рассмотрела смутно только, что все они были в костюмах и белых рубашках с галстуками. Но не успела я и шага навстречу им сделать, как меня просто оттолкнули с дороги. Причем так, что я упала на землю, сметенная с их пути.
— Господин!
Опешив от такого обращения, я откровенно растерялась в тот момент. Так и сидя на земле, смотрела, как неведомого «господина» подхватив на руки, уносят, даже ни разу не взглянув в мою сторону.
Оставшись одна в темноте, я еще несколько минут приходила в себя, прежде чем подняться. Усталость словно поджидала именно этого момента, отступив всего лишь на время, и навалилась на меня словно с удвоенной силой.
Выкинув из головы странное происшествие, я побрела в сторону дороги.
Никто.
Как удивительно точно у меня получилось охарактеризовать себя, всего одним словом.
Ши Роу (нежная)
Лонгвей (величие дракона)
Тао — (большие волны)
2 глава
На работу едва не опоздала. Мало того, когда наконец-то притащилась домой, просто рухнула на постель и отключилась. Утром меня разбудил хозяин дома. От грохота, что он устроил, я вскочила, хотя глаза еле разлипались, похромала к двери. Шея отдавалась болью на малейшую попытку повернуться, и попа болела. Не понимая, что происходит, распахнула дверь.
Увидев меня, хозяин будто поперхнулся, демонстративно оглядев меня с ног до головы. Я не в состоянии просто была адекватно реагировать. Поджав недовольно губы, он коротко объяснил, зачем пришел. Новости, что я услышала, оказались, мягко говоря, не утешительные. Выслушала, молча, закрыла дверь, перед его ошарашенным моими действиями лицом. Я не собиралась его оскорблять, просто плохо соображала в тот момент. А слов не нашлось просто.
Постояла пару минут и пришла в себя настолько, что заметила, что я до сих пор даже пальто не сняла. Джинсы вымазаны присохшей уже на коленях грязью. Так вот из-за чего он так на меня смотрел. Посмотрела на кровать. Ну конечно! И простыни и одеяло теперь нужно стирать. Но когда?
Взглянула на часы и поняла, что еще немного и времени совсем ни на что не останется. Дохромала до душа, сбросила все с себя в корзину. Такая проблема с шеей у меня уже бывала и, размяв под горячей водой немного мышцы, я даже смогла теперь держать голову относительно прямо. Но до конца боль все же не прошла. Придется еще и мазь нанести. Надо же было так заснуть, что и не пошевелиться во сне ни разу. Теперь весь день мучиться.
Почему болела попа, я все еще не могла сообразить. На ощупь ничего. Но ходить все же больно. Я упала?
И только теперь я вспомнила вчерашний вечер. Словно пелена с глаз спала. До сих пор, ни испачканная одежда, ни боль от падения, когда меня оттолкнули так грубо, вместо того чтобы поблагодарить, словно не доходили до моего сознания. Как будто было не со мной. Как в фильме, который я посмотрела и забыла.
И самое странное, что из всего, что вчера произошло, самым не реальным был тот яростный взгляд. Даже стоя под струями горячей воды, я ощутила озноб, вспомнив о нем.
Это заставило меня очнуться и поспешно выйти. Оказалось, что я уже почти опоздала. Одеваться пришлось в большой спешке. Автобус уже приехал, и пришлось пробежаться. Спасибо дядюшке водителю, что все-таки меня заметил и притормозил.
Когда влетела в раздевалку, там уже никого не было. Переоделась максимально быстро и поспешила на кухню.
Хозяйка заведения, в котором я работаю, в жизни никогда палец о палец не ударила. И по странному выверту ее мышления именно она одна точно знала, что нужно делать и как именно будет правильно. Командовать и устанавливать правила было её коньком. Разумных доводов, жалости она просто не испытывала никогда. И считала, что другие тоже не могут иметь никаких смягчающих обстоятельств, раз уж с ней ничего подобного произойти не могло. Причем она не всегда даже интересовалась, как выполняются ее распоряжения. Точнее их последствиями. Как будет сделано, то, что она решила, что должно быть сделано, её словно не касалось. Они, конечно, выполнялись. Какой бы она не была, но она была нашим работодателем.
Пунктуальность наш конек? Прекрасно — все работники должны находиться на своих местах за тридцать минут до начала рабочего дня. По факту за час. Не оплачиваемое время. Гигиена и чистота — залог успеха. Отлично — все работники, включая уборщиц, должны были и обязаны убирать волосы так, чтобы ни единого волоска не выбивалось наружу. Прозрачные лабораторные очки и плотная повязка всегда закрывали лица во время работы. Снять их можно было только в раздевалке. Повара падали в обморок от жары, и ни одного раза наша хозяйка этого не заметила. От постоянного ношения силиконовых перчаток у многих выступала сыпь. Порезы, без которых в нашем деле никак не обойтись, а так же ожоги, заживали на порядок дольше. Даже облегченного варианта формы нам не полагалась. Всегда длинные рукава, наглухо застегнутые куртки, какая бы жара не стояла в это время на улице.
Сейчас она удостоила меня презрительного взгляда, многозначительно взглянув на часы. Еще четыре минуты у меня было. Но разве я могла ей возразить? Все уже выстроились получить распределение — еще один ежедневный ритуал. На самом деле его делал наш шеф, и мог поменять нас местами после того, как она уйдет. Но даже это она хотела делать по-своему и все терпели.
— Привет, — когда мы наконец-то остались одни и разошлись по своим местам, ко мне подошел Ченг. — Почему опоздала?
— Проспала.
— Какая же ты соня, — судя по голосу, он смеялся надо мной.
Бросив на него короткий взгляд, я и сама не удержалась и улыбнулась. Ченг — единственный мой друг.
— Вчера кое-что случилось…
Но он не дослушал, кто-то окликнул его и он ушел. Жаль, поболтать не так часто было возможно. А просто рассказать, не пожаловаться даже, кроме него мне было больше некому. Не так часто что-то в моей скучной жизни случалось.
Мы дружили еще со времен
