и стал рассматривать комнату.
В центре комнаты на полу лежал мужчина. На нем были какие-то серые лохмотья, а его шея была неестественно вывернута. Видимо, это и был автор криков. Я легонько потыкал его ногой и решил, что он, очевидно, мертв. Эх, не дождался спасения, бедолага. Стены, пол и потолок были из того же металла, что и сама дверь. Черные и гладкие. И ни единого шва или заклепки, будто комнату отлили из металла целиком. Окон не было. А в стену напротив двери были вставлены гигантские песочные часы, занимающие собой все пространство от стены до стены и от пола до потолка. Но толщина у часов была небольшая, будто их вдавливали в стену, и они сплющились. А больше в комнате ничего не было. Внутри часов был золотой песок. Хотя, пожалуй, называть это песком не совсем корректно. Это были ровненькие, кругленькие золотые дробинки. И, что самое интересное, этот песок не лежал весь в нижней части часов, он продолжал течь. Внимательно рассматривая часы, я не нашел никаких признаков механизма, который переворачивал бы часы. Да я в принципе не увидел никакой возможности перевернуть эти часы, они были намертво вмурованы в стену. А может, переворачивается вся комната? А если перевернуть дверь, м? Нет, у комнаты ведь своя гравитация. В общем, я решил не гадать, а просто дождаться, когда весь песок стечет вниз, тем более, что этот момент должен был наступить относительно скоро. А пока что я решил прилечь на пол и поорать этак с полчасика, стуча ладонью себе по голове.
Приступ.
Я встал с пола и посмотрел на песочные часы. Песок все еще продолжал стекать. Я стал ждать. Благо, телефон отлично помогает убивать время. Ровно в 00:00 последняя песчинка-дробинка упала вниз. В эту же секунду дверь в комнату позади меня резко захлопнулась. Весь песок, находившийся в нижней секции часов, исчез и тут же появился в верхней половине часов. Труп, лежавший на полу в центре комнаты, тоже исчез. А позади меня раздался крик. Я вздрогнул от неожиданности и обернулся. Бывший труп стоял возле двери и кричал, будто пытаясь привлечь внимание кого-то, находящегося снаружи. Я бегло осмотрел себя, со мной никаких изменений не произошло, меня никуда не переместило.
Видимо, заметив свет от моего фонарика, узник комнаты повернулся ко мне, и по его лицу мгновенно расползлась широкая улыбка. Тут я заметил, что на внутренней стороне двери нет замочной скважины. На мгновение я испугался, а вдруг я теперь тоже тут заперт? Но мужчина толкнул дверь, и она легко открылась, он громко рассмеялся. Не переставая радоваться, он подбежал ко мне, обнял и даже поцеловал в щеку. Он что-то говорил, но я не мог разобрать ни единого слова, его язык был мне не знаком. Я даже не мог понять, к какой группе языков он относится. Быть может, это какой-то мертвый язык? В любом случае, я не лингвист, и в подобных угадываниях не особо силен. И вряд ли телефон сможет мне помочь перевести речь узника, но, возможно, с этим справится какой-нибудь профессор-филолог, надо только найти подходящего профессора. Кто такой этот узник? Как он оказался заперт внутри комнаты? Что за магия тут происходит? В голове у меня роилось множество вопросов, но я решил, что разберусь с этим позже. А вот узник решил иначе. Он выбежал из комнаты, отошел от двери на несколько шагов, попрощался со мной жестом, что-то негромко сказал, ловко свернул себе шею и упал замертво. Улыбка так и не сползла с его лица.
Столь нетерпеливое самоубийство шокировало меня. Я пришел в себя лишь через пару минут. Гнев закипал во мне. Черт! Вот ведь гад! Он просидел в этой тюрьме, возможно, сотни лет, мог бы подождать еще недельку-другую, прежде чем уйти на покой. Я бы показал ему Питер, он бы рассказал мне про эту комнату. «Это… было… весьма… эгоистично… с твоей… стороны!» — каждую паузу я сопровождал увесистым пинком по трупу. К концу фразы я даже успел слегка запыхаться, но мне полегчало, я выпустил пар, злость сменилась обидой из-за упущенной возможности.
Надо было что-то делать с трупом. Вряд ли у меня получится незаметно вынести труп из Эрмитажа, тут камеры на каждом углу. Да даже если я вынесу труп, куда я его дену? В Неву? В лес? К себе домой в морозилку? Нет, все это слишком рискованно, меня точно поймают. Вот урод, будто мне своих проблем не хватает. От этих мыслей мне снова захотелось пнуть труп. И я пнул. Но в этот раз легче не стало. Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох. И еще один. И еще разок. Кажется, немного успокоился. Я взял труп за пятки и затащил внутрь волшебной комнаты, положив в угол подальше от двери. Потом я сбегал за куском мешковины, которой в музее накрывают всякий хлам, и накрыл ею труп как одеялом. Выглядело так, будто он спит. Если что, я тут ни при чем. Также перед тем, как уйти домой, я накрыл мешковиной саму дверь, чтобы она меньше привлекала внимание. Пусть даже в эту подвальную комнату почти никто не заходит, лишь уборщица заглянет раз в полгода, но мне так будет спокойнее. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь случайно нашел волшебную комнату, дверь-то теперь не на замке.
На следующий день я захватил из дома свой старый телефон, которым уже давно не пользуюсь. Еще вполне рабочий, но слегка тормозной. Я настроил на телефоне часы и календарь и зарядил его до упора, должно хватить на день. Придя на работу рано утром, я первым делом направился в подвал. Откинув мешковину, я открыл металлическую дверь и вошел внутрь волшебной комнаты. Надо будет сюда светильник притащить, что ли, а пока что я снова воспользовался фонариком на телефоне. Я осмотрел труп в углу, он лежал так же, как я его и оставил. Я вынул из кармана свой старый телефон и заметил, что сигнал сети почти не ловится. Я закрыл дверь в комнату, и сигнал полностью пропал. Впрочем, это меня не удивило, вполне закономерно. Я оставил старый телефон на полу в волшебной комнате и вышел. Сегодня здесь больше делать нечего.
Приступ, приступ, приступ, покупка светильника на батарейках, приступ, новый день.
Помыв полы в нескольких залах и пережив утренний приступ, я спустился в подвал. Рядом с черной дверью стоял светильник, оставленный мною здесь этим утром. Я включил светильник, взял его и
