скрепили наши намерениями обещаниями, росписями и кольцами! И когда стало окончательно ясно — мы прошли через расставание и хотим быть вместе всегда. Я уже собралась было показаться и сообщить матери, куда она может засунуть свои претензии, когда услышала то, что заставило меня застыть и едва не сползти по стене на пол:
— Да, Власта? — вложив в этот вопрос не только злость, но и какие-то странные нотки, которых я еще не слышала от Дэна, ответил муж: — А шесть лет назад, когда ты стала моей первой женщиной и стонала подо мной, ты так не думала!
Шок, в который погрузили меня слова Дениса, ударил по нутру разрядом в три тысячи вольт. У меня по телу даже судорога прошла от того, каким осознанием меня накрыло.
Выбравшись в коридор, где и общались на эти «веселые» темы муж с мамой, я неверяще прохрипела:
— Что ты только что сказал, Дэн?
1.2
Мама вскрикнула, а Денис, обернувшись ко мне, замер.
— Аля, ты с ума сошла — так пугать? — возмутилась мать, сложив руки на груди.
Ей удалось собраться за считанные мгновения. И я даже завидовала такой способности, особенно учитывая, что все мы втроем понимали, о чем сейчас идет речь.
— Я спросила — что ты сказал, Дэн? — выдавила я из себя, подходя ближе.
И снова ответила мама. И вовсе не то, что я хотела бы услышать.
— Алин, твой муж завел дурацкий разговор. Он не имеет никакого отношения ни к этому дню, ни к вам обоим в целом, — отрезала она. — Так что перестань истерить, возьми себя в руки. Закончи праздник и поезжайте в свое путешествие.
Вот так вот просто и легко она раздавала указания на тему того, как и что я должна делать дальше. Ну уж нет! Это у себя там в офисе, который она уехала возглавить шесть лет назад, мать может распоряжаться и рассказывать всем подряд, как они должны поступать, но не здесь и не со мной.
— Я требую объяснений! — воскликнула, мотнув головой в сторону зала, где продолжали развлекаться гости. — И если вы не согласны дать их мне тет-а-тет, я выйду к микрофону и объявлю об этом во всеуслышание!
Мама была права в одном — я начинала впадать в истерику. Но чего они хотели? Чтобы я кивнула, сказала — а, да, точно! Это же меня совсем не касается! А потом просто пошла и дальше веселиться, после чего бы напрочь забыла, что стала свидетелем этой пикантной беседы?
— Хорошо… Хорошо, Аль… черт! — выругался Дэн, подавшись ко мне.
Я отступила на пару шагов. Муж был настолько растерян от происходящего, что я без лишних слов поняла: этим двоим есть что скрывать.
— Пойдем и поговорим. И перестань уже трястись! — рявкнула мама и зашагала прочь.
Мы с Денисом последовали за ней. Когда оказались в той комнатушке, где я прихорашивалась перед выходом к гостям, мама посмотрела на нас обоих и заявила:
— То, что ты слышала — к нынешней реальности никакого отношения не имеет! И я вообще в шоке от того, что мы обсуждаем такую ерунду. Да, мы с Денисом переспали, но это было уже после того, как вы расстались. Кто же знал, что вы не занимались любовью, как полагается людям, которые начинают жить, когда считают, что позврослели? — всплеснула она руками.
Меня снова прошило ужасным чувством. Ощущения, пожалуй, были такими, как будто я наступила на оголенный провод. Конечно, к счастью, такого в моей жизни не бывало, но я примерно представляла, как это может быть. Когда каждая мышца, каждый нерв внутри напряжены и раскалены до такой степени, что начинают вибрировать и приносить боль.
Мы с Денисом действительно не успели дойти до постели. И для меня, и для него это был первый раз. Мы решили не торопиться с сексом, а потом я и вовсе начала изводиться от того, что мне казалось, будто Дэн получает «сладенькое» где-то на стороне. И мама тогда очень активно подливала масло в огонь. А потом, когда мы с ним расстались, она легла с бывшим парнем дочери в постель! Ужас какой!
— Алечка, родная моя… Я считал, что это неважно. Прошло пять лет перед нашей новой встречей, у меня были женщины и после Власты…
— Но она моя мама! — выкрикнула я, дав себе возможность хотя бы отчасти выплеснуть все то, что разрывало меня изнутри. — Как ты не понимаешь, что я предпочла бы знать о том, как мой муж спал с моей же матерью! Пусть и в прошлом!
Мама простонала и закатила глаза.
— Зачем тебе эта информация, которая совершенно неважна? — задала она вопрос усталым тоном.
— Настолько неважна, что вы сейчас уединились вдвоем, чтобы это обсудить? М?
Я посмотрела на Дениса, который покраснел и отвел взгляд. Потом — на мать. Она повела себя ожидаемо — вскинула подбородок и твердо выдержала нашу зрительную дуэль.
— Хочу знать все подробности! — заявила матери и мужу.
Под взором темных, почти черных глаз я терялась, чувствовала себя снова так, будто мне было десять. И я не понимала, то ли радуется моим успехам в школе мама, то ли ей недостаточно того, насколько хорошо я учусь. Как же правы были бабушка и дедушка, когда называли свою дочь тем именем, которое она носила сорок два года. Или верна поговорка «как вы лодку назовете, так она и поплывет»?
— Нет никаких подробностей, — буркнул Дэн. — Я уже обо всем забыл.
— Кроме того, что мама под тобой стонала тогда, шесть лет назад?
Меня аж затошнило от того, как противно это прозвучало. Мне нужно было собраться и принять те решения, от которых будет зависеть вся моя дальнейшая жизнь. Я уже не ребенок, а женщина двадцати четырех лет, способная быть самостоятельной.
— Мы возвращаемся к гостям, заканчиваем свадьбу, а потом едем в отель втроем… И нет, вовсе не для того, чем вы бы там, возможно, хотели бы заняться. Будем говорить откровенно и предметно…
Сказав это, я пулей вылетела из комнатушки. Даже если эти двое, оставшись наедине, сочинят какую-нибудь легенду, что ж — пусть. Не ходить же теперь цербером за мужем? Захочет — отыщет способ придумать отмазку. Хотя, все ведь было ясно и так — секс между Денисом и мамой был.
Я устроилась на своем месте и окинула взглядом подуставших гостей. Надо было завершать событие нашим отъездом и как можно скорее. Дэн, надо отдать ему должное, задерживаться возле тещи не стал, пришел
