Читаем без скачивания Огненный шторм - Эндрю Лейн

— Что это с тобой? Мне показалось, ты сейчас в обморок хлопнешься.

Шерлок повернулся и обнаружил рядом Мэттью Арнетта, Мэтти. Паренек был ниже его ростом и младше на год или два, но сейчас Шерлок видел в нем не просто мальчишку, своего друга, а человека со свойственными лишь ему одному особенностями. Правда, уже через мгновение перед ним снова стоял Мэтти, верный, преданный Мэтти.

— Альберт болеет? — спросил Шерлок, имея в виду старого мерина, который тянул по каналам лодку Мэтти, когда тот путешествовал от города к городу.

— С чего это ты взял? — удивился Мэтти.

— У тебя сено на рукаве. Ты кормил его с рук. Обычно ты просто пускаешь его попастись на травке. И не стал бы кормить, если бы не беспокоился из-за его плохого аппетита.

Мэтти выгнул бровь:

— Если мне взбрело в голову его покормить, это еще не повод устраивать пляски с бубнами. У меня же, кроме Альберта, никого больше нет. — Он смущенно пожал плечами. — Вот мне и хочется иногда его побаловать.

— Ну да. — Шерлок решил запомнить это на будущее. — А откуда тебе известно, что я здесь? — спросил он.

— Я слышал, как ты играешь. Тебя же на весь город слышно. Наверное, из-за этого Альберту трава в горло не лезет.

— Забавно, — буркнул Шерлок.

— Поесть не хочешь? На рынке много чего можно раздобыть.

Шерлок задумался. Что интереснее — пойти с Мэтти или все-таки повидаться с Вирджинией?

— Не могу, — сказал он, неожиданно вспомнив кое-что важное. — Дядя попросил меня вернуться к обеду. Он хочет, чтобы я разобрал для него тексты проповедей — те, что он купил на аукционе.

— Вот радость-то, — хмыкнул Мэтти. — Желаю приятно провести время. А я, наверное, пойду проведаю Вирджинию.

— А я скину тебя с моста башкой вниз, — ответил Шерлок.

Мэтти уставился на него:

— Да я же просто шучу!

— А я нет.

Шерлок заметил, что Мэтти все время поглядывает на дорогу, ведущую к рынку.

— Иди, — сказал он, — может, тебе удастся раздобыть какой-нибудь подгнивший фрукт или раскрошившийся кусок пирога. А позже встретимся. Или завтра, если сегодня не получится.

Мэтти улыбнулся, сорвался с места и сразу же растворился в толпе.

Шерлоку же пришлось пройти порядочное расстояние, прежде чем он добрался до дороги, ведущей из города к дому дяди и тети.

Каждый раз, когда мимо проезжала повозка, он оборачивался и бросал взгляд на кучера, но большинство из них отводили глаза. Его это не обижало — он уже привык, что останавливалась лишь одна повозка из двадцати.

Наконец один из возчиков его окликнул:

— Куда направляешься, сынок?

— В поместье Холмсов, — крикнул в ответ Шерлок.

— Они временных работников не нанимают.

— Я знаю. Я… кое к кому в гости.

— Тогда залезай. Я как раз мимо главных ворот проеду.

Забросив скрипку в притормозившую телегу и забравшись на кучу сена, Шерлок задумался, почему ему каждый раз не хочется признаваться в том, что он живет в этом доме. Похоже, он просто боялся, что люди станут относиться к нему иначе, если узнают, что он из семьи местных землевладельцев. Глупо, что такая случайная вещь, как унаследованное от родителей поместье, сразу же отделяет тебя от окружающих. Шерлок решил, что когда он вырастет, то очень постарается, чтобы между ним и другими людьми не вставало никаких социальных различий.

Телега тряслась по неровной дороге еще минут двадцать, но вот наконец Шерлок спрыгнул с нее, бросив через плечо искреннее «спасибо». Он взглянул на часы. До обеда оставалось полчаса: как раз хватит времени, чтобы умыться и, наверное, сменить рубашку.

Обед, как обычно, прошел в относительной тишине. Дядя Шерлока, Шерринфорд Холмс, за едой читал книгу, следя за тем, чтобы его борода не попадала в тарелку и не загораживала страницы, ну а тетя Анна тихонько бормотала себе под нос. Она перечисляла то, что ей нужно сделать в саду, и повторяла, как она счастлива, что две ветви семьи Холмсов наконец-то перестали враждовать. Она пересказывала свежие сплетни о местных землевладельцах и выражала надежду, что в следующем году погода будет лучше. Пару раз она обращалась к Шерлоку с вопросами о том, чем он сегодня занимался и как себя чувствует, но ответить ему так и не удалось, потому что ее бесконечный монолог не прерывался ни на мгновение. Как и всегда.

Шерлок сразу же заметил, что в комнате нет их мрачной экономки миссис Эглантин. Горничные прислуживали за столом все с тем же молчаливым почтением, но женщина, одетая во все черное, которая всегда стояла у окна, словно прячась за вливающимися в столовую лучами света, на этот раз отсутствовала. Шерлок подумал было о том, куда она могла подеваться, но его вполне устраивало сложившееся положение дел, поэтому он перестал ломать над этим голову — нет, ну и бог с ней.

С едой он покончил гораздо быстрее, чем дядя и тетя, и попросил разрешения выйти из-за стола.

— Конечно, — ответил дядя, не отводя глаз от книги. — На моем столе в библиотеке лежит стопка старых проповедей. Я был бы очень благодарен, если бы ты рассортировал их по авторам и по дате публикации. Я пытаюсь, — пояснил он, на мгновение бросив взгляд на Шерлока из-под кустистых бровей, — проследить развитие раскола внутри христианской церкви в связи с недавним созданием в Америке Церкви Иисуса Христа Святых последних дней. И эти проповеди могут оказаться для меня очень полезными.

— Спасибо, — сказал Шерлок и ушел.

В библиотеке дяди Шерринфорда пахло старинными книгами, плесенью, кожей и трубочным табаком. Стоило только закрыть дверь, и Шерлок сразу почувствовал, как тишина давит ему на уши.

Дядин стол был завален бумагами. Некоторые из документов были напечатаны, некоторые написаны от руки разным почерком, большинство были прошиты и перевязаны ленточками или тесемками. Усевшись в скрипучее кожаное кресло, Шерлок с отчаянием обнаружил, что гора бумаг возвышается над его головой и загораживает всю комнату. Работа предстояла очень долгая и утомительная.

Он принялся за дело. Сначала задача показалась ему простой: взять ближайшую рукопись, проверить, кто и когда ее написал, а потом положить в ту или иную стопку на полу, но, как и следовало ожидать, все оказалось гораздо сложнее. Где-то не был указан автор, где-то не стояла дата, а на некоторых документах не было ни того, ни другого. Очень скоро Шерлок понял, что ему придется пользоваться другими подсказками. Например, почерком. Некоторые из проповедей, судя по угловатому, мелкому почерку, писал один и тот же человек, и Шерлок с радостью сложил их в одну стопку. В других текстах упоминались какие-то места, например церкви, и Шерлок мог, по крайней мере, определить местность, где жил автор. Через некоторое время он обнаружил, что и напечатанные проповеди имеют свои отличия: одни буквы в них пропечатаны более сильно, другие, наоборот, слабее, и Шерлок стал сортировать такие тексты в зависимости от этих особенностей. Читать проповеди он, конечно, не мог — у него просто не было на это времени, — но, даже просматривая их в поисках имени автора или даты, он сумел кое-что заметить: скупые или красочные описания сельской жизни, неутолимую тоску автора по любви Божьей или подробный анализ понятий, которые признаны непостижимыми. Шерлоку казалось, что он начинает чувствовать характеры людей, писавших эти проповеди: кто-то был глубокомысленным и серьезным, исполненным ужаса перед вечными муками ада, кто-то восторгался красотой сотворенного Богом мира, а кто-то так погружался в детали, что упускал из виду общую картину. Одним из авторов, по мнению Шерлока, вообще была женщина, которая писала проповеди для своего мужа.

Кончилось тем, что Шерлок с головой ушел в работу и за пару часов даже ни разу не отвлекся.

Но через некоторое время у него заныла спина, и он решил устроить перерыв. Он встал и вышел из-за стола, с удивлением обнаружив, что гора документов на столешнице меньше не стала, хотя на полу появились четырнадцать или пятнадцать стопок.

Кончилось тем, что Шерлок принялся бродить вдоль книжных полок, разглядывая надписи на корешках. Сначала он и сам не знал, что именно ищет, и ищет ли вообще, но потом понял, что пытается высмотреть среди дядиных книг какое-нибудь исследование произведений Баха или других композиторов. Ему хотелось больше узнать о людях, которые пытались соединить в своем творчестве музыку с математикой. Хотя Шерринфорд Холмс и посвящал все свое время написанию проповедей и статей для приходских священников со всей страны, в его библиотеке хранились не только религиозные труды. Здесь была отличная подборка книг по любым темам, которые только могут прийти в голову.

К тому же Шерлок помнил, что Иоганн Себастьян Бах известен своей религиозной музыкой. Тот много писал для органа, и Шерлок был уверен, что встречал его имя в сборнике церковных гимнов и в Дипдинской школе для мальчиков, и в местной церкви. И любой исследователь религиозных текстов просто не мог не иметь в своей библиотеке книг о творчестве Баха.