Читаем без скачивания Маска ангела - Кирилл Казанцев

— Быстро, курва, или я тебе разрывными башку разнесу.

И действительно поднял пистолет, вытянул его из-под полы, но пока держал, прижав к бедру. Дамочка в джинсах попятилась назад, наступила на ногу Илье, шарахнулась вбок, и он снова сделал знак кассирше: не тяни, отдай ему деньги, он же не шутит.

А та побагровела еще больше, поджала губы и вдруг подалась вперед, чуть не ткнулась лбом в стекло и крикнула так, что грабитель невольно отшатнулся:

— Покажи! Покажи свой пистолет, придурок! Или ничего не получишь!

Илья аж зажмурился — финал близок и предсказуем. Парень настроен серьезно, и сейчас он выстрелит в стекло, с первого раза не пробьет, зато с третьего — точно. А глупая кассирша поймает одну из этих пуль, и хорошо, если «Скорая» успеет вовремя.

Теперь происходящее у кассы видели все: и операционистки, и посетители, что до этого деловито заполняли бумаги и теперь застыли, глядя в дальний угол зала. Девчушка у входа как приподнялась на носки, так и замерла, дедок жался спиной к стене и осторожно, по шажку, крался к выходу. Тетенька в тесных джинсах пробиралась следом, глянула на Илью насмерть перепуганными глазами и прижала сумку к животу. Раздался звон, потом легкий треск, Илья повернул голову — это парень с силой врезал рукоятью пистолета по бронированному стеклу. Оно устояло, но опасно дрогнуло, а на стыке его крепления к металлической раме образовалась небольшая трещина. И тут грохнуло уже реально, близко и страшно — парень выстрелил в стекло, пуля легла рядом с трещиной, срикошетила и упала на пол, а на стекле появилось круглое пятно, похожее на центр паутины, из него полетела стеклянная крошка. Грохнуло еще раз, потом еще, и упитанная радостная физиономия идиотки пропала за сеткой трещин. Завоняло приторно-душной пороховой гарью, парень еще раз грохнул рукоятью пистолета по стеклу.

Кассирша отшатнулась, свалилась в кресло и принялась кидать в корыто под стеклом пачки купюр. Парень ловко выгребал их, рассовывал сначала по карманам, потом вытащил черный пластиковый пакет и принялся скидывать деньги в него.

— Все, — раздалось из-за стекла, — больше нет. У нас лимит на день, завтра еще привезут…

Парень ее не слушал, развернулся и вскинул руку с пистолетом, огляделся. Странно, что до сих пор никто не заорал и было по-прежнему тихо, даже на улице все смолкло. Илья смотрел на пластиковый откос, на грязные разводы, на пыль в углу, куда угодно, только не на налетчика. Но «держал» его краем глаза, следил за каждым его движением, успевая анализировать обстановку.

До дверей метра четыре, и все это мимо стойки, за которой сидят сотрудники банка. Они все отлично видят, но на рожон не полезут, скорее под стол, и правильно сделают. Дур, кроме кассирши, здесь больше нет, а та уже обливается слезами за своим треснутым стеклом и того гляди свалится в обморок. Улов у парня неплохой, миллион, а то и больше в клюве он сегодня утащит, но здесь, говорят, лимит, до завтра ждать придется. А деньги нужны, очень нужны, отец ждет, а времени нет, и Макс уже скоро приедет, и стол накрыт…

Парень осмотрелся из-под свисавшего на глаза капюшона, опустил руку и ринулся к выходу. Илья выждал, когда тот поравняется с ним, шагнул в сторону, и подставил парню подножку. Тот такой подлянки не ожидал, клюнул носом, наклонился, точно пополам сломался, и оказался на полу. Но пистолет не выпустил, сжимал его, тряс головой, пытаясь освободиться от капюшона, но Илья был уже близко. Врезал тому по запястью что было сил, добавил, видя, что с первого раза не проняло, и парень разжал пальцы. Илья отпихнул пистолет к стене и носком ботинка въехал парню в переносицу. Тот ни черта понять не успел, как из носа хлынула кровь, да так обильно, точно кран включили. Налетчик рухнул ничком и затих, тетенька в джинсах охнула, дедок перекрестился, с улицы раздался веселый звон, что-то шлепнулось и загрохотало. Илья глянул туда, сначала не понял, что происходит, потом сообразил, что еще немного — и будет поздно.

Чертов трактор никуда не делся, он только что легким движением ковша выкинул на тротуар «Оку», впечатал «Форд» в припаркованную рядом «Газель» и теперь сдавал назад, выбираясь из завала. Издалека донесся вой сирен, сюда явно торопились дэпээсники, но ждать их было некогда — до «Тойоты» трактору оставалось метров десять. Сирены приближались, на мокрых стеклах мелькнули сине-красные отблески спецсигнала, Илья дернулся было к выходу, как позади раздался крик.

Орала тетенька в джинсах, она вжималась спиной в стену, зажимала ладонями рот, но это плохо помогало. Крик переходил в истерику, Илья глянул на тетку, на бледную, предобморочного вида кассиршу за стеклом, на деда, которого налетчик держал за ворот плаща. Держал крепко, почти что волок за собой, дед трепыхался в его руках, как неживой, с носа у него слетели очки и грохнулись на пол. Хватило нескольких мгновений, чтобы сообразить — парень тащит деда к пистолету, что лежит у стены. И если допустить, что магазин был полный, а стрелял парень три раза, то в обойме осталось еще пять патронов, а этого более чем достаточно, чтобы смыться отсюда с деньгами.

Илья рванул наперерез, и у стены они оказались одновременно — парень с разбитой рожей и фанатичным взглядом и полуживой дед, который придушенно хрипел и оттягивал ворот, чтобы не задохнуться.

— Отпусти его! — выдохнул Илья, парень матерно огрызнулся, затолкал под футболку пакет с деньгами, потянулся к пистолету и получил коленом в зубы. Разогнулся, глянул изумленно и отпустил старика, тот поспешно отполз в сторонку и кашлял там, тянулся за очками. Парень малость удивленно посмотрел на Илью, на пистолет в его руках и отшатнулся к стеклянной будке, ухмыльнулся, вытер с лица кровь и поднял руки.

— Все, ты победил, — проговорил он и зашмыгал носом. На улице загрохотало так, точно перевернулась фура с металлическими тазиками, Илья глянул в окно и помчался к выходу. Успел удивиться по дороге — куда все подевались? В зале пусто, только мигает над дверью электронное табло с номером талона, а сотрудников как ветром сдуло. Один сотрудник, вернее, одна, оказался-таки на рабочем месте, та самая девчушка за стойкой у входа. Она с ошалелым видом смотрела на Илью, он кинул пистолет на стойку, крикнул: «Ментам отдашь!» — и рванул на себя дверь, выскочил в предбанник. И тут стало жарко и душно, воздух закончился, в лоб ударило что-то тяжелое и холодное, Илью швырнуло назад, он попытался удержаться на ногах, взмахнул руками… И получил еще один удар, на сей раз под дых, да такой, что свет померк, потом еще один, по ребрам, потом стало темно. Потом рассвело, и он понял, что лежит на полу с заломленными за спину руками, рядом стоят двое в серой форме, слышится треск раций, голоса, вой сирен.

— Эй, орлы, вы чего? — кое-как ворочая языком, проговорил Илья, но на него никто не обращал внимания. Где-то неподалеку плакали женщины, трезвонили мобильники, на улице то и дело включалась сирена. Илья попытался приподняться, но его буквально впечатали в пол, а на запястьях сомкнулись наручники.

— Вы чего? — Он уже пришел в себя, пытался оправдываться и что-то говорить, но зря старался.

— Закройся, — донеслось точно с потолка, потом его подняли на ноги, толкнули к двери.

На улице уже собралась толпа, люди стояли под зонтиками и переговаривались, глядя, как Илью заталкивают в полицейскую машину. Парня с разбитой рожей вытащили через пару минут, задвинули в стоявший неподалеку «Форд», Илья глянул туда и оторопел.

Белая красавица «Тойота» стояла на месте, но ее развернуло на сто восемьдесят, а дверцы, переднее крыло, да и заднее тоже перечеркивала глубокая рваная вмятина. Задним бампером «Тойота» врезалась в опору освещения, а передним нежно прижималась к крылу пикапа с разбитыми фарами и наполовину оторванным номерным знаком.

— Сволочь! — выдохнул Илья. — Вот же скотина, мать его!

Оба сидевших впереди полицая обернулись и пристально посмотрели на Илью, но тот не обращал на них внимания. Впереди, через лобовое стекло он заметил тот самый трактор. Ковш помещался в окне ресторана, тротуар был усыпан осколками, а водитель лежал лицом в луже, прижав руки к затылку, рядом бродили дэпээсники и растягивали измерительную ленту. Зрелище радовало глаз, но лишь отчасти. Машина тронулась, Илья обернулся и посмотрел на «Тойоту», прикидывая стоимость ремонта. Даже если продать тракториста с его железякой, то денег все равно не хватит, а пострадавших тут человек пятнадцать наберется, если судить по ажиотажу, что кипел под дождем. Хозяева метались возле своих покореженных иномарок, куда-то названивали и вообще выглядели неважно, и, судя по виду некоторых, мечтали линчевать тракториста, но того стерегли гайцы. Да, в этой очереди он последний — Илья еще раз глянул на «Тойоту», шевельнул скованными руками и посмотрел на приборную панель — было половина шестого вечера. А банкет по случаю отцовского юбилея назначен на пять, и Макс уже приехал, и наверняка названивает брату, а тот не отвечает…