спешно выключил свет. В голове стучали беспокойные молоточки, а внутренний голос издевательски им вторил: «Как же ты так прокололся, засветил физией на весь двор».
— Нет там никого во дворе, — буркнул убийца, успокаивая сам себя. — И потом… Меня не так-то легко узнать в таком наряде.
Он еще глубже надвинул на глаза шляпу и поднял воротник плаща, будто прямо сейчас, в квартире, в темноте, его мог кто-то увидеть.
— Вот придут завтра за тобой товарищи из милиции, тогда и посмотрим, трудно было тебя узнать или нет… старая карга-то тебя сразу узнала…
— Не каркай, — шикнул убийца. — Она видела меня в упор. Этого невозможно было избежать, тем более, она никому ничего уже не скажет…
— Все равно, — не унимался гаденький голосок, скрипучий, как покосившиеся дворовые качели. — Такого не должно было быть. Ты специалист — никаких проколов, никаких улик. Будет обидно, если тебя возьмут по силуэту — или перышку на плаще.
Мужчина снова стал себя оглядывать:
— Не накручивай… Мало ли перьев. Может, голубиное.
— Ну да, ну да… — градус ехидства и сарказма в интонациях внутреннего собеседника подрос. — Таких пуховых уток прошлого века можно найти только в комоде гражданки Завьяловой, потомственной дворянки. Экспертиза сейчас все доказать может, сам знаешь, не мне тебе рассказывать.
Мужчина зло плюнул, а голосок торжествующе добавил:
— Ну вот! И еще одна улика! Ты же знаешь, что по слюне можно определить групповую принадлежность антигенов. Группу крови, то бишь…
Убийца нервно затер плевок подошвой ботинка, смешав его с невыскобленной грязью между волокнами потрескавшегося паркета и спешно вышел из злополучной квартиры.
Сегодняшнее убийство прошло не так гладко, как хотелось бы. Хотя, может, он себе надумал лишнего? Уж слишком тщательно он подходил к делу, все планировал. Но идеальных убийств не бывает. Хотя нет, бывает — в книжках и фильмах…
* * *
— Не поняла! — Света уперла руки в бока, уставившись из дверного проёма на гостиничный номер, в который мы заселялись. — А почему кровати раздельные? Андрюш?
— Сейчас разберемся, — заверил я. — Наверно, заселили, как коллег, мы же здесь в служебной командировке, и фамилии у нас с тобой разные в паспортах.
— Уже не пора ли на одну перейти? — наморщила носик Света.
— Я же говорю, щас разберемся, будет нам номер с одной большой кроватью.
— Я не про ложе, — фыркнула Света, — вообще-то, я про фамилию. И потом…
Но я уже почти ее не слышал, так как спешил к администратору, чтобы решить вопрос о смене номера. Надеюсь в этом занюханном Литейске нет проблем с номерами.
Город вроде не маленький, но и не сказать, что большой. Твердый середняк — примерно на пятьсот тыщ рыл советских граждан.
Не курорт, не здравница, так что приезжих нет, и количество жителей подсчитывается по прописке, а не по койко-местам.
Я спустился в фойе, за массивной и гладкой, как зеркало стойкой виднелась голова администратора. Вернее, виднелась книга в зеленой обложке с золотым тиснением, а голова разве что угадывалась за ней.
Работница погрузилась в чтение книги знаменитого писателя, автора детективов, который с недавних пор гремел на весь Союз и взлетел на поприще милицейского романа. «Светлицкий В. Х» — светились дорогим тиснением буковки на обложке.
Я хмыкнул… Ага, знакомый литератор, даже многосерийные телефильмы по нему снимали. Сериалами их тогда (то есть сейчас) еще не называли, хотя по сути первый многосерийник наши сняли еще в шестидесятых: «Вызываем огонь на себя». Ну, а «Следствие вели» — чем не сериал? Говорят, что некоторые его серии сняты по мотивам повестей этого самого Светлицкого… Кстати… Он же, вроде, из Литейска. Ну, да, точно, нас когда сюда отправили, Алексей сразу обратил на это наше внимание.
Из местных достопримечательностей были указаны трубопрокатный завод и писатель Светлицкий. Тогда я не обратил внимания на фамилию, и только сейчас вспомнил, когда увидел книжку, что это же тот самый горе-детективщик. Почему горе? Да потому что у него в книжках все как в кино. Вместо постановления на обыск — ордер, а поджарый следак бегает с пистолетом наперевес за бандитами, хотя должен сидеть в кабинете и строчить поручения, отправлять гоняться за преступниками оперативников.
Хотя чувствуется, что милицейскую кухню товарищ Светлицкий знает неплохо… Некоторые подробности по части улик передает очень подробно и достоверно. В некоторых местах книжулька даже похожа на пособие для начинающего преступника: этакое «Как не оставлять следов и планировать преступления». Видно, что консультант у писаки грамотный, хоть и не везде успевает подчищать за ним. И ляпы все же есть… Ну, это для меня ляпы, а для обычного советского читателя — это неоспоримая истина. В конечном счете, какая разница, ордер это или постановление? Для гражданского человека — ровно никакой.
— Еще раз здравствуйте, — оторвал я от чтения тётеньку с крашенными хной бигудюшными барашками и длинным, как у цапли носом. Она посмотрела на меня поверх очков, явно недовольная, что ее оторвали от такого замечательного времяпровождения.
Ну да… пока нет интернет-помойки, соцсетей и прочих тиктоко-ютубовой дряни — книга для советского человека единственный легкодоступный источник развлечения. Даже, чтобы посмотреть фильм, надо идти в кинотеатр или ждать вечера у телевизора, а лучше — субботы, там и фильмы поинтереснее показывали. Днем же фильмец глянуть почти нереально, программа телепередач пестрела лишь такими высококультурными заголовками: Играет духовой оркестр ДК им. В. Чкалова (Москва); Встреча школьников с бригадиром комсомольско-молодежной бригады шахтеров A. Л. Царевским — и прочими упоминаниями о Велогонках дружбы стран Балтийского Моря. Все правильно… Днем работать люди должны, ну, или окультуриваться…
— Можно нас с супругой переселить в номер с двуспальной кроватью? — улыбнулся я.
— У вас в паспортах штампов нет, — буркнула тетя. — Не положено…
— А селить, значит, в один номер разнополых коллег положено?
— Будете зубоскалить, молодой человек, вообще вас расселю по разным номерам.
— Это вряд ли, — хмыкнул я и вытащил «туза из рукава», то есть, корочки свои верные. — Майор милиции Петров. Дайте-как мне телефон вашего директора… И кстати… У вас там в коридоре огнетушитель просрочен.
— Ой, — подскочила тетя, тряхнув рыжими кудряшками. — Что же вы сразу не сказали, что из милиции? Я вот как раз про вас читаю… Сотрудник уголовного розыска идет по следу убийцы старушки.
— Очень интересно, — я поставил на стойку
