раздался звук открываемой входной двери и повеяло морозом. Раздражённый мужчина резко повернулся и увидел, что в его владениях появилась ещё одна собака! С наглой неспешностью, вразвалочку, рыжий пёс прошёл на середину лавки и, будто улыбаясь, по-хозяйски огляделся. Толстяка охватила ярость:
– Ах ты… – он шагнул было, чтобы решить новую проблему, но тут из-за спины донёсся странный звук: оказывается, мелкий пройдоха запрыгнул прямо на прилавок и грязными лапами катает туда-сюда скалку! Под ритмичное дребезжание рыжий вдруг издаёт звук, похожий на свист… и начинает танцевать, ходить на задних лапах, крутиться на спине, делать сальто! Мужчина в недоумении протёр глаза, но странное зрелище никуда не исчезло. Пёс преспокойно продолжал своё представление, а его карликовый компаньон, наигравшись со скалкой, схватил зубами круг краковской колбасы и набросил на шею рыжему. Тот, не сбавляя темпа, продолжал кружиться, и колбаса, сочно поблёскивая, кружилась вместе с ним.
Первый шок прошёл, и усач рванул к лохматому ворюге:
– Э, нет, нет, нет! Хватит! – он протянул руку, чтобы отобрать товар, но пёс ловко отпрыгнул и продолжил дурачиться. – А ну отдай! Отдай, кому говорят!
Рыжий, весело подпрыгивая, задом продвигался к двери.
Негодующий хозяин лавки шагал за ним, то и дело пытаясь отобрать ворованное, но вот уже и дверь… Ещё чуть-чуть, и поминай как звали!
Нет уж, не выйдет! Яростно зарычав, толстяк вылетел за дверь вслед за собакой.
* * *
– Что-то долго сегодня… – протянул Красавчик и картинно зевнул, оглядывая пустынную улицу. Рядом стояла небольшая тележка с упряжью. Снег искрился на солнце.
– Не суетись. Они своё дело знают, – пробасил Голиаф и продолжил неспешно выкусывать льдинки из шерсти на лапах.
Из-за двери чёрного хода донеслось звяканье задвижки. Ещё секунда, и дверь приоткрылась, а в проёме стали видны большие торчащие уши и весёлые глаза Напёрстка.
– Ну, наконец-то! – отреагировал Красавчик.
– Заходите, пора действовать! – подмигнул маленький взломщик.
* * *
С другой стороны лавки тем временем продолжалась борьба мясника и Самсона.
– Решил поиграть со мной, да? Это ты зря, – толстяк замахнулся деревянным молотком, но промазал и окончательно взбесился. – Сейчас я поймаю тебя и сдам в приют Тёмному Офицеру. Знаешь, что там с тобой сделают?
Пёс оскалился и в страхе задрожал. «Как-то чересчур наигранно, – подумал про себя мясник. – Неужели собаки так умеют?»
– Ах так?! – терпение усача лопнуло, и, широко расставив руки, тот бросился на противника. Рыжий ворюга ловко проскочил у него между ног, едва задев хвостом, но этого было достаточно, чтобы мужчина споткнулся и потерял равновесие.
– Ай-ай-ай! – вскрикнул он, и, не удержавшись, влетел головой прямо в забор. Глухо ругаясь, пытался освободиться и встать, но ноги скользили по снегу, а шею удерживали доски забора. Поварской колпак упал, фартук порвался, и некогда солидный хозяин лавки теперь больше напоминал сумасшедшего бродягу. Вдобавок ему показалось, будто он слышит смех собаки. Смех собаки! Разве такое возможно? Взревев, он с силой дёрнулся и вырвал часть досок, которые повисли на нём, как колодки. Среди груды палок, в которую превратился забор, толстяк выбрал одну подлиннее и кинулся на Самсона. Впрочем, пёс ничуть не испугался и ловко уворачивался от каждого удара.
* * *
Тем временем Напёрсток, Красавчик и Голиаф, выстроившись в линейку, передавали друг другу награбленное: связки сосисок, палки колбас, копчёные окорока, – и ловко забрасывали в тележку. Действовали они чётко и слаженно: давно сработались. Прилавок почти опустел, когда Напёрсток чуть отвлёкся на шум снаружи, и новый круг колбасы, вместо того, чтобы полететь точно в зубы Красавчику, ударил в пузатый самовар, стоявший на полке. Самовар качнулся, а банда испуганно застыла: нельзя, чтобы хозяин услышал хоть малейший звук!
Друзья в ужасе наблюдали, как тот качнулся раз, другой и… полетел вниз. Красавчик и Голиаф зажмурились, но не услышали стука об пол.
Открыв глаза, с удивлением обнаружили Напёрстка, распластавшегося на полу, прямо под самоваром.
– Фух… – одновременно выдохнула вся троица (у Напёрстка получилось более сдавленно), но тут раздался странный скрип. Подняв головы, друзья увидели полку, которая теперь качалась на одном гвозде.
* * *
Толстяк наконец загнал вора в угол. Угрожающе оскалившись и размахивая палкой, он медленно приближался к своей цели. Рыжий забился в угол и испуганно наблюдал за каждым движением, тщетно пытаясь найти выход. Дело для него складывалось скверно. До беззащитной собаки оставался буквально шаг, когда из лавки донёсся грохот.
В глазах мужчины сверкнуло понимание. Он развернулся и со всех ног помчался обратно. Распахнув дверь, увидел, что прилавок пуст, на полу валяется полка и самовар, а к чёрному ходу пробирается тот самый мелкий пёс, который и начал весь этот спектакль, и тащит за собой окорок, чуть не в два раза больше его самого. Мясник застыл, раскрыв рот от удивления и ярости, а пёс тем временем выплюнул окорок, издевательски поклонился и исчез в темноте чёрного хода.
* * *
– Вперё-ёд! – заорал Напёрсток, вскочив на тележку.
Голиаф уже приладил на себя упряжь и рванул прочь. Из-за двери выскочил хозяин лавки, громко ругаясь и размахивая руками: – А ну сто-о-ой!
Красавчик запаниковал:
– Вывози нас, Голиаф!
Огромный пёс нёсся скачками, тележку мотало из стороны в сторону. Толстяк попытался было догнать лохматых грабителей, но куда ему до скорости испуганной собаки!.. Не прошло и минуты, как он поскользнулся и упал в сугроб, подняв целую волну снега.
Глава 2
Робин Гуд и Кº
На пятачке возле заброшенного склада собрались разномастные дворовые собаки: совсем щенята и пожилые потрёпанные псы, и молодые сильные забияки; самых разных окрасов, размеров и пород. В воздухе стоял гул.
Из здания склада показался Голиаф, а за ним – тележка с едой.
Сверху, на куче награбленного, гордо сидел Напёрсток.
Их встретили радостными криками, но вся толпа оставалась на месте и нетерпеливо ждала, возбуждённо переговариваясь и облизываясь на богатую добычу. Вскоре на площадку прибежал Самсон, встал рядом с товарищами и объявил:
– Друзья, сегодня еды хватит на всех! Никто не уйдёт обиженным, никто не останется голодным! Всё по справедливости. Но встаньте в очередь, пожалуйста. Сначала старики и дети. – Договорив, рыжий лидер отступил в сторону и начал внимательно наблюдать за поведением в очереди.
Первыми к тележке потянулись щенки и пожилые собаки. Каждому Напёрсток быстро отмерял и передавал положенную порцию.
В середине очереди недовольно завозился крупный серый волкодав. Растрёпанный и тощий, он озирался по сторонам и выглядел чужаком в этом, пусть разномастном, но дружном сообществе.
– Впервые здесь? –
