Читаем без скачивания Огненный шторм - Эндрю Лейн

Шерлок знал, что учится не так быстро, как хотелось бы Руфусу, и его это злило. Конечно, втайне он мечтал просто взять инструмент и заиграть прекрасно с первого же раза, безо всяких тренировок, но, к сожалению, в жизни так не бывает. Шерлока все время это возмущало. Те же чувства возникали у него и когда он пытался научиться играть на пианино в доме родителей. Он часами просиживал за инструментом, но так и не понял, почему у него ничего не выходит. Ведь все казалось таким логичным: ты нажимаешь клавишу, и звучит нота.

Каждая клавиша связана с определенной нотой. Все, что нужно, как казалось Шерлоку, это запомнить связь клавиш и нот, и этого было достаточно, чтобы начать играть. Но беда была в том, что, как Шерлок ни старался, он так и не научился играть так, как играла сестра — чтобы музыка лилась из-под пальцев журчащим потоком, плавная и прекрасная.

Четыре струны! У скрипки всего-то четыре струны! Так почему это так трудно?

— Твоя ошибка в том, — неожиданно заявил Стоун, снова повернувшись к Шерлоку, — что ты думаешь о нотах, а не о музыке.

— Это какая-то бессмыслица, — упрямо возразил Шерлок.

— Нет, не бессмыслица, — вздохнул Стоун. — Деревья сами по себе — это еще не лес. Лес — это и деревья, и подлесок, и животные, и птицы, и даже воздух. Убери все это, и у тебя останется только куча древесины, но ни атмосферы, ни чувств.

— Тогда откуда в музыке берутся чувства?

— Уж точно не из нот.

— Но на бумаге ведь есть только ноты! — возмутился Шерлок.

— Тогда добавь что-то свое. Добавь эмоции.

— Но как?!

Стоун покачал головой:

— Ты добавляешь их в коротких паузах, в акцентах, в легком ускорении или замедлении темпа. Все это мелочи, но именно в них и выражаются твои чувства.

Шерлок указал рукой на пюпитр:

— Но там же этого нет! Если бы композитор хотел, чтобы я играл быстрее или медленнее, он написал бы это в нотах!

— Он написал, — ответил Стоун, — по-итальянски. Но это всего лишь подсказка. А так ты сам решаешь, как тебе играть. — Он вздохнул. — Твоя беда в том, что ты относишься к музыке так, будто это математическая задача. Ты хочешь, чтобы тебе дали все исходные условия, и думаешь, что твоя цель — найти ответ. Но с музыкой так не получится. Музыка требует интерпретации. Она требует, чтобы ты вложил в нее что-то свое. — Он помолчал, пытаясь подобрать слова. — Любое исполнение — это взаимодействие между тобой и композитором. Он дает тебе основу, но остальные десять процентов должен добавить ты. Ты же понимаешь разницу между тем, чтобы прочесть пьесу и сыграть ее? — Заметив несчастное выражение на лице Шерлока, Руфус продолжил: — Ты видел когда-нибудь, как писатель Чарльз Диккенс читает свои произведения перед зрителями? Если будет такая возможность, посмотри, не пожалеешь! Он говорит разными голосами за каждого из персонажей, он мечется по сцене, повышает голос в самых волнующих сценах, он читает так, будто видит этот текст впервые и ему, как и остальным зрителям, ужасно интересно, что же будет дальше. Вот так и надо играть музыку — как будто ты никогда ее раньше не слышал. — Он помолчал немного и поморщился. — В хорошем смысле, то есть. А ты играешь так, будто никогда ее раньше не слышал и пытаешься разобраться, что это за мелодия, прямо по ходу игры.

Шерлок подумал, что примерно так оно и есть.

— Может, мне бросить это дело? — спросил он.

— Даже не вздумай! — яростно возразил ему Стоун. — Никогда ничего не бросай. — Он провел рукой по длинным волосам. — Может, это я выбрал неправильный подход? Попробуем иначе. Ну хорошо, давай поищем композиторов, которые при создании музыки использовали математические формулы.

— А такие есть? — с сомнением переспросил Шерлок.

Стоун задумался:

— Дай-ка вспомнить. Иоганн Себастьян Бах. В его «Музыкальном приношении» можно найти фрагменты, которые зеркально повторяют сами себя. Первая нота совпадает с последней, вторая — с предпоследней, и так далее до середины фрагмента.

— Ух ты! — Шерлок восхитился смелостью этой идеи. — И все равно получается музыка?

— О да! Бах был выдающимся композитором. Его математические формулы не ухудшали, а улучшали мелодию. — Стоун улыбнулся, заметив, что ему наконец-то удалось увлечь Шерлока по-настоящему. — Я не большой знаток его творчества, но знаю, что у него есть еще одно произведение, построенное по принципу математической последовательности, где фрагменты расположены друг за другом согласно определенному правилу. Оно называется «Итальянский концерт». А теперь давай снова попробуем сыграть Моцарта, но на этот раз я хочу, чтобы ты вложил в него то, что сейчас чувствуешь. Запомни свои чувства, и пусть они управляют твоими пальцами.

Шерлок снова поднес скрипку к плечу и прижал ее подбородком. Левой рукой он сжал шейку скрипки, положив пальцы на струны. Он чувствовал, как загрубела кожа на кончиках его пальцев после бесчисленных уроков Стоуна. Шерлок поднял смычок и поднес его к струнам.

— Начинай! — скомандовал Стоун.

Шерлок поглядел на партитуру, но, вместо того чтобы расшифровывать каждую ноту, он просто скользнул по ним взглядом, пытаясь прочесть не последовательность знаков, а мелодию целиком. Увидеть лес, а не деревья. Он вспомнил, как звучали эти ноты в прошлый раз, а потом глубоко вздохнул и начал играть.

Следующие несколько мгновений прошли, словно в тумане. Шерлок зажимал то одну, то другую струну — он извлекал нужные звуки, еще до того как успевал об этом подумать. Казалось, будто его пальцы сами знают, что следует делать, а мысли, освободившись, плывут вместе с мелодией, пытаясь понять ее смысл. Шерлок представлял себе этот музыкальный фрагмент как звучащую песню, а потом позволял своей скрипке стать голосом и то замирать на некоторых нотах, то подчеркивать другие, наиболее важные.

Он и сам не заметил, как добрался до конца листа.

— Браво! — воскликнул Стоун. — Не идеально, но намного лучше. Вот теперь я вижу, что ты чувствуешь музыку, а не просто играешь по нотам. — Он посмотрел на косые лучи солнца, пробивающиеся сквозь крышу. — Давай сегодня на этом и остановимся. Продолжай играть гаммы, но это еще не все. Я хочу, чтобы ты вложил в них печаль, радость, злость. Пусть твои чувства сплетаются с музыкой, а ты обрати внимание, как от этого меняется звучание.

— Я… не очень разбираюсь в чувствах, — еле слышно признался Шерлок.

— А я разбираюсь, — так же тихо сказал Стоун. — И это значит, что я могу тебе помочь. — Он положил руку на плечо Шерлока и сжал на мгновение. — Тебе пора идти. Найди свою американскую девчушку и погуляй с ней.

— Вирджинию? — Сердце Шерлока забилось быстрее, но он не мог понять, от радости или от страха. — Но…

— Никаких «но». Иди и повидайся с ней.

— Ну хорошо, — ответил Шерлок. — Завтра в это же время?

— Завтра в это же время.

Он положил скрипку в футляр и скатился по лестнице на верхний этаж, а потом сбежал по ступеням вниз. Квартирная хозяйка Стоуна — его ровесница, черноволосая и зеленоглазая, — высунулась из кухни и что-то крикнула Шерлоку вслед, но он не расслышал. Через несколько мгновений он уже выбежал под скупое осеннее солнце.

Жизнь в Фарнхеме, как всегда, била ключом: и его мощеные мостовые, и раскисшие от грязи улочки кишели людьми. Шерлок остановился и окинул взглядом толпу. Он смотрел на костюмы спешащих по своим делам прохожих, на всевозможные свертки, коробки и сумки в их руках и пытался проанализировать свои наблюдения. Вон тот мужчина с красной сыпью на лбу. Сжимающий в руке клочок бумажки, как будто от этого зависела вся его жизнь. Шерлок знал, что в нескольких минутах ходьбы отсюда — кабинет врача, а прямо впереди — аптека. Наверняка этот человек направляется за лекарством после осмотра у доктора. А вон еще один на другой стороне улицы: в хорошем костюме, но небритый, с мутным взглядом и в старых, заляпанных грязью ботинках. Бродяга, получивший свой костюм от благодетеля в церкви? Или вот эта женщина, поправляющая прическу. Руки у нее старее, чем лицо, — морщинистые и бледные, как будто она постоянно держит их в воде. Прачка, наверное.

Не это ли тоже имел в виду Руфус Стоун, когда говорил про деревья и лес? Ведь Шерлок видел не просто людей, а их прошлое и, возможно, будущее.

При мысли об этом у Шерлока на мгновение закружилась голова, но этот миг быстро прошел, и вот перед его глазами снова лишь толпа спешащих куда-то людей.

— Что это с тобой? Мне показалось, ты сейчас в обморок хлопнешься.

Шерлок повернулся и обнаружил рядом Мэттью Арнетта, Мэтти. Паренек был ниже его ростом и младше на год или два, но сейчас Шерлок видел в нем не просто мальчишку, своего друга, а человека со свойственными лишь ему одному особенностями. Правда, уже через мгновение перед ним снова стоял Мэтти, верный, преданный Мэтти.