Мы должны гордиться подвигами, но не забывать о невинно убиенных.
Наследие Ленина
В апреле 2010 года исполнилось 140 лет со дня рождения В.И. Ленина.
Вышли на телеканалах передачи, в миллионный раз обсуждавшие вынос тела Ленина из Мавзолея, опять прозвучали завывания коммунистов, узурпировавших права на наследие вождя мирового пролетариата, парочка полных желчи комментариев записных ультрадемократов, рассказы об актерах, игравших роли Ильича… И все.
Удивительно. Мы сами отказываемся от своей истории, от личности, бесспорно изменившей весь ход развития мировой цивилизации в XX веке. При этом, если проводить сравнение Ленина с Маратом и Робеспьером, Александром Македонским и Гаем Юлием Цезарем, Петром I и Наполеоном, не говоря уж о Сталине и Гитлере, то станет понятно, что отнюдь не самым кровавым был именинник.
Парадокс: реальная роль Ленина в мировой истории скорее осознается за пределами нашей страны. Мы не считаем нужным понять, что именно работы Ленина и его деятельность привели к реальному улучшению отношений между классами и социальными группами. Что именно Ленин изменил подход и к партийному, и к государственному строительству, заложил основы, которые теперь с успехом используются и противниками его идеологии. Вероятно, время для оценки воззрений Ленина в России еще не пришло. Однако ясно, что современные коммунисты очень далеки от своего предшественника: сравнительный анализ отношения к религии и к национальному вопросу выявляет это со всей очевидностью.
Парадокс: реальная роль Ленина в мировой истории скорее осознается за пределами нашей страны. Мы не считаем нужным понять, что именно работы Ленина и его деятельность привели к реальному улучшению отношений между классами и социальными группами.
Бесспорно, Ленин является ярчайшим примером самого удачного революционера в истории человечества. Всегда важно вычленять главное. Истории про немецкое золото и опломбированный вагон не должны затмевать его основных свершений и достижений. В 47 лет взять власть в великой империи, создать новую систему управления параллельно с ведением войны, сформировав для этого новую армию, вернуть утраченные территории, разработать основные принципы национальной политики, внедрить новую экономическую модель… список бесконечен.
Ленин является единственным российским философом и политиком, который не просто известен в мире, но идеи которого до сих пор доминируют во многих политических движениях, а ряд его сторонников побеждает на демократических выборах. Яркий пример доказательства практикой жизнеспособности его концепции! Можно признавать или отвергать взгляды Ленина, но не отдать должное его гению невозможно.
Ленин и его идеи – часть мировой истории. Великий политический деятель, наследие которого будут изучать во всем мире еще многие десятилетия – для использования позитивного опыта и недопущения трагических ошибок.
Всем выйти из сумрака
Советское время, середина 80-х, деревня, баня, парилка. Собралась довольно случайная компания – всего человек 10: пара деревенских, пара московских студентов из стройотряда (один из которых я), какие-то местные дачники. Пар хороший, веники летают, одним словом – прелесть.
И вдруг открывается дверь и в парилку заходит тело, испещренное татуировками, – ну просто контурная карта мира. Наступает выжидательная пауза. Вновь прибывший окидывает всех присутствующих мутноватым взором и ни к кому в отдельности, а как-то ко всем сразу бросает: «По фене ботаете, на цоте базарите?»
Не знаю, как у остальных, а у меня настроение сразу ухудшилось – пахнуло тюрьмой.
Прошло несколько лет. Страна болела и мучилась перестройкой. Отказ от коммунистической идеологии, как наркотик, вызывал ломку: дышали тюремной романтикой, отплевывались шансоном и братками всех мастей, с трудом вспоминали язык Пушкина за частоколом матерных ругательств и «гнилого базара». Кумиры 90-х жили быстро и умирали молодыми в лужах крови, оставляя после себя аллеи гранитных памятников и громкие криминальные саги.
Отказ от коммунистической идеологии, как наркотик, вызывал ломку: дышали тюремной романтикой, отплевывались шансоном и братками всех мастей, с трудом вспоминали язык Пушкина за частоколом матерных ругательств и «гнилого базара».
У героев этого потерянного поколения не было имен – их заменили клички. Вся страна привыкла к воровской иерархии, и практически любой с уверенностью мог сказать, какие кланы контролируют территорию его проживания. Даже высоколобые интеллигенты с ужасом начали замечать, что читают газеты на омерзительном новоязе, замешенном на блатном жаргоне, и понимают, что там написано. А чувство гордости за наших бандитов, вышедших на международный уровень и наводивших шороху в Европе и США, стало подменять патриотизм.
Казалось, что постепенно это удалось изжить, что времена «Бригады» в прошлом. Олигархи вытеснили воров в законе, авторитетные бизнесмены уже вжились в смокинги и не хотят, чтобы им напоминали об истории происхождения их капиталов. Увы – не так легко мы расстаемся со своим прошлым, и уж точно не смеясь.
Смерть Вячеслава Иванькова по прозвищу Япончик не осталась незамеченной обществом: колоссальное количество газетных статей, подробное изложение истории войны кланов, малявы и клички, связи и пароли, исполнители и заказчики, кича и сходняки, общаки и кровавый прогноз событий… Говорили о переделах сфер влияния и криминальных войнах.
Показателен комментарий первого заместителя председателя комитета Госдумы по безопасности М. Гришанкова, данный РИА «Новости»: «На простых гражданах это никак не отразится. Я думаю, что внутри преступной иерархии лидеры будут обсуждать это событие, но простым гражданам не стоит об этом даже задумываться… Сейчас у спецслужб и у МВД достаточно ресурсов, чтобы противодействовать оргпреступности».
Все верно, но сам факт, что комментарии дают депутаты Госдумы такого ранга и столь уважаемому агентству, уже говорит о многом. По крайней мере о том, что где-то подспудно мы понимаем: есть и иная реальность, связанная с нашим миром, не собирающаяся укрываться в темной подворотне незаконного предпринимательства, а претендующая на контроль бизнеса в столице Олимпиады-2014. Казино в загоне, а Сочи под рукой – сладкий кусок.
Кто и как с ними будет бороться – другой вопрос. Оптимизма тут немного. Да и не всегда «красную» крышу от «синей» отличить можно. Коррупция – тот же наезд, только без воровской романтики и уважения к договоренностям.
Так что рано мы обрадовались – сумрак по-прежнему рядом с нами.
Нулевые годы
Заканчивается десятилетие.
Закончилась эпоха больших иллюзий. Круг замкнулся. Как будто ничего и не было. Колесо истории провернулось: скрип, дребезг, легкая вибрация, ощущение начала движения и… ничего.
Я помню себя в конце 70-х. Я тогда заканчивал школу и понимал, что отнюдь не все двери для меня открыты, но тем не менее жило в душе ощущение понимания: социализм – это равенство в нищете, построенное на деградации великой идеи и умирающее. Там, на Западе, – свобода, и чем больше ее хают, тем слаще она выглядит. Где-то бродят тени кагэбэшников, но это в другой жизни – у диссидентов, а у нас Новый год – снег, мандарины, шампанское, новогодний концерт, друзья, морозные щеки девчонок и сладкие первые поцелуи.
Все понимали в нашей компании, что есть довольно противные персонажи, прозрачные и омерзительные в своем карьеризме, которые, не обладая никакими талантами и способностями, пробиваются по общественной линии стукачеством и подлизыванием.
Кончилась эпоха. Пятилетка пышных похорон сменилась суетой перестройки. 90-е были мутными, полными ожиданий и разочарований, очередей и нового телевидения, внезапных халифов на час и жутких откровений о нашей истории. Страну мотало и кидало. В конечном итоге, со скрипом, во многом благодаря собственной бездарности, коммунисты все потеряли.
Об унижении страны и всех нас, о невинной крови на мундире Верховного главнокомандующего, об изнасиловании закона и права, об издевательстве над выборами, о пьяных выкрутасах, позорящих великую страну, об омерзительных дельцах, растащивших страну за поллитра, вовремя распитых с «дедом», «царем Борисом».
Но на нашей жизни отразились больше всего два указа Верховного Совета, которые пробил Ф.М. Бурлацкий, – благодаря первому мы получили возможность выезжать за границу без отметки ОВИРа и прочей мутоты, благодаря второму появилась свобода прессы.
Постепенно страна входила в пике. Управленцы с государственными мозгами оказывались не у дел: появилось поколение мелких жуликов и проходимцев, которые использовали лозунги демократии только для того, чтобы отобрать заводы у «красных директоров» и хапнуть их себе. Они не выглядели дряхлыми старцами, но были из породы услужливых общественников-мерзавцев с гигантским опытом комсомольской, профсоюзной и партийной работы.
