тяжело вздохнул и отложил в сторону вилку. Он слегка отодвинул тарелку, поднял глаза на маму и заговорил:
— Мам, ты прости, но я не буду.
На Стаса тут же уставились две пары удивлённых глаза. И отец, и мама тут же перестали ужинать, не сдерживая своего удивления.
— Нет аппетита, — поспешил добавить Станислав, и поднялся из-за стола.
— Стасик, ты чего это? Ты не хочешь форель? — спросила мама, с удивлением смотря на сына.
— Прости, но у меня нет аппетита. Я не хочу ужинать, — и парень поспешил покинуть кухню.
— Он даже ничего не съел, — подметила женщина, посмотрев на тарелку Стаса. — Совсем к еде не притронулся!
— Да, я вижу, — кивнул Виктор Петрович. — Странно.
— Он уже который раз отказывается кушать, — вздохнула мама. — Ты говорил, что от форели он точно не откажется.
— Да, я был в этом уверен, — мужчина придвинул к себе тарелку сына и окинул её взглядом. — Вообще не притронулся к рыбе. Даже не попробовал!
— Может, ему не нравится форель? — предположила Лариса Викторовна.
— Ну, кому она может не нравиться? — слегка улыбнулся глава семейства. — Она же восхитительная! Самая вкусная рыба! И раньше Стас всегда её любил. С чего это она сейчас ему должна не нравиться? Нет. Дело в чём-то другом. С ним что-то не так!
— Что?
— Что-то, но что именно он не говорит, — отец отодвинул тарелку сына обратно на место. — Ты же видела его взгляд? Когда он говорит с нами, и мы о чём-то общаемся, у него абсолютно безразличный взгляд и такой задумчивый…. Он вроде бы и с нами, но вроде и где-то далеко. Я без понятий, что с ним происходит и с чего-то он внезапно стал каким-то… отстранённым что ли. Не знаю…. — мужчина качнул головой.
— Да, я заметила, что с ним что-то неладно, — согласилась мама. — И я чувствую, что его как будто что-то тяготит. Но он молчит и ничего нам не рассказывает. Не понимаю, почему…. Что с ним такое? Всё же вроде было нормально и тут раз…. Ничего не могу понять.
— Надо будет с ним сейчас поговорить, — решил Виктор Петрович и вернулся к еде. — Только сначала всё доедим и сразу пойдём говорить с ним.
— Хорошо. Давай, — не стала спорить жена и вернулась к еде.
Стас тем временем, покинув кухню, прошёл в свою комнату. Там молодой человек устало завалился на кровать, сунул наушники в уши и прикрыл глаза.
Прошло меньше недели со смерти Сергея, а парень до сих пор не мог поверить, что его больше нет. Рука молодого человека постоянно тянулась к телефону, желая позвонить другу и поговорить с ним. Но он вовремя останавливался, понимая, что Серёжа мёртв. Его больше не было! И от этого Стасу становилось так тяжело и больно на сердце, что он не мог ничего делать. Он только лежал на кровати, слушал музыку и смотрел в одну точку.
Станислав понимал, что Сергей теперь находится в аду и уже там сейчас страдает. По его вине из-за того, что тогда он не захотел рассказать другу, что он христианин, у Серёжи даже не было шанса на спасение. И по его вине он теперь попал в ад и мучается. Парень не мог не винить себя, ведь может быть, если бы он тогда открылся и всё рассказал, другу было бы легче пережить такое в своей жизни, и он вполне возможно не стал бы убивать себя. А также Серёжа не стал бы это делать, если бы он тогда, как следует, поддержал его и помог ему. Но он лишь сказал другу пару утешительных слов и вот того уже больше не было. Те утешительные слова ему не помогли! Надо было уделить другу лишь немного больше времени и с ним всё было бы хорошо. Но время назад уже не вернуть и больше ничего не изменить….
Каждый раз, когда парень закрывал глаза, он представлял, как Серёже было плохо после того, как Василиса его отвергла, как он дрожащими руками звонил ему, желая получить поддержку и услышать добрые слова. А потом Стас видел, как Сергей ещё больше расстраивается из-за того, что он не поговорил с ним, а позднее берёт в руки нож и вскрывает вены…. Вот течёт кровь медленно и тихо. И также медленно и тихо угасает жизнь друга. Рядом с ним нет никого! Он один и просто умирает, страдая от пожирающей душу боли. А, придя в себя, Серёжа видит, что попал в ад на вечные страдания, и нет больше ничего и никого, кто мог бы ему помочь. Никто не сможет его спасти и избавить от этих страданий. Эти страдания будут вечны….
Молодой человек резко распахнул глаза. Думать об этом Стасу было ещё больнее. Он не смог спасти друга. Не смог ему помочь…. Всё было кончено! Лежать так, слушать музыку, и думать об этом парню было ещё невыносимее. Он уверенно поднялся с кровати и подошёл к шкафу. Стасу было просто необходимо сейчас выйти на улицу, подышать свежим воздухом и немного пройтись. Находиться в квартире он больше не мог.
Станислав быстро переоделся в то, что первое попалось на глаза и, не снимая наушники, двинулся к прихожей. Там парень наклонился и начал надевать кроссовки, даже не смотря по сторонам.
— Стасик, — донёсся до него мамин голос.
Молодой человек поднял глаза и увидел, что в прихожую прошли родители и внимательно смотрят на него. Стас вынул один из наушников и вопросительно посмотрел на родителей, не понимая, что им нужно.
— Стасик, мы хотели с тобой поговорить, — начала мама.
— Сейчас говорите. Что? — всё также вопросительно смотрел на родителей Станислав и продолжил завязывать шнурки.
— Сынок, мы просто переживаем за тебя, — проговорил Виктор Петрович. — Мы видим, что с тобой что-то не так. Пожалуйста, расскажи нам, что с тобой? У тебя что-то случилось? Поделись с нами, пожалуйста.
— Со мной всё нормально, — пожал плечами парень.
— А нам так не кажется. Мы же видим, что с тобой происходит что-то неладное. Ты почти ничего не ешь уже который день.
— Просто нет аппетита! — кратко ответил сын.
— А почему нет аппетита? — не желал сдавать мужчина. — У тебя что-то случилось? Может быть, у тебя что-то болит? Если у тебя какие-то проблемы со здоровьем, то давай мы тебя отведём к врачу. Он тебя проверит, и мы хотя бы будем знать, что с тобой.
— Нормально всё у меня со здоровьем, — поморщился Стас и начал натягивать джинсовую куртку на плечи. — А если понадобится, то я сам
