Я успела в главную бальную залу как раз вовремя, потому что открытие бала церемониймейстером должно было вот-вот начаться, а значит, и танец дебютантов, а мне было необходимо сосредоточиться и оторваться от разглядывания всех и всего.
Дебютантов на этот бал набралось не много, все-таки большинство предпочитает быть представленными обществу в самом начале сезона, а не в конце, но, с другой стороны, это существенно облегчало мою задачу. Проще запомнить 10 или 20 имен, чем сотню, а после открытия подойти с поздравлениями, это абсолютно прилично и не противоречит этикету, у многих есть младшие братья и сестры, а значит, я смогу понравиться и получить работу. План был прост и эффективен, и я с легкостью осилила его всего за пару часов. Мне особенно понравились семьи маркиза Кюнельт и графа вон Ридл, у них было еще по трое младших детей и нужна была гувернантка, мы договорились встретиться уже в течение недели, познакомиться поближе и все решить. Это был определенно успех! Теперь можно было расслабиться, выпить немного пунша и повеселиться, я взглянула на часы и смутилась, невероятно, ведь уже почти полночь, надо поспешить обратно в главный зал, скоро начнется полуночная кадриль, такое просто нельзя пропустить, а пунша попить я еще успею!
Полуночная кадриль была старинным обычаем, наверное, таким же древним, как и сами балы, и единственным танцем, в котором участвовали все гости, на который не надо было приглашения партнера и представления оному. Все становились друг напротив друга в длинные шеренги и внимали церемониймейстеру, который терпеливо объяснял танцевальные движения, которые, конечно же, все и так знали, но это было важно, потому что с каждой сменой партнера, такт музыки увеличивался, и те, кто не успевал, с хохотом покидали зал, чтобы освежиться, а оставшиеся, самые стойкие и умелые, соревновались до победного конца.
Я заняла свое место в шеренге и приготовилась бороться до последнего, меня здесь никто не знает, другой возможности потанцевать на балу у меня не будет, а значит, это мой единственный шанс оторваться на полную! Каблучки нервно постукивали в ожидании музыки и грянула кадриль Штрауса из его «Летучей мыши», как я ее люблю, от охватившего меня волнения, я даже прикрыла глаза и вся отдалась танцу. Поклон, поворот, два шага назад, еще поклон, смена мест, два шага вперед, круг с партнером и смена. короткий перерыв, аплодисменты, первый раунд. увеличиваем скорость.
Поклон, поворот, два шага назад, еще поклон, смена мест, два шага вперед, круг с партнером и смена. второй раунд позади. третий. четвертый. людей вокруг становится все меньше, дамы начинают путаться в длинных юбках, незнакомые кавалеры трепетно поддерживают их, уберегая от падения, всюду веселый хохот и топот каблуков, в том же ритме сейчас стучит мое сердце: «трам-там-там».
— Der Herr voraus, der Herr voraus, die Dame Ып!еМгет(Нем. Традиционная фраза полуночной кадрили, используется до сих пор, фактически это ритмичные команды, кто и куда двигается.), — скандируют тысячи голосов в ритме кадрили, а мои ноги уже почти переходят на галоп. Я заразительно смеюсь, потому что уже просто не знаю, сколько еще выдержу...
Еще одна смена партнеров и в бальном зале остается уже не больше тридцати пар, смена партнеров и я уже почти готова сдаться, как неожиданный холод пронизывает мои пальцы, глаза невольно поднимаются, рассматривая моего партнера в маске, он значительно старше и в нем чувствуется что-то холодное и жесткое, отталкивающее. Я смотрю в его глаза и весь мир останавливается, нет больше музыки, нет людей вокруг, моя магия вырывается из-под контроля и сама направляется к мужчине, его глаза расширяются, а я путаюсь в юбках и почти падаю в его руки.
— Осторожнее фройляйн, так можно и ногу сломать, — слышу я глубокий бархатный голос и это возвращает меня в действительность. Я осматриваюсь и понимаю, что мы закончили, вокруг не больше десяти пар и все нам аплодируют.
— Самое время снять маски!
И я робко тянусь к своей, не отводя взгляда от незнакомца, с легкой, насмешливой улыбкой на меня смотрит мужчина около 40, он хорош собой, но выглядит очень и очень уставшим, а еще он точно дракон, вот черт! Значит, родовит, богат и, разумеется, верхушка аристократии, не чета мне!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Согласиться ли фройляйн отведать со мной пунша? — произносит он с абсолютно непонятной надеждой, а я совсем теряюсь, отказать дракону — верх неприличия, да и вообще, сродни самоубийству, но идти пить пунш с незнакомцем, которому я не представлена, еще того хуже! Чертов этикет! Что же делать? Но меня спасает церемониймейстер.
— Alles Wake^^H^. Традиционная фраза, после которой принято брать партнершу, что слева, и танцевать вальс.) — провозглашает он, оркестр начинает играть «Голубой Дунай», а меня прежде, чем я успеваю опомниться что-то ответить, подхватывает молодой человек слева и начинает кружить в вальсе. Это дает мне легкую передышку, все правильно! Я была слева, а значит, он имел полное право закружить меня в вальсе. Через какое-то время я понимаю, что незнакомец исчез из бальной комнаты и я нахожу подходящее извинение, чтобы передохнуть и наконец выпить пунша: он мне сейчас очень понадобиться!
Глава 2
Герхард
Я зашел в украшенную залу, все как всегда, все те же приветствующие лица, фальшивые улыбки, поклоны, блеск диамантов.. .Как же мне все это надоело!
Я занял место в своей ложе и тут же налил себе пунша. Дай мне, Единый, с достоинством выдержать весь этот фарс! Дверь открылась, и в ложу с елейной улыбкой протиснулась моя матушка. Не подумайте ничего плохого, я искренне любил свою мать. Она была прекрасной женщиной, которая подарила мне жить, но последние десять лет она сосредоточилась только на одной столь важной для нее миссии — женить меня во что бы то ни стало! На какие только ухищрения она не шла, чтобы подсунуть мне ту или иную наследницу. даже вспоминать противно.. И вот меня, кажется, ждет очередная лекция. черт, и зачем я пришел?
— Герхард, родной, я так рада, что ты смог прийти! — воскликнула она, прижимая к пышной груди веер.
Я лишь молча кивнул в ответ, помогая ей присесть. Чем меньше я буду говорить, тем больше шансов, что матушка устанет от бесконечного монолога.
Вскоре появился лакей, подавая ужин, и я воспользовался этой возможностью, чтобы сконцентрироваться на еде, а не на бесконечном потоке сплетен и новостей, которые изрыгала на меня матушка и которые меня совсем не интересовали.
Все-таки приятно быть одним из самых состоятельных людей в стране: можно спокойно сидеть в своей ложе и наслаждаться ужином, в то время как большинство менее имущих будут проводить бал стоя...
— Так вот, у семьи герцогов Крузенштерн уже родился первенец, можешь себе представить! Всего через 10 месяцев после свадьбы! А я тебе говорила, что маркиза будет прекрасной партией: ее семья очень родовита. Тебе надо было на ней жениться! Ну и что, что юная маркиза, а теперь уже герцогиня, хромает и страдает легким косоглазием, зато у меня уже был бы внук!
Легкое косоглазие? Да его еще можно было бы пережить, просто прикрыв глаза, ну или повязав шелковым платком голову так, чтобы лица не было видно, а вот то, что теперь уже герцогиня была тупа как пробка и не интересовалась ничем кроме собственной коллекции фарфоровых мопсов, несколько сложнее. Но я решил держаться и молча подлил себе еще пунша.
— Прекрати пить в таком количестве! Это вредно для здоровья! А нашей семье нужен наследник!
Я чуть было не поперхнулся пуншем от такого заявления и уже был готов ответить матери достаточно резко, но, на мое счастье, в залу, на которую открывался прекрасный вид из нашей ложи, начали заходить дебютанты, а значит, бал начался и матушка, как и все женщины, сконцентрировалась на главном для нее, а именно на разглядывании платьев, обсуждении характеров представляемых обществу дебютанток и прочей чепухе!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Значит, у меня есть перерыв и возможность спокойно поесть.
