стану частью его души. И глаза моего убивца, то самое зеркало души, подтвердили сию простую истину. Для меня подтвердили. И что же остаётся? Да, только и пожалеть несчастного.
Легче мне стало, думаете? А вот с чего бы?! Я вообще скажу – обидно мне стало. Другие-то ведь все самые счастливые моменты жизни снова и снова переживают. А я, почему-то, о совершенно незнакомом человеке думы думаю. Он меня убивает, а я ему ещё и сочувствую. Время своё ох как бестолково трачу.
Трачу время? Нет. Уже нет. Уже не трачу. Кончилось моё время. Совсем. Сначала отведённое матушкой-судьбой кончилось, а теперь ещё и “премиальное”. Понятно это, опять же, тоже стало как-то вот сразу.
Я отвёл глаза от лица водителя фуры, опустил их вниз и закрыл. И тут же раздался ужасный скрежет металла. Так вместе со мной прощался с жизнью и мой седан.
Хорошо уже и то, что хотя бы боли я не почувствовал. От этого злой рок миловал. Меня просто поглотила темнота. Вдруг. Всего и разом. Оказывается, умирают именно так.
Глава 1
Меня кто-то упорно и настойчиво тряс за плечо. Открыв глаза, я увидел перед собой загорелую кучерявую голову злобно смотрящего на меня создания. Точно не человека. Хотя бы уже потому, что из его чёрных кудрей на затылке по разным бокам торчали небольшие такие, но вполне заметные рожки. В общем количестве – две штуки.
И как тут поступить? Очевидно, самым простым и действенным способом. Ну, конечно же, просто снова закрыть глаза. Что я немедленно и сделал. Вот детям, к примеру, это часто помогает. Мне же, отчего-то, подсобило не особо. Даже совсем наоборот! Память услужливо вывела перед моим мысленным взором картину мчащейся на меня многотонной фуры. Уши снова услышали лязг сминаемого металла.
Вот этого ещё не хватало! Да, за что же! Я что – в аду?! А как же “невинно убиенный”? Пускай не младенец, но всё же.... Нет! Ну, так совсем нечестно. Вот не буду открывать глаза, пока звуков лиры не услышу. И благозвучного пения ангелов. Не буду и всё!
- Вставай! Вставай, давай. Чего разлёгся! – услышал я вместо возвышенного тенора грубый, сварливый, да ещё и очень-очень раздражённый голос.
И снова меня начали активно трясти. Теперь уже за оба плеча. Веки, пусть и медленно, но поднять всё-таки пришлось.
Чуда всё же не произошло. Голова с рожками так никуда не исчезла, по-прежнему нависая надо мной.
- Я в аду? – тихим и, вот как-то само оно так получилось, исключительно жалобным голосом вопросил я.
- Ага, ага, – тут же активно закивал кучерявый владелец рожек. – Вставай быстрей. Тебя там уже совсем заждался этот... Как его там... Люцифер! Ага. И Аид тоже заждался. Оба, короче, ждут. Так что поторапливайся. А то они знаешь, как рассердятся! Ух! Лучше бы тебе не гневить их зазря. Поспешай, братец. Поспешай!
- Люцифер? – удивился я. – И Аид? Ты ничего не попутал?
- Кто?! Я попутал?! Да ты знаешь, с кем разговариваешь? – снова разозлился рогатый. И тут его, похоже, осенило. – Так ты русский, что ли? Ну, так вставай и иди... То есть, значит, вали. Да! Именно так. Вали быстро к этому... К черту! Точно! К нему самому. И бегом, я сказал!
- Сам вали, – коротко ответил я. Мне и сразу-то сильно страшно не было, а теперь вот даже интересно стало.
- Это как? Это почему? – оторопел от неожиданности кучерявый.
- А вот так. Мне и здесь хорошо, – я повернулся на бок, приподнял голову и оперся ею на свою же приподнятую, согнутую в локте руку.
- Тебе не может быть хорошо, – всё никак не мог прийти в себя мой странный собеседник и от того переставший, временно похоже, мне грубить.
- Да, вот ещё: “Тому не нужно далеко ходить, у кого черт за плечами”, – очень вовремя вспомнил я классика, разглядывая копыта на ногах рогатого.
- За какими плечами у тебя черт? – удивился мой недалекий, как оказалось, незнакомец. И уверенно возразил, заглянув мне за спину. – Нет там у тебя никого.
- Там нет, – согласился я. – Для красного словца сказал же. Как непонятно? Но, в принципе-то, есть. Рядом-то, понимаешь, есть. Тут уж никак не поспоришь.
По правде сказать, совсем уж на черта кучерявый не смахивал. Определённое-то сходство, конечно, было. Ни без этого. Это – да. Ну, в первую очередь – рога на голове. И кривые ноги, заканчивающиеся копытцами. Всё это наводило на некоторые размышления. И подозрения. И выводы.
С другой стороны, та же кудрявая голова. Не лысая, а обрамлённая вполне себе завидной шевелюрой. Очень завидной. Рожки-то, кстати, при желании той самой шевелюрой надежно прикрыть можно было бы. Замаскировать, так сказать.
И нос был обычный. Человеческий, прямо скажем, нос. А не пятачок какой. И руки – обычные самые. В смысле, как у всех людей. К тому же, мой собеседник был одет. Пусть незамысловато, но всё же. Да, без обувки. Зато наличествовали и футболка белая почти без рукавов, и длинные до колена хлопчатобумажные шорты, украшенные легкомысленными изображениями котят. К тому же этот наряд явно был кучерявому впору по размеру. Его, надо думать, личный наряд этот.
Добавим, что лицо моего незнакомца, без особой на то натяжки, можно было бы даже назвать симпатичным. В отличие от темного цвета рыльца того же черта. Хотя здесь – у кого какой вкус, несомненно. Так вот, можно было бы назвать его лицо симпатичным, если бы не одно но. Портили картину хитрые, постоянно бегающие глазки неопределённого цвета. Единственно, разве, сказать – блеклого цвета. Но не более. В общем, как по мне, так с этим персонажем следовало ухо востро держать, а не любоваться им. Хотя это, опять же, лишь мои собственные ощущения. Кто другой, неудивительно то будет, может и совсем противоположное мнение о таком красавце составит.
- Так это я, что ли, черт? – начали, похоже, доходить до сознания кучерявого мои слова. – Ты сам-то понял, что сказал? Ты понял, кому это сказал?! Поднимайся, сам ты черт, и с жизнью своей прощайся! Руки-ноги тебе переломаю, язык вырву. В ад свой червяком поползешь. А ну, вставай
