Разочарованная в себе, Гермиона уже потянулась к сумочке за волшебной палочкой, но вдруг её внимание привлёк одинокий мужчина в стороне, который облокотился плечом о фонарный столб с расслабленно скрещёнными ногами, держа одну руку в кармане пальто, а вторую — за спиной. Он мечтательно рассматривал здание кинотеатра, проходящих мимо людей, изучал их внешность, украдкой подслушивая чужие разговоры. Так же мечтательно он посмотрел на часы на здании кинотеатра, гордо расчесав пальцами густую копну волос на голове, и именно этот жест показался Гермионе невероятно знакомым и смахнул чары зелья. В это самое мгновение очертания лица и тела мужчины словно расплылись перед глазами Гермионы, а потом вдруг так же внезапно сошлись в идеальную фигуру Сириуса. Она заворожено рассматривала его, ещё раз пытаясь убедиться, что разглядела всё верно. Должно быть, её умилённый взгляд позвал его, потому что Сириус посмотрел прямо на свою девушку, будто бы знал, что она стояла именно там. Его лицо мигом растянулось в ласковой улыбке, и он всё так же расслабленно качнулся ей навстречу. Подойдя ближе, он мягко поцеловал её в щёчку, которая поприветствовала его хорошо знакомым румянцем.
— Это тебе, — достал он руку из-за спины, протягивая Гермионе небольшой букет полевых цветов.
— Полевые цветы в ноябре... Спасибо, Сириус.
Гермиона смущённо поправила свои волосы, прижав букет ближе к сердцу. Она несмело, будто сомневалась, можно ли так, потянулась к Сириусу, чтобы поцеловать в бородатую щеку, но он опередил её и тепло поцеловал в губы, вновь нахально разбушевав задремавших в ней фей.
— Для тебя — хоть звезду с неба, — влюблённо сиял Блэк, но Гермиона мигом развеяла его дурман:
— Посмотрим, как ты запоёшь после сегодняшнего вечера. Пошли, — скомандовала она, потянув Сириуса за рукав к расписанию сеансов.
Водя пальцем по тексту, она внимательно вычитывала названия фильмов и описаний к ним, пытаясь подобрать что-нибудь подходящее для Сириуса, отбрасывая один вариант за другим, потому что то в них «многовато современной науки, и может быть немного слишком», то «не знаю как ты, зная французский язык, отнесёшься к французскому юмору с британским дубляжем» и прочее в духе мисс Грейнджер. Не обращая никакого внимания на расписание, Мародёр умилялся тому, как ответственно она подходила даже к такому простому вопросу как выбор кинофильма к просмотру. Когда он не издал практически ни звука на протяжении уже двух минут, она строго, почти претенциозно спросила:
— Итак, Сириус? Что ты думаешь?
Он вмиг проснулся, попытавшись сотворить как можно более серьёзное выражение лица. Хотел ответить что-то дельное, но вместо этого разродился лишь неуверенным «Эм-м-м…», которое заставило Гермиону тихо захихикать. Блэк смущённо потёр затылок:
— Ты же знаешь, что я мало что в этом понимаю. Я доверяю твоему выбору.
— Ладно. Тогда вот, — ткнула она пальцем на финальный выбор, ведь и так догадывалась, что ей пришлось бы выбирать фильм самой. — Немного о простой войне маглов. Не самый романтичный вариант для первой свиданки, но думаю, тебе должно понравиться.
Они подошли к одной из очередей и стали в ней третьими. Гермиона потянулась к своей сумочке с видом ребёнка, ворующего спрятанные конфеты, вызвав у Сириуса смешные подозрения. Он перехватил её руку и склонился над её ушком:
— Я же пообещал, что со мной ты можешь ни в чём себе не отказывать. Лучше подскажи, какие выбрать места.
Гермиона изучала Сириуса, отчаянно борясь со смущением, прикидывая, стоило ли ей настоять и заплатить за себя, но всё-таки сдалась и решила вежливо согласиться, чтобы в очередной раз не казаться ему гордой занудой.
— Я бы выбрала места где-то в седьмом-восьмом ряду, в центре. Оттуда лучше всего видно и слышно.
— Да? А на задние ряды со мной не пойдёшь?
— С задних рядов звук слишком громкий и… — увлечённо отвечала Гермиона, но хитрая улыбка, с которой Сириус рассматривал её, отвлекла её. — Погоди-ка… А ты откуда знаешь про последние ряды?
— Малыш, пусть я и отстал от жизни на много лет, но ты же не думаешь, что это мой первый поход в кино? — Не дав ей времени на раздумья, Сириус поцеловал её в голову, деловито бросив: — Я всё понял — центральные ряды, — и повернулся к кассирше, которая уже была готова их обслужить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Гермиона изо всех сил старалась не представлять себе молодого и горячего Сириуса с хорошенькими девчонками на задних рядах кинозала, но сделать это было сложно, когда прямо перед ней он так мило и непринуждённо любезничал с кассиршей, которая за эти несколько коротких мгновений уже почти доедала его своими масляными глазками. От внезапного прилива жгучей ревности Гермиону спасло только то, что через минуту, обходительно улыбнувшись и пожелав кассирше приятного вечера, довольный и влюблённый Блэк победно повернулся к своей девушке с двумя билетами в руках и сразу же выдернул её из очереди.
— Ты голодна?
Их сеанс начинался не скоро, поэтому незамедлительно Сириус потащил Гермиону в ресторан. Их выбор пал на уютный итальянский ресторанчик на ближайшей к кинотеатру улице, где они заказали себе ризотто со стейком оссобуко и треску алла вичентина, дополнив свои блюда вкуснейшим игристым вином Ламбруско. Завершив их потрясающе вкусный и приятный ужин нежнейшими тирамису и панна коттой, а после и теперь неотъемлемой частью любого их свидания — поцелуйными пастилками, влюблённые вернулись в кинотеатр и заняли свои места в одном из центральных рядов.
Гермиона с удовольствием наблюдала за тем, как Сириус многократно перепроверял и перечитывал свой билет, будто пытался выучить записанную на нём информацию наизусть. Как восторженно разглядывал кинозал, белое полотно экрана перед ними и прохаживающих во всех направлениях зрителей словно ребёнок. Гермиона терпеливо отвечала на все его вопросы о том, что он пропустил за последние почти двадцать лет без кино, о чём теперь снимают фильмы и кто сейчас самая популярная кинозвезда, а Сириус каждый раз согласно кивал, пытаясь убедить её в том, что он всё понял. И пусть она знала, что иногда он просто подыгрывал ей, она всё равно была рада видеть его искреннюю заинтересованность и восторг от того, что он снова мог наслаждаться простыми мирскими радостями.
— Ну, что скажешь? — спросила Гермиона по завершению сеанса. — Будем теперь ходить и в кино, или, может, это не для тебя?
— Мне понравилось! — Сириус даже не задумался перед тем, как ответить, затем вкрадчиво добавил: — Но готовься, детка. В следующий раз свиданка будет по-моему.
— Это как? Ты же сам предложил кино!
— По-моему — это с размахом. Так, чтоб шумно, жарко, вкусно, быстро, высоко и волшебно! А кино — это так, для разогрева.
— Высоко? — единственное, что Гермиона услышала из всего перечисленного, и поёжилась, следуя за Сириусом на улицу.
— Вечер сегодня прекрасный, — мечтательно улыбнулся он спокойному небу, вдыхая прохладный воздух с ароматом попкорна. — Пошли, прогуляемся, — важно рыкнул Блэк, которому не были знакомы никакие отказы, и повёл потерянную в пространстве Гермиону в сторону Паддингтона.
В разговорах они не успели заметить, как прошли мимо Гайд-парка, бурно обсуждая свои впечатления от просмотренного фильма. Сириус накрыл Гермиону очередной волной расспросов о современном кинематографе, о подобных магловских развлечениях и всём, что в этот вечер успело вызвать у него либо восторг, либо недоумение. И она с радостью потакала его любопытству, какими бы смешными или глупыми его вопросы ни могли показаться обычному встречному человеку. Они болтали без умолку всю дорогу, совсем потеряв счёт времени, пока наконец не подошли к их финальной на сегодня точке назначения — Ворлок-роуд, на которой жила Гермиона.
На углу едва освещённой улицы с шоколадными террасными домами Гермиона заметно замедлила шаг, потянув Сириуса за руку и останавливая его.
— Мы пришли. Я живу на этой улице.
— Напомни, какой номер? — Не дожидаясь ответа, он зашагал вперёд, но Гермиона снова потянула его на себя.
