зато можно вздремнуть, отдохнете после такого суетливого дня…
— Ладно, успею как раз заскочить пообедать. Ну или поужинать… Извините… — говорю не глядя, сталкиваясь с кем-то перед стеклянными дверьми отеля. Спускаюсь по ступеням, мои волосы подхватывает порыв ветра. Запахиваю пиджак и иду к ожидающему меня уже знакомому водителю. Он услужливо открывает мне дверь автомобиля.
— Куда Вас доставить?
— В какой-нибудь приличный ресторанчик. Желательно поближе к железнодорожному вокзалу.
Водитель кивает и плавно выруливает с парковки. Ресторан, и, правда, приличный, во французском стиле, с белыми скатертями и живыми цветами в вазонах. Никуда не спешу, так как до поезда еще уйма времени. Смакую каждый кусочек. Невероятно вкусно! После позднего обеда вызываю такси, так как начинает накрапывать дождь. На вокзале шумно и пахнет давно ушедшим детством, когда я последний раз ездила с бабушкой на море. На поезде. Было весело и очень интересно. А потом бабушка умерла, и с родителями мы почему-то всегда летали самолетом.
На входе в вагон показываю паспорт приветливому проводнику и вхожу внутрь. Да, это уже не поезд из детства. Здесь красиво, чисто и приятно пахнет. В проходе темно-синяя ковровая дорожка. Подхожу к нужному купе и застываю в дверях. На одном из диванчиков сидит мужчина. Он читает что-то в телефоне, погрузившись в свои мысли. Сверяю онлайн талон с номером купе и перевожу взгляд на мужчину.
— Добрый вечер, — говорю негромко, но он слышит и вскидывает на меня свой взгляд.
— Здравствуйте, — он приветливо улыбается, и на щеках появляются ямочки, что диссонирует с его внешностью. Он высокий. Стрижка удлиненная, черные волосы обрамляют узкое лицо. Нос крупный, с горбинкой, но мужчину это не портит. — Матвей, — представляется он, протягивая руку. Вкладываю свою руку в его ладонь.
— Яна, — Матвей склоняется и подносит мою руку к своим губам. Касается легким поцелуем, а затем, ведет носом по моему запястью, глубоко вдыхая. И этот жест кажется мне таким интимным и неуместным, что я теряюсь. Улыбаюсь натянуто, забирая свою конечность у незнакомца, и занимаю свое место. Ставлю сумку рядом с собой на диванчик и смотрю в окно. На улице уже совсем темно, и приглушенный свет от фонаря возле моего попутчика отражает в окне его орлиный профиль. Я смотрю в отражение на него, а он сидит напротив и смотрит на меня. Чувство неловкости заполняет пространство, и я решаю выйти из купе и позвонить Марине. Она отвечает почти сразу.
— Яночка Олеговна, вы в поезде уже? Вышла какая-то неразбериха с местами, и оказалось, что у Вас будет сосед…
— Да, я уже в купе, и познакомилась с попутчиком. Завтра вас со Светой ждет жестокая расправа.
— Простите нас, Яночка Олеговна… А попутчик-то приличный?
— Вроде да, — говорю не особо уверенно, вспоминая, как он нюхал мою руку. Хоть бы не маньяк… Вроде не похож. Но все маньяки выглядят как обычные люди…
Завершаю разговор и, оборачиваясь, впечатываюсь в мужскую грудь, обтянутую черной водолазкой. Меня окутывает аромат парфюма моего соседа по купе. Он придерживает меня за плечи своими широкими горячими ладонями. Я поднимаю голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Извините, — говорю на автомате. — Я не слышала, как Вы подошли…
— Это Вы извините. И не переживайте, я Вас не стесню…
— Вы уже это делаете… — опускаю взгляд на его руки, которые сразу же исчезают с моих плеч. К нам подходит проводник, еще раз проверяя посадочные талоны.
— Скажите, можно поменять купе на женское? — спрашиваю я, стараясь не смотреть на соседа. Почему же так неловко-то?
— К сожалению, все купе заняты. Есть свободные места только в плацкарте.
— Спасибо, мне не подходит такой вариант, — натянуто улыбаюсь. Ну что же, пусть будет так. Проводник уходит, прикрывая за собой дверь. Поезд уже набрал скорость, и в окне мелькают огни.
Мой попутчик то и дело прожигает меня взглядом. И почему-то меня это очень волнует. Ерзаю на сиденье, встречаюсь с ним взглядом. Начинаю его нагло рассматривать. Он явно младше, лет тридцать, может, чуть больше. Залипаю на его глазах. Они нереально синего цвета.
— Вы носите линзы? — бестактность сегодня не отпускает меня. Сосед улыбается.
— Это природный цвет глаз, — говорит и опирается локтями на столик, что разделяет нас. — Вы очень красивая женщина, Яна…
2. ЯНА
Ну что за мужчина?… Вот так вот, сразу в лоб: «Вы очень красивая женщина…». Мои ладони потеют, и я начинаю нервничать еще больше.
— Вы так смущаетесь, Яна… Неужели мужчины не говорят Вам комплиментов? Если так, то они полные глупцы.
Не знаю, куда деть руки. И куда подевалась моя уверенность в себе? Ведь в моем бизнесе часто приходится иметь дело с заказчиками-мужчинами. И многие делают комплименты, некоторые даже флиртовать пытаются. Но я после развода так и ношу обручальное кольцо. Это мой оберег от нелепых подкатов. Ведь я не столь известная личность, чтобы моей личной жизнью интересовались. И никто особо не знает, что я в разводе. Так проще, и меня все устраивает…
— Как Вас муж отпускает одну в поездки? Я бы не отпустил…
— Вы не мой муж…
— А жаль, — снова улыбается Матвей, показывая ямочки на щеках.
— Вы не считаете, что этот разговор неуместен? Мы с Вами не настолько близко знакомы, чтобы затрагивать такие личные темы…
— Ничего такого не вижу в нашей беседе. Я лишь восхищаюсь Вашей красотой…
— Давайте лучше помолчим, — предлагаю я. — Мне не нравится, куда заходит наш разговор.
Может, невежливо с моей стороны, но не могу спокойно с ним разговаривать. Он так смотрит…
Матвей цокает.
— Вы совсем не умеете принимать комплименты. Искренние, между прочим…
— Я не привыкла принимать комплименты от незнакомцев.
— Так давайте познакомимся, у нас вся ночь впереди…
И это звучит так двусмысленно, что я закатываю глаза. Матвей делает взмах рукой, и жестом фокусника протягивает мне конфету-леденец.
— Говорят, сладкое поднимает настроение. Угощайтесь.
— А еще от сладкого толстеют, — говорю я, но принимаю угощение. Разворачиваю конфету и отправляю в рот. Матвей наблюдает за мной и тихо говорит:
— Вам не грозит…
Смотрит так, словно хочет съесть. Меня. И его движения такие плавные, словно большой кот вышел на охоту. Этот мужчина — загадка. Есть в нем что-то такое… таинственное, притягивающее. Хотя Матвей совершенно не в моем вкусе. Типаж не мой, и слишком худощав…
— О чем Вы сейчас думаете, Яна?
— Что Вы слишком худощав…
Смеется в голос, показывая ровный ряд белых зубов с заостренными клыками.
— Вы очень прямолинейны…
— Вы тоже, — не остаюсь в долгу я.
— Нам с Вами ехать вместе целую ночь…
