— Ну, хватит! — прекратил спор Папуля. — Если уж на нашем дереве завёлся такой весельчак, я закрою дверь на засов, а вы все быстренько ложитесь спать.
— Дедушка, миленький, выходи, не бойся. Нас кто-то разыграл. — Голос Мюкли дрожал — похоже, она не очень-то верила в этот странный розыгрыш.
— Ни за какие коврижки! — отрезал дедушка.
— Ладно, если дедушке нравится ночевать в шкафу, пусть там и ночует, а остальные — марш в постель! — скомандовал Папуля.
И влипсики стали расходиться по своим комнатам. Мамуля погасила в гостиной свет.
— Подожди-ка, — шепнул Тюк брату на ухо, — есть идея.
Шнопсик остановился.
— Давай устроим призраку засаду? Вдруг он вернётся!
— Мне страшно…
— И мне! Поэтому-то нам и нужно его поймать. Чтобы он больше никого не напугал.
— Здорово! — обрадовался Шнопсик. — Это будет настоящее приключение!
Глава 2. Засада
Шнопсик подбежал к окну и стал всматриваться в ночную тьму.
Тем временем Тюк пытался найти в гостиной какой-нибудь предмет, которым можно было бы обезвредить призрака. Но, увы, ни пушек, ни даже простеньких рогаток в домах влипсиков не водилось, так что Тюку пришлось вооружиться обычным веником.
Вдруг Шнопсик присел на корточки.
— Тюк! Скорее! Сюда кто-то идёт!
— Призрак? — Тюк, стараясь, чтобы его не заметили с улицы, подкрался к окну.
Действительно, по ветке скользил чей-то тёмный силуэт. Миновав скамейку, силуэт направился к их дуплу.
Шнопсик привстал на цыпочки, осторожно выглянул в окно и… сразу же нырнул под подоконник.
— Что же теперь будет?
— Тсс! — Тюк судорожно пытался придумать план действий.
— Но ведь он к нам не заберётся? Дверь-то заперта?
— Заперта. Но, если призрак попытается её открыть, мы вылезем в окно и нападем на него сзади. Смотри, что у меня есть! — Тюк воинственно потряс веником. — Я оглушу призрака — стукну его по голове, ну, или по тому, что у него там сверху, он растеряется, а мы его поймаем!
— А если он не растеряется?
— Тогда мы его схватим, а потом кто-нибудь сбегает в дупло и принесёт верёвку.
Ручка двери задёргалась.
— Нужно открыть окно! — закричал Тюк и вскочил на подоконник.
Дверь заходила ходуном.
— Это что же получается? Призрак ворвётся, а я здесь один?! — От испуга Шнопсик даже не заметил, как очутился рядом с братом.
— Не открывается! — Тюк тщетно пытался сдвинуть щеколду.
Шнопсик вцепился в ручку окна и со всей силы рванул ее на себя. Окно с треском распахнулось, и Шнопсик кубарем скатился на пол.
Из ночного мрака в оконный проем вплыла зловещая фигура.
— А-а-а!!! — что есть мочи завопил Шнопсик. — Призрак!
Тюк растерялся и начал суматошно размахивать веником. Но призрак оказался проворней. Он ловко выхватил веник из рук влипсёнка и, потрясая им в воздухе, загромыхал:
— Ага! Вот ты и попался, негодный влипсёнок!
— Уходи! Это наше дупло! — Тюк принялся беспорядочно размахивать руками, и призрак, получив сильную оплеуху, исчез в листве. Тюк спрыгнул на пол.
Дверь шкафа приоткрылась, оттуда высунулся дедушка и тут же нырнул обратно.
— Помогите! Спасите! — сипло заголосил он.
— Ты прогнал призрака! — изумился Шнопсик.
Тюк растерянно оглядывался, пытаясь понять, что произошло.
— Что здесь опять такое? — раздался строгий голос Мамули. Услышав шум, она снова спустилась в гостиную. Вспыхнул яркий свет.
— П-п-призрак… — пролепетал Шнопсик.
— Где?
— Т-т-там!
— Снова ваши штучки? — Мамуля подошла к окну, и вдруг в оконном проеме появилась чья-то рука.
Мамуля, хоть и не верила ни в каких призраков, в ужасе отпрянула.
Следом появилась вторая рука, и на подоконник вскарабкалась тётушка Фэ. На лбу у неё красовался огромный синяк.
— Где этот негодник? Где? — сама не своя кричала тетушка.
«Где-где, кое-где!» — хотел было ответить дедушка, но Мамуля его опередила:
— Кого вы ищите, тётушка Фаня?
Тётушка спрыгнула на пол, властным движением отодвинула с дороги Мамулю и схватила Шнопсика за ухо.
— Ой-ёй-ёй! За что? — заголосил Шнопсик.
— Где моя Мумуша? Куда ты её спрятал?
— Не трогал я вашу муху! Пустите! Больно!
— Оставьте ребенка в покое и объясните, что здесь происходит! — потребовала Мамуля.
— Он похитил Мумушеньку! Забрался в моё дупло и разлил целое ведро ляпы!
— Не разливал я муху в вашем ведре! — визжал Шнопсик.
— Да? А это тоже не ты оставил у меня на столе? — Тётушка отпустила Шнопсика, порылась в карманах и сунула ему под нос кусок коры. — Шутить со мной вздумал?! Но я не такая глупая, нет! Я в призраков не верю!
— Но они существуют! Я видел одного, когда был маленьким! — подал голос дедушка Хрипс. — Хотя в те далекие времена Большое Дерево было раза в два меньше, зато призраков было столько, что листику негде было упасть.
Мамуля взяла у тетушки кору и с удивлением прочла:
Дрожи и плачь, о тётка Фаня,Ты не уйдёшь от наказанья!
Шнопсик завертел головой:
— Я этого не писал! У меня и краски-то такой нет! А муха ваша, наверное, сама улетела…
— Сама?! — завопила тётушка Фэ. — А стихи она тоже сама написала? Всеми шестью лапами?
Над шкафом показалась голова Мюкли.
— Что у вас опять стряслось?
— Мы ловили призрака, а поймали тётушку Фэ. А призрак украл Мумушу! И оставил тётушке записку с угрозами, — затараторил Шнопсик.
— Ну и дела! — воскликнула Мюкля. — Бедный призрак, его, наверное, кто-то очень сильно обидел, вот он и хулиганит.
— Так это действительно был призрак?! — ужаснулась тётушка Фэ. — И он действительно похитил мою муху, мою бедную Мумушу? Я этого не перенесу! — И тётушка упала в обморок.
— Воды! — скомандовала Мамуля, подхватывая тётушку.
Мюкля принесла стакан воды, Тюк сбегал за чайником, а Шнопсик зачем-то притащил кастрюлю с супом.
Мамуля плеснула на тётушку водой из стакана. Шнопсик приготовился вылить на неё суп, но Мюкля успела удержать его. А Тюк так расстроился, что не заметил, как осушил целиком чайник.
Придя в себя, тётушка Фэ обхватила голову руками и запричитала:
— Ах, я это предчувствовала… Всё против меня… Я совсем одна, все меня бросили… Я это так не оставлю!
— Да не переживайте вы так! — пыталась утешить её Мамуля. — Мы обязательно вашу муху найдём.
Тетушка выглядела очень несчастной: мокрые волосы висели сосульками, чуть прикрывая синяк на лбу.
— Ну вот что. Я у вас посижу. Не могу же я ходить ночью одна, когда вокруг свирепствуют призраки!
— Я думаю, призрак уже устал от своих проказ. И больше не будет, — попробовала успокоить всех Мюкля.
Как же она ошибалась! Всё ещё только начиналось.
Глава 3. Новое послание!
На следующее утро все только и говорили, что о ночном происшествии. Оказывается, призрак успел побывать почти во всех домах, и везде, куда он заглянул, пропали какие-то вещи, а вместо них остались угрожающие послания на коре. Наиболее жуткие из них влипсики, ахая и охая, пересказывали друг другу. Все с тревогой ожидали наступления ночи.
Больше всех беспокоился влипсик по имени Чумазик. Впрочем, это был не совсем обычный влипсик. Даже жил он не в дупле, а в шалаше — в корнях Большого Дерева. Всё время копался в земле, что-то коптил на маленьком костерке, и, наверное, поэтому лицо его всегда было чёрным. За странный цвет лица его и прозвали Чумазиком. А теперь Чумазик так перепугался, что забрался на самую высокую ветку, повесил на неё свой гамак и ни за что не хотел спускаться вниз.
Тюк и Шнопсик решили во что бы то ни стало изловить призрака и спасти родное Дерево. Они укрылись в тени Могучей ветки, чтобы придумать план.
— Если мы хотим поймать призрака, нужно побольше о нём узнать, — начал Тюк, тревожно оглядываясь. — Как думаешь, чего он боится?
— Да всего на свете!
— Это ещё почему?
— Да потому, что как только он кого-нибудь заприметит, так сразу же исчезает.
— Тогда, может, напугать его как следует, и дело с концом? — обрадовался Тюк.
В листве послышался какой-то шорох. Может, это был ветер, а может, их кто-то подслушивал.
Шнопсик наклонился к Тюку и еле слышно прошептал:
— Мне кажется, за нами следят…
— Кто?
— Призрак!
— Вот ещё! — фыркнул Тюк. — Призрак не может следить за нами днём. Днём он спит, это и гусенице понятно.
Но как бы ни храбрился Тюк, ему всё же было как-то не по себе, и он несколько раз боязливо оглянулся.
— Вот вы где! — раздалось совсем рядом.
Тюк и Шнопсик подскочили как ошпаренные.
— А что это вы тут делаете? — Прямо над влипсятами, приклеившись ботинками к Могучей ветке, вниз головой висела Мюкля. Платье она придерживала руками, чтобы оно не накрыло её с головой.
