другими пятью великими кланами. Кланом, где пробудятся все неодаренные.
КК.»
Кевин заканчивает читать, поднимает взгляд на офигевших членов клуба. Тишину нарушает смех. Кто-то ухахатывается, сев на корточки и ухватившись за живот.
— Это... очень ха-ха... интересно. Я точно в деле, — плачет от смеха Дарен — первый валет, вступивший в клуб, которого Кевин пометил в списке как «сумма разума: хитрость, очень умный, незаметный, кажется опасным». — Так что там за адрес, Кевин?
***
Время 20:05
Элеонора Шмидт
Сотрудник особого отдела внешней разведки коалиции Фрагор.
Член клана Вельтешафт.
Элеонора лежит на кровати полуобнаженная, только в белых обтягивающих лосинах с цепями. Она постукивает коготками по своему мускулистому животу. На упругой и пышной груди из-за сквозняка набухли соски, но Элеонора слишком устала, чтобы встать к шкафу и одеться.
— Будь ты проклят, Киба, — тихо шипит она сама себе. — Опять устроил спектакль. Конечно, зачем держать меня в курсе своих дел.
Элеонора догадывалась, что ее беременность никак не повлияет на душевное состояние этого... этого... Элеонора запинается в мыслях. Она даже не знает, как его называть. Мальчиком - язык не поворачивается. Да и разрешила бы она кончить в себя какому-то ничтожному сопляку? Нет, это был ее осознанный выбор. Спонтанный, на эмоциях, но все же осознанный. Женское чутье никогда не обманывало ее в силе мужчин. А по мнению Элеоноры, Константин Киба — сильнейший из известных ей лично мужчин, уступая разве что Магнару Монтано Эдвайсу. И дело не в его одаренности и малом количестве суммы. Элеонора, прожившая все детство в радиоактивных пустошах разбирается в видах силы. Именно такого она ждала... Слабаки ее не интересует в этом жестоком мире. Ее ребенок унаследует только сильнейшие гены.
Ее смущает только то, что такой как Константин Киба решился на этот шаг. Хотя... тогда, в ее палате, он был как будто не в себе, чем и воспользовалась Элеонора. Немного женской харизмы, страсти и... капелька жульничества. Фрагоры, по сути своей, всегда воняют. Их разлагающиеся тела надо как-то... маскировать. Поэтому есть у них одна техника, которой владеет и Элеонора. Она ее немного модернизировала, используя свою предрасположенность к газообразному. Выработала через кожу женский гормон — эстроген, и распылила его в воздухе. В совокупности с ее внешностью, беспомощным видом когда-то сильной женщины, она и смогла добиться результата. Да и день был очень удачный для зачатия. Чем не «знак свыше».
Элеонора морщит носик. Ей не нравится мысль, что она как дешевка, ковыряется в мусорке ради использованного презерватива миллиардера. Только тут вместо денег — сила.
В дверь стучатся. Это еще кто в такое время? Отстранили от дела, так еще и лезут постоянно. Особенно часто стали интересоваться Константином. Даже директор заходил, расспрашивал, как это так получилось, что учительница переспала с учеником. Элеонора послала его куда подальше, хлопнув перед носом дверью. Пока идут соревнования ничего с ней не сделают и выгнать не смогут. Она и так тут задерживаться не планирует, хотя школа ее долгие года охраняла от «НЕГО». Но он все равно ее нашел, так что нужно при первой же возможности бежать отсюда.
Элеонора цыкает. Из-за внимания к себе ей пришлось пропустить время для отчета своему настоящему начальству во Фрагорах. Это плохо... Они начнут нервничать.
Проигнорировать стук в дверь не получается. Он становится настойчивее.
— Да кто там еще? Я голая!
— Учитель Элеонора, это Вадим.
— Какой еще Вадим?
— Тернов. У меня к вам разговор. Это важно.
Цепи на ножках Элеоноры оживают, заставляя парализованные ноги двигаться. Она встает, пошатываясь подходит к шкафу, натягивает на себя белую футболку. Щелкает пальцами больше для пафоса, чем для нужды и дверь сама собой открывается. Она давно запитала цельную древесину двери своей суммой, поэтому сейчас может управлять этой материей. Вторая ее предрасположенность - предметная.
— Можно? — осторожно заходит крепкий парень из бывших силачей. Элеонора знает, что он один из самых доверенных людей Константина Кибы.
Мальчишка тихо присвистывает и Элеонора прослеживает за взглядом Вадима, опускает голову и хмыкает. Через белую футболку отчетливо проступают затвердевшие соски.
— Ты на меня пялиться приперся, наглец? — вздергивает бровь.
— Нет, учитель. У меня для вас послание. Костяныч передал. Вот...
Передает обычный конверт.
— Читал?
— Конечно, — довольно кривится Вадим. — Он же его не запечатал.
Элеонора скользит по глазами по строкам и ее сердце бьется сильнее и сильнее. Конверт в ее руках сгорает, не оставляя даже пепла. Резким движением она хватает Вадима за плечо и с легкостью затаскивает к себе в комнату, шепчет ему на ухо, прижав к груди. Мальчишка довольно розовеет.
— Идиот, ты так свободно ходишь с этим? Как тебя вообще пропустили в жилое крыло?
— Я же... э-э-э... важный птиц в клубе. Стражи как-то подобрели... Да и с работой я им помогаю - меньше беляков обижают... О, учитель Элеоноры, прижмите меня сильнее. Хочу умереть в ваших объятиях. Надеюсь, Костяныч не будет в обиде...
Элеонора не обращает внимание на наглость, отстраняется, еще сильнее понижает голос:
— Езжай домой. Ты достаточно наследил, балбес. Я сама выведу девочку из школы. Где она?
— Хм... в одной из морозилок для трупов в крематории. Я отключил питание, так что не замерзнет.
— Идиот! — еле сдерживает гнев Элеонора. — Это герметичные камеры. Там нет воздуха. Так трупы дольше сохраняются.
Глаза Вадима расширяются. Элеонора отталкивает его, выскакивает в коридор и уже собирается в таком виде бежать в крематорий, как свет тухнет. Даже дежурный не горит. Только тусклые звезды слегка освящают пространство через окна.
— Что за... — выходит за ней Вадим, нервно оглядываясь. — Щитки выбило? Где резервный генератор?
— Молчи.
Элеонора меняет структуру водорода в воздухе, распространяет сумму во все стороны. Это что-то вроде локатора, если враг слишком хорошо прячется.
Что с этой чертовой школой не так? Такое ощущение, что половина стражей просто испарилась? Это из-за соревнований? Или директор специально понизил уровень безопасности? Устроил тут арену для разборок? Элеонора ругает себя, что слишком увлеклась своим положением и потеряла бдительность.
— Элеонора Шмидт, — звучит голос откуда-то сверху.
Она резко отталкивает Вадима обратно в комнату, а сама отскакивает в сторону, вздергивает голову.
Сначала ей показалось, что к потолку прилип огромный паук, но присмотревшись различает человеческие контуры.
— Ты кто такой? Тебе жить надоело? - слащаво и угрожающе спрашивает она.
Человек говорит с акцентом.
