут что или девушка не знает, что за орган, поэтому дура, или что во всеуслышание заявила, что знает, а это неприлично.
Но моя красавица не растерялась, и вышла из щекотливой ситуации весьма элегантно. Выхватила у журналистки записывающий артефакт и обрушила ей на голову, так что тот развалился на несколько кусков, и из него во все стороны брызнули какие-то тонкие пластинки. И правильно! Нечего провоцировать.
А ещё я почему-то вспомнил, что именно с Американского континента в этом мире пошла мода на аудиогазеты — артефакты, на которых статьи и заметки записаны в виде звука. Ну и стопка картинок прилагается. Очень дорого, но это пока. Потом подешевеют, и люди в этом мире тоже постепенно отвыкнут читать обычные газеты. А может даже возникнет что-нибудь наподобие магического интернета.
— Ну что? — спросила Инна, когда мы отправились ловить такси, чтобы вернуться в наше поместье Мортира. — Увязывать манатки? Думаю, что через несколько дней придется уже выезжать.
— Куда выезжать? — удивился я.
— В ссылку, — развела руками девушка. — Если бы ты не убил этого типа, то ограничились бы внушением. А за труп ссылка гарантирована. На дальнюю границу какую-нибудь. В самый захудалый гарнизон. А так-то профессиональных бретёров бывает и за решетку отправляют.
— Чёрт! — действительно задумался я, припоминая внешние границы содружества русских царств. — И если туда, куда волки гадить не бегают, то это на Урал получается?
— И хорошо если не заполярный, — кивнула Инна. — Но что поделать? Ты не мог
