Конечно, можно было отправиться в полицию, как она предлагала. Рассказать все, как есть, объяснить, только вот на это ушло бы уйму времени. Пока расспросят, пока поверят, оно уйдет в никуда… Из телепередач, что я смотрела, знала точно – первые часы самые важные в поиске пропавших людей.
Мне нужно было как можно скорее выяснить, кто забрал моего сына, а значит, мой путь лежал прямиком в кабинет директора.
Я не стала дожидаться классного руководителя. Сразу, как мысль пришла мне в голову, я бросилась на второй этаж, на котором располагалась администрация школы. Миновав обалдевшую от моей наглости секретаршу, я ворвалась в кабинет Виктора Александровича – мужчины чуть старше средних лет, который лично принимал каждого нового ученика своей школы и нас в том числе. Он разговаривал с кем-то по телефону и удивленно на меня уставился, замолчав на полуслове.
– Прошу прощения…
– Виктор Александрович, мне нужна Ваша помощь, мой сын пропал!
Он понравился мне с первого взгляда. Добродушный, вежливый, явно болеющий за свое дело и любящий детей человек. И я не ошиблась в нем.
Этих слов хватило, чтобы пожилой директор отложил все свои дела и принялся искать Сашеньку вместе со мной.
В течение последующего часа были просмотрены все камеры и пленки, опрошена охрана и, в конце концов, в руках у меня появилась распечатка с камеры наблюдения, номера машины и хоть какая-то информация о похитителе.
Не сказать, что она была четкой, но на ней вполне прилично можно было разглядеть мужчину. Молодого, высокого, голубоглазого шатена в деловом костюме. Именно он уводил моего ребенка за руку в неизвестном направлении.
Это он был отцом Сашеньки?!
Из слов Марии он представился Дмитрием. А в следующую секунду охранник протянул мне фото машины и номеров. Дорогая иномарка…черный внедорожник внушительных размеров… не чета моей милой букашке, купленной с авито.
Черт.
Много лет назад, соглашаясь на опрометчивый и рискованный шаг слишком быстро и необдуманно, я не понимала, что это может повлечь за собой. Не понимала, как все это отразится на моей тогда еще только начинавшейся жизни.
Я совершенно не осознавала, с кем столкнусь в будущем.
– Спасибо вам всем большое…
– Алена, может быть, мы все же…
– Нет! – Я перебила директора, покачав головой. – Не надо никакой полиции. Мы сами все решим. Я найду Сашу.
– Вы уверены?
– Да, вполне! – уверенным тоном заявила я, заглядывая в проницательный глаза мужчины.
– Если что, мой номер у Вас есть, звоните.
– Спасибо.
Я позвонила другому человеку. Своему бывшему однокласснику и старинному другу Марку, который на мое счастье работал в детективном агентстве. Он был в курсе того, как у меня появился Саша и ему не было нужды что-то долго объяснять. Нужно было просто сказать, что Саша пропал.
Вылетев из школы и мгновенье ока миновав ступеньки и небольшой внутренний двор, я оказалась на парковке и в параллель уже набирала номер Марка, как неожиданно в этом отпала нужда.
– Ивашова Алена Игнатьевна? – услышала я позади себя. Рука с зажатым в ней телефоном опустилась, я медленно, будто в замедленной съемке повернулась назад, к источнику звука.
– Да? – Передо мной оказался высокий мужчина лет сорока. В деловом костюме и с абсолютно равнодушным взглядом.
– Пожалуйста, пройдемте со мной.
– Что? Куда? Зачем? Кто Вы? – Я была почти уверена, что пропажа моего сына и этот человек, стоявший сейчас передо мной – не были совпадением. Это события были связаны и мне это совершенно не нравилось.
– Я от Дмитрия Соколова. Проедемте со мной, – терпеливо, словно ребенку повторил он.
– Дмитрия Соколова? Это он украл Сашу?! – закричала я.
– Мне велено просто привести Вас.
– Я сейчас позвоню в полицию! Вы пойдете, как соучастник! У меня есть друзья в СМИ, я затаскаю вас всех по судам, я…
– Проще будет, если Вы поговорите с Дмитрием Валентиновичем.
– Что?!
– Пожалуйста, не заставляйте меня повторять еще раз.
– Я… – Я запнулась, сжала руки в кулаки.
Конечно, я могла продолжить кричать дальше. Могла действительно вызвать полицию, позвать на помощь администрацию школы, много чего могла, на самом деле, но уверенный и холодный тон, видимо, помощника Соколова дал понять, что всего этого делать не нужно. Не стоит. На интуитивном, возможно подсознательном уровне я поняла, что это будет только во вред.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Чтобы Вы понимали, тут все напичкано камерами, и директор школы уже в курсе исчезновения Саши. Если пропаду еще и я вам не…
– Дмитрий Валентинович хочет просто поговорить, – перебил меня бугай, вежливо опровергнув мои опасения.
– Ладно. Идемте.
Мне пришлось согласиться на эту поездку. Какая бы мать поступила иначе? Что бы делали другие женщины? Я уверена, что каждая, сломя голову, отправилась бы за своим ребенком, где бы тот не находился.
Ехали мы долго. Несколько раз я задавала вопросы о том, сколько еще осталось и как долго ждать, но бугай либо отмалчивался, либо отвечал крайне скупо. Мы проехали центр, спальные районы и, наконец, выехали за город.
Вот тут я и забеспокоилась по-настоящему. Оказаться за чертой города во время сумерек одной наедине с непонятным, крайне подозрительным типом оказалось очень страшно. От страха я скинула короткие сообщения о том, что происходит Марку и соседке, а также же лучшей подруге, Веронике. К обоим текстам прилагалась геолокация. А вдруг? В голове начали крутиться самые страшные мысли к моменту, когда мы, наконец, подъехали к какому-то загородному дому.
– Мы на месте, – сухо выдал бугай, заезжая внутрь двора. Я обратила внимания на небольшую вышку с охранной, автоматические ворота и камеры наблюдения, расставленные, кажется, по всему периметру. А сам периметр по размерам напоминал, скорее, футбольное поле, нежели двор обычного частного дома.
– Где мой сын? Он здесь?
– Вам все объяснит Дмитрий Валентинович. Он ждет Вас внутри. Идемте, я провожу.
Я молча вышла из автомобиля, больше не произнеся ни слова. И так уже было понятно, что от помощника я ничего не добьюсь. Он был кем угодно, но не поверенным этого Соколова.
От души хлопнув дверью иномарки, я последовала за мужчиной, цокая каблуками по замысловатой плитке, в которой был выложен сложный узор.
Возле массивной входной двери мы остановились, правда стучать нам не пришлось. Она распахнулась перед нами. Женщина в строгой, темной форме отошла в сторону и взмахнула рукой, как бы приглашая внутрь. Бугай молча отступил, как я поняла, его работа уже была сделана.
Впереди ждала неизвестность. В горле пересохло, руки затряслись. Только сейчас до меня начала доходить серьезность всей ситуации. И под серьезностью я подразумевала то, что Сашу забрал кто-то очень богатый и, по всей видимости, влиятельный.
Восемь лет назад я подозревала, что отец моего ребенка состоятельный человек, но не думала, что до такой степени.
Дом, в который меня пригласили войти, был не просто большим и красивым, он был величественным и вычурным, построенным и отделанным явно кем-то знающим толк в архитектуре. Такие дома могли позволить себе лишь очень зажиточные люди. Как показывал опыт, тягаться с такими было крайне сложно. Если не сказать, невозможно.
Глава 2
– Вы понимаете, что Вы делаете?!
Молчаливая прислуга провела меня в гостиную и оставила наедине с хозяином дома. Впрочем, она ничего не сказала об этом, но я догадалась обо всем сама.
Мужчина, стоявший возле окна в пол оборота ко мне, выглядел так, будто ему принадлежал весь мир. Прямая осанка, руки, небрежно засунутые в карманы, волевой подбородок, вздернутый вверх.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– А Вы понимали, что делали восемь лет назад?
Так началось наше знакомство с Соколовым Дмитрием. Нефтяным магнатом в четвертом поколении.
Впрочем, вряд ли это можно было назвать традиционным знакомством, скорее, это было началом нашего противостояния, если не войны.
