Лиза и Элизабет снова чатились полночи.
Интернет-общение — странная штука. Ты не видишь собеседника, не знаешь, с какой интонацией и эмоциями произносятся фразы. Если в конце предложения не стоит смайлик, ты можешь только догадываться, шутит твой визави или говорит на полном серьёзе. Но наша психика устроена так, что помимо воли, мы создаём живой образ собеседника, воображение рисует нам реального человека и тогда случается чудо — сквозь строчки символов начинают проступать настоящие эмоции.
О, эмоций было много. У Лизы снова возникло ощущение, что она общается с родным человеком, потому что они с Элизабет были на одной волне — понимали друг друга с полуслова. Хотя немногие бы наверно смогли всерьёз воспринять то, что она рассказывала. Элизабет продолжала утверждать, что она из другой реальности и у них всё немного по-другому. Что ж, такое бывает. Наверное, нет человека, которому не хотелось бы иногда мысленно сбежать от действительности в свои фантазии.
Лиза приняла её игру. Из другой реальности? Ну и прекрасно. В виртуальном общении можно и не такое себе позволить. Она чувствовала, что реальность-то, может быть, и выдуманная, а вот проблемы, о которых рассказывает Элизабет — настоящие.
Когда я отказала Закари, думала, что больше никто не станет просить моей руки. Но уже на следующий день поступило новое предложение — от Кристофера.
А это ещё кто?
Сын банкира, давнего папиного друга. Очень достойный молодой человек (если можно назвать молодым мужчину за сорок). Считается завидной партией — единственный наследник своих родителей. Но мне всё равно, какое у него состояние, ты же понимаешь?
Конечно, понимаю! Ты не обязана выходить замуж за денежный мешок. Пошли его туда же, куда послала Закари.
Но как отреагирует отец? Он будет очень рассержен. Что я ему скажу?
Так и скажи — что плохо представляешь мешок в роли мужа.
Ответа на эту фразу не последовало. И Лиза забеспокоилась.
Эй, чего молчишь?
Смеюсь. Пытаюсь представить мешок в роли мужа. Лиза, насколько же с тобой легко. У меня никогда ни с кем не было такого взаимопонимания.
У меня тоже.
У нас тут все мыслят совсем по-другому. Представляешь, мне ещё и завидуют, что в этом сезоне я уже седьмое предложение получаю.
Седьмое?! Вот это ты популярна! То есть до Закари ты ещё нескольким отказала?
Знала бы ты, чего мне это стоило. Я только и мечтаю, чтобы женихи уже, наконец, закончились. Мне бы продержаться ещё шесть дней.
А что будет через шесть дней?
Новогодний бал. Он завершает сезон. После окончания бала помолвки уже не заключаются до начала следующего сезона. Меня оставят в покое почти на год!
Лиза всей душой желала, чтобы Элизабет оставили в покое, о чём и поведала ей как на словах, так и при помощи смайликов.
Держись!
Постараюсь. Но если завтра я не выйду на связь, значит, отец меня всё-таки убил за упрямство.
Не убьёт. Дай угадаю: отец тебя очень любит.
Как-то же он пережил предыдущие отказы дочери, переживёт и ещё один.
Так и есть. И я его тоже очень люблю, даже не смотря на то, что он всей душой хочет выдать меня замуж. Он верит, что так мне будет лучше. У нас так заведено.
Эх, меня там у вас нет. Я бы на раз твоих женихов отфутболила.
Я много думаю о том, нет ли всё же какой-то возможности нам с тобой встретиться. Я спрашивала у знающих людей. Меня заверили, что это практически невозможно.
Странная штука — интернет-общение. Перед глазами Лизы были просто строчки символов, но она ощутила всю силу сожаления, с которой они были написаны. И пальцы сами собой набрали слова поддержки.
Я бы тоже хотела встретиться с тобой вживую. Так же сильно, как и ты. Но хорошо уже одно то, что мы можем общаться виртуально.
Да, это настоящее чудо. Ты веришь в чудеса?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ещё до того, как Лиза успела ответить на этот философский риторический вопрос, ей задали ещё один — прозаический.
Кстати, что такое "отфутболить"?
А Элизабет, похоже, действительно живёт за границей. Легко общается по-русски, но не знает разговорных слов, как будто учила язык не в живом общении, а по учебникам.
"Отфутболить" — это то же самое, что и "отшить", "послать подальше", "отправить в баню", в общем, избавиться. А в чудеса хотелось бы мне верить, но их не бывает.
Бывает.
Вот если получу зачёт по риторике, поверю в чудеса.
Эх, меня там у тебя нет. Я бы сдала твою риторику на высший бал.
Котову не сдала бы.
Нет такого профессора, которого я не смогла бы убедить в своих знаниях.
Ого! А кто-то называл себя стеснительной и нерешительной.
Я очень стеснительная, когда дело касается амурных вопросов. Смущаюсь и теряюсь в присутствии кавалеров, но не у академической доски перед преподавателями. Там я как рыба в воде!
Лиза невольно улыбнулась. Она неожиданно узнала в Элизабет себя. Не в том смысле, что её смущают кавалеры, а академики, напротив, вызывают прилив сил, а в том смысле, что она так же упрямо может отстаивать свою позицию. Вот решила Элизабет, что риторика ей по плечу и Котов по зубам — и всё тут. А Котов, между прочим, проглотил бы её и не попоперхнулся.
А мы с тобой очень похожи. Слушай, почему ты написала, что мы близнецы. Откуда это взяла?
До сих пор Лиза не воспринимала слова Элизабет всерьёз. Полагала, что фраза о близнецах просто была способом завязать разговор с незнакомкой. Не может у Лизы быть сестры, и уж подавно близнеца. Откуда бы ей взяться? Лиза — единственная дочь своих родителей. Они никогда не упоминали, что мама носила двойню и второй близнец куда-то пропал. Но что если в словах Элизабет всё же есть доля правды?
Лиза поймала себя на том, как пристально и напряжённо смотрит на экран в ожидании ответа. Но он оказался совсем не таким, на какой рассчитывала.
Извини, вынуждена срочно отключиться. До завтра.
— Отец, я готов жениться! — Брайан стремительно вошёл в кабинет родителя.
Тот оторвался от бумаг и посмотрел на сына исподлобья с лёгкой иронией.
— Готов? Рад слышать, но весьма удивлён. О ком речь?
— Об Элизабет О'Хайес.
— Не та ли это О'Хайес, которая отвергла уже с десяток предложений?
— О, да, отец, она.
В свете только и разговоров, каким оскорблённым посчитал себя очередной её поклонник Кристофер, сын банкира, когда получил отказ.
— И чем же, позволь спросить, юная наивная дебютантка увлекла моего сына-циника? — иронии в родительских глазах стало ещё больше. — Я признаю, что она весьма хороша собой, но готов поспорить, что дело не в её красоте, ведь так?
Конечно, отец был прав. Не зря и друзья, и враги считают герцога проницательным.
— Попробую угадать. Тебя заинтриговало её упрямство. Побился об заклад с друзьями, что тебе-то уж она точно не откажет?
Естественно, Брайану она не откажет.
— Интересная версия, — усмехнулся он, представляя, как изумиться его проницательный отец, когда узнает настоящую причину пылкого желания сына жениться.
![]()
Глава 3. Две новости![]()
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Снег сыпал с самого утра, то мелкой колючей манкой, то крупными ватными хлопьями. А к вечеру он и вовсе обрушился на город густой плотной пеленой, визуально стирая границу между землёй и небом, чем создавал новогоднее настроение простым смертным и большие проблемы коммунальным службам.
Глава 3. Две новости
