— Так в кого же превратился ты? — Гермиона не желала больше тянуть с окончанием истории.
— В буйвола, — небрежно бросил Гарри. Его подруга-отличница скривилась в полнейшем непонимании, не находя слов для описания своего разочарования. — В итоге криофант запулял Рона ледышками, сбив с ног, и чуть не растоптал его в лепёшку.
— Но почему буйвол? — спросила Гермиона жалобным тоном. — Почему не камнегрыз, например? Или жгучая мустела? Или просто даже мышка, в конце-то концов?
Рон хмуро уставился в свою тарелку, жадно заливая свой стыд вином. Ответить ему было нечего, так как он и сам прекрасно знал, что облажался, и не хотел признавать, что Гермиона, как всегда, была права.
— Не важно, — спокойно отмахнулся Гарри. — К счастью, мы всё равно прошли этот тест, а Кингсли похвалил нас и признал наши способности к трансфигурации достойными уровня молодых авроров. Просто в следующий раз нам нужно быть более… Наблюдательными… — осторожно подвёл итог Поттер, чтобы больше не провоцировать Рона.
На следующие полтора часа друзья погрузились в воспоминания о всех удавшихся и не очень безумных экспериментах в Хогвартсе. Рон заметно расслабился, ребята вместе хохотали почти без умолку, а ещё большего веселья в их разговор подливало и вкусное вино под суши, которое на радость Гермионе всем пришлось по душе.
Сама Гермиона проводила время настолько великолепно, что в какой-то момент еле сдерживала себя, чтобы не поделиться с друзьями последними новостями из личной жизни. Она хотела бы рассказать им так много и даже уже начала обдумывать их с Сириусом признание, но со стороны лестницы послышались приближающиеся шаги и на пороге гостиной прозвенел отрезвляющий её то ли спасительный, то ли наоборот усложняющий всё на свете бархатный голос:
— Я дома.
— Сириус! — воскликнула от неожиданности Гермиона дрогнувшим голосом, но удивительным образом никто не обратил на это внимания — все повернулись к Блэку.
— Гермиона, — невозмутимо поприветствовал он. — Давно не виделись. У тебя всё хорошо?
— Да, спасибо, — тихо муркнула она, хотя совесть истерически заливалась в голове с криками: «Прям сто лет не виделись! Вот лгунья!».
Мужчины молча обменялись приветственными кивками, стальной взгляд радушно сверкнул младшей Уизли, и Сириус повернулся в сторону лестницы, чтобы уйти и не мешать. Однако Гарри поспешил окликнуть его:
— Присоединяйся к нам!
Сириус изучающе оглядел ребят в поисках возражений, прочитал одно по отстранённому взгляду Гермионы в камин и вспомнил об обещании на их свидании, что придёт с работы поздно и не останется с ними.
— Иди к нам! Здесь и на тебя хватит, — Джинни указала на разложенные перед ними суши и вино. И как бы Сириус ни хотел угодить сейчас Гермионе, но он слишком любил эту весёлую компашку, которая всегда принимала его, как ровесника.
— Так и быть, посижу с вами немного! — хлопнул он в ладоши и без лишних возражений лениво плюхнулся на диван возле крестника и его девушки, уловив краткий разряд электричества в глазах Гермионы.
Он быстро осмотрел тарелки ребят. Суши абсолютно не привлекли его внимания, но вот, узрев вино, он тут же схватил бутылку.
— Чем это вы, детки, тут балуетесь? — прильнул он носом к горлышку, распознавая аромат. — М-м-м, пино-гри. Недурно. Кто выбирал?
— Гермиона, — ответила Джинни, и подруга задрала подбородок, прекрасно зная, что не ошиблась с выбором.
Сириус наколдовал бокал и налил себе вина, отставив бутылку на пол. Ещё раз вкусив медово-древесный аромат, он поднял бокал и взглянул на Гермиону, глаза его цвета ночи:
— Уважаю. — Надпив напиток богов, он по-хозяйски развалился на диване. Гермиона же мысленно услышала его любимое и гордое «Моя девочка», от чего её кожа некстати покрылась дрожью.
— Как прошёл твой день? — поинтересовался Гарри, ведь всегда любил забавные рассказы нового хозяина «Лавки старьёвщика» в Косом переулке.
— Потрясающе, — простонал Сириус. — Четырнадцать покупателей, и никто не ушёл с пустыми руками. И наконец-то мне удалось избавиться от последней из пурпурных мантий.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Рон поморщился, с ужасом вспоминая, как несколько лет назад одна из этих самых мантий чуть не задушила его в этом же доме. Гермиона нахмурилась:
— Погоди-ка, ты торгуешь тёмными артефактами?
— Конечно. — Блэк горделиво мотнул роскошной гривой. — В моей лавке найдутся товары на любой вкус и для любого покупателя.
— А ты не боишься, что у тебя могут возникнуть проблемы с такими товарами и покупателями? Что, если опасный предмет, проданный им в твоей лавке, убьёт кого-то, а потом представители Министерства явятся к тебе с допросами?
Сириус увлечённо размешивал пино-гри в бокале:
— Ни хрена они мне не сделают. Этим жуликам из Министерства нечего мне предъявить. Нет у них таких законов, что запретили бы мне торговать тёмными артефактами. К тому же они все и так мои клиенты.
— А тебя самого не смущает то, что твои товары могут навредить кому-то? — продолжала допрашивать Гермиона, пока друзья, как глупые котята, только и успевали вертеть головами, безмолвно наблюдая за одной из привычных споров между Бродягой и Мисс Совершенство.
— А тебя это теперь смущает? — лукаво переспросил Сириус. — Ты же сама предложила мне выставить семейный хлам на продажу для запуска бизнеса. Я-то просто хотел всё выбросить.
«Вот гад!» — в ответ стрельнули смекалистому Блэку карие глазки. Извилины Гермионы лихорадочно задребезжали, соображая, как бы в следующие несколько минут не задушить его и не выдать себя. Но Джинни попробовала выручить подругу и сменила тему.
— Какое нам дело до какого-то старья? Гермиона, расскажи нам лучше, что происходит у тебя на работе. Ты уже сталкивалась с какими-то редкими или опасными «зверушками»?
— Нет, — почти процедила Гермиона сквозь зубы, зная, что, прикрывая самодовольную ухмылку бокалом, Сириус тайно наслаждался одной из новых любимых игр — поддразниванием своей вечно смущающейся девушки. — Моё бюро занимается только делами эльфов-домовиков, да и то в основном на бумаге. А самое большое моё приключение — это своевременная сдача отчётов Уоллису, иначе по сравнению с ним криофант показался бы мне плюшевым слонёнком.
Разочарование вмиг расписало лица её друзей.
— Напомни, что заставило тебя выбрать один из самых скучных отделов в Министерстве? — покосился на Гермиону Рон.
— Нет, это не весь отдел скучный, а только это бюро, — решил уточнить Сириус, который терпеть не мог домовиков благодаря своим родителям и Кричеру.
— Даже не начинай! Пожалуйста, — рявкнула ему Гермиона, зная о его тенденциях мерзко отзываться об эльфах, которых она пыталась защищать. Она уже успела разглядеть во взгляде Сириуса ту небрежную насмешку, с которой обычно начиналась его привычная песня о никчёмности данных созданий.
— Я даже и не думал, — поднял Блэк руки в самом безобидном жесте. — Более того, пойду-ка я лучше в душ.
Сириус украл один Филадельфия-ролл с тарелки Гарри и вальяжно поплыл к лестнице с бокалом вина в руке. Его уход позволил Гермионе перевести дух и спокойно рассказать о своих делах Джинни, с которой они давненько не виделись. О том, что она уже освоилась в новом доме, что подружилась с новой сожительницей и что у Синди был хороший дизайнерский вкус, благодаря которому их дом превратился из старушечьей норы в уютное жилище.
— У-у-у, у-у-у! — вдруг заинтриговано завыл Рон как первобытный человек, пропустив летний переезд Гермионы и знакомство с Синди. — А эта твоя подружка хорошенькая?
Джинни тихо хихикнула. Бросив на Рона истомлённый взгляд, Гермиона выразительно ответила:
— Да, она очень даже хорошенькая, и у неё есть парень, Мелдон, с которым у них всё хорошо.
— Мелдон? Это имя ещё до сих пор существует? — с насмешкой донеслось с лестницы.
— Представь себе! — хлестнула в ответ Гермиона. — Может, тебе напомнить твоё имя, С-и-р-и-у-с?
Ребята, в том числе и Гермиона, переглянулись и тихо засмеялись.
