В тайне даже от самого себя Влад надеялся, что как только он выйдет со двора, всё изменится. Солнце окажется на небе, да и вдруг исчезнувшие неизвестно куда люди найдутся.
— Или мы что, с Сашкой тут одни остались? — пробормотал Лопатин, и тут же констатировал: — А, нет, не одни. Привет, Дружок.
Молодой дворовый пёс вздрогнул, обернулся и радостно побежал к парню, но на последних шагах застеснялся и остановился.
— Ну, иди, поглажу, — позвал Влад, — Тебе тоже это всё не нравится, да?
Пёс, счастливый от того, что с ним заговорили, радостно завилял хвостом и подбежал к человеку. Даже скулить начал. Видно, жаловался, что всё так непонятно и от этого страшно. Влад принялся гладить пса, приговаривая, что-то успокаивающее.
Раньше парень с собаками не разговаривал, а Дружка предпочитал вовсе игнорировать. Так, выкладывал для него иногда остатки еды и стыдливо убегал, ещё до того, как пёс подходил к еде. Бездомных собак Влад всегда жалел, и в детстве постоянно таскал их домой, но во взрослой жизни научился не обращать внимания на четвероногих. И когда купил квартиру, заводить себе никого не стал, хотя была такая мечта в детстве. Решил, что всё равно не справится — это ведь какая ответственность! А у него то работы много, то, наоборот, денег нет. Вот и куда в таких условиях собака? Погладив пса, Лопатин двинулся к машине. Пикнул сигналкой, открыл дверь. Дружок так и шёл за ним следом, но когда Влад уселся на сиденье, опустил хвост и снова побрёл назад. Лопатин представил, что сейчас снова останется один, и не выдержал.
«Да какого хрена⁈ — выругался он сам на себя. — Что, не положено бездомных собак привечать? С каких пор тебя так волнует, что положено, а что нет⁈»
— Эй, Дружок! — парень выбрался из машины, открыл заднюю дверь. — Хочешь со мной покататься?
Пёс медленно развернулся, недоверчиво приподнял ухо. Влад постучал по сиденью, предложил:
— Поехали, а? А то мне одному что-то страшно.
«Во дурак. Он же уличный. Не полезет он в машину, испугается!»
Но пёс не испугался. Подошёл к двери, взглянул ещё раз вопросительно — точно можно? Дождавшись подбадривающего кивка, немного неуклюже забрался внутрь. Довольный Влад закрыл дверь, уселся на водительское.
— Я, конечно, понимаю, что тебе туда нафиг не надо, но знаешь, мне чот страшновато одному, а вдвоём всё веселее, правда? — спросил Лопатин. Пёс сзади завозился, толкнул водителя в плечо, и перебрался на переднее сиденье.
— Вот ты наглый, — хмыкнул парень. — Ну, фиг с тобой. А сам подумал, что Дружка можно и домой забрать. И вообще, это надо было сделать давным-давно.
Надежда на то, что непонятные изменения произошли только с двором, не оправдалась. Вывернув из арки Лопатин обнаружил пустую улицу и ту же звенящую тишину, которая, кажется, даже звук мотора глушила. Не особо на что-то надеясь, потыкал в экран магнитолы. Бесполезно — никакие радиостанции не ловятся.
— Светофоры работают, — задумчиво пробормотал Влад, тормозя перед перекрёстком. — Электричество в доме тоже есть. Вода, опять же. А людей — нет. И радио нет. И телевизора с интернетом. А, и солнца, да.
Абсурдность ситуации никак не хотела укладываться в голове. Почему свет есть, а солнца — нет? Почему есть электричество, но нет связи? Собака есть, а людей — нет. Впрочем, животных тоже как-то слишком мало. По крайней мере, птиц. Влад вспомнил, что возле помойки обычно тусуется несколько голубей, особенно по утрам — кто-то из местных сердобольных пенсионерок каждый день высыпает для них пару горстей пшёнки или сухарей, так что птицы привыкли как раз к десяти часам прилетать на завтрак. Однако сегодня никаких голубей не было.
Лопатин прокатился по центральной улице городка, остановился возле универмага. Центр города, даже фонтан на площади есть. И он, кстати, работает. А вот сам универмаг закрыт, Влад специально проверил — автоматические двери и не думали расходиться, пропуская посетителя. Он уже возвращался к машине, когда вдалеке показалась ещё машина. Лопатин даже не сразу обратил внимание, настолько не привык ещё к тому, что едущая машина — это необычно. Белая лада почти проехала мимо, когда вдруг затормозила с пробуксовкой, остановилась прямо посреди дороги.
— Эй, мужик! Чо происходит, а⁈ — глаза у водителя, который выбежал из машины и бегом рванул к Владу, были большие и напуганные. — Чо происходит, а? Куда все делись⁈
Влад развёл руками, хотел что-то сказать успокаивающее, но не успел.
— Чо происходит-то, а? — у мужика, похоже, заело пластинку. — Просыпаюсь — никого нет. Ни жены, ни тёщи. Ну ладно, думаю, в магазин пошли. Их нет и нет. Дома жрать нечего, я психанул, пошёл сам — а магазин закрыт! И на улице никого нет! Вообще никого! Машины стоят. Мужик, чо происходит, а?
— Да не знаю я! Людей нет, и солнца — тоже. Заметил? Влад махнул рукой, неопределённо указывая куда-то вверх, в ясное синее небо.
Собеседник взглянул вверх, сосредоточился на секунду, потом отмахнулся.
— Да мало ли, может не видно просто. Что ты с ерундой какой-то! У нас, может, эвакуация какая? Или война? Или ещё что? Жрать-то чего теперь? У меня дома жрать нечего!
Влад разозлился — последнее, что его сейчас беспокоило, это то, что нечего жрать.
— Слушай, ну что ты ко мне пристал? — возмутился парень. — Я знаю не больше твоего. Тоже проснулся, никого не нашёл, и решил посмотреть. Вот, тебя встретил. Ещё сосед у меня во дворе — тоже никуда не исчез. По квартирам я не ходил, а может, зря — может, ещё кто-то из соседей дома.
— Точно! Соседи! — обрадовался мужик. — Надо к Людке зайти, у неё всегда перекусить можно… и выпить. Выпить прям очень надо!
Новая мысль показалась заполошному настолько привлекательной, что он тут же забыл о Владе, и рванул обратно к своей машине. Правда, не добежал — резко затормозил, оглянулся:
— Парень, тебя зовут-то как?
— Влад.
— А меня Владимир Иванович, — солидно кивнул мужик. — Ты это, тут будешь?
— Нет, сейчас поеду, — покачал головой Лопатин. Смысла сидеть посреди площади в одиночестве и ждать кого-то ещё, он не видел. Ясно уже — если кто и появится, никак прояснить ситуацию не сможет.
— Ну, если что — тут встречаемся, лады?
Влад на это только кивнул. Мужик плюхнулся в свой жигулёнок, стартанул с пробуксовкой, лихо развернулся через двойную сплошную, и унёсся туда, откуда приехал. Влад только плечами пожал и одновременно с завистью проводил взглядом мужика. Ему бы такую целеустремлённость! Такое упорство в достижении цели! Человек хочет жрать — человек готов горы свернуть, чтобы это сделать. И ничего его не волнует — ни отсутствие солнца на небе, ни пропажа жены с тёщей. Сам Лопатин тоже вернулся в машину, посмотрел на пассажира:
— Ладно. Дружок, как ты смотришь на то, чтобы прокатиться за город?
Ответа, конечно, не последовало, но Дружок, радостный оттого, что на него обращают внимание и разговаривают, лизнул тёплым слюнявым языком Влада в лицо.
— Тьфу, зараза! — Лопатин вытер лицо рукавом. — Ну, будем считать, что ты не прочь прокатиться за город. А вообще, давай что ли, до областного центра доедем. Может, там знают, что случилось?
Дружок не возражал. Физиономия у пса была ошалевшая и донельзя счастливая. Посадили в машину. Погладили. Разговаривают. Может, покормят ещё. Может быть, после этого даже не вышвырнут опять на улицу. Разве можно не быть после такого счастливым?
Влад между тем развернулся. Тоже через сплошную, хотя внутри всё прямо-таки противилось этому нарушению. Не то чтобы Лопатин был таким законопослушным, просто считал, что правила дорожного движения — штука очень разумная, и привык их соблюдать. В разумных пределах. Потихоньку, не слишком разгоняясь, двинулся к объездной, притормаживая на светофорах, даже если ему был зелёный. Просто вспомнил Владимира Ивановича — вот уж кто от внезапно свалившейся свободы явно не собирался обращать внимание на какие-то там сигналы светофоров. Наверное, не только он. Раз в городе нашлись уже три человека, значит, есть и ещё.
