Панталоне. Что за глупости! (К Клариче.) Как будто вы сами не видели писем!
Сильвио. Если даже он жив и действительно здесь, все равно он опоздал.
Труффальдино (возвращается). Удивляюсь, синьоры. Так с бедным человеком не поступают. Нехорошо обманывать приезжего человека. Это недостойно порядочных людей, и я потребую ответа!
Панталоне (в сторону). Говорил я, что он полоумный. (Громко.) Что такое? Что вам сделали?
Труффальдино. Вздумали уверять меня, будто синьор Федериго Распони помер!
Панталоне. Ну, и что же?
Труффальдино. Ну, и то же! Он жив, здоровешенек, в полном уме и в полном благополучии. Он желает приветствовать вас, если позволите.
Панталоне. Синьор Федериго?
Труффальдино. Синьор Федериго.
Панталоне. Распони?
Труффальдино. Распони.
Панталоне. Из Турина?
Труффальдинo. Из Турина.
Панталоне. Ступайте в больницу, сынок, вы не в своем уме.
Труффальдино. Черт побери! Из-за вас я начну ругаться, как игрок. Да говорят же вам, что он здесь, в доме, в зале, пропади вы пропадом!
Панталоне. Вот я ему сейчас накостыляю по шее!
Доктор. Нет, синьор Панталоне, погодите. Сделаем так: велите ему попросить сюда того самого, кого он принимает за Федериго Распони.
Панталоне. Ну-ка, зовите его сюда, этого воскресшего покойника.
Труффальдино. Что он умер и воскрес – возможно… Не возражаю. Но сейчас он жив, и вы его увидите своими главами. Пойду позову его. (К Панталоне, сердито.) А вам впредь нужно научиться, как вести себя с приезжими, с людьми, моего положения, с почтенными бергамцами. (Смеральдине.) С вами, девушка, поговорим особо. (Уходит.)
Клариче (тихо, к Сильвио). Сильвио, я вся дрожу.
Сильвио (тихо, к Клариче). Не волнуйтесь. Что бы ни случилось, вы будете моей.
Доктор. Сейчас узнаем правду.
Панталоне. А может быть, это какой-нибудь мошенник, вздумавший морочить меня сказками?
Бригелла. Ведь я же говорил вам, куманек, что знал синьора Федериго. Вот мы сейчас и увидим, он это или не он.
Смеральдина (в сторону). А чернявенький с лица не похож на лгуна. Попробую, не удастся ли мне… (Громко.) С вашего разрешения, синьоры… (Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ
Те же и Беатриче в мужском костюме, под именем Федериго.
Беатриче. Синьор Панталоне, любезность, восхищавшая меня в ваших письмах, решительно не соответствует вашему личному обращению со мной. Я посылаю слугу с приказанием доложить обо мне, а вы заставляете меня дожидаться на улице, удостоив приглашением только через полчаса.
Панталоне. Простите… Но кто вы, синьор?
Беатриче. Федериго Распони из Турина, к вашим услугам.
Все изумлены.
Бригелла (в сторону). Что я вижу? Что это за шутки? Ведь это не Федериго, это синьора Беатриче, его сестра. Посмотрим, к чему клонится этот обман.
Панталоне. Я изумлен… Рад видеть вас живым и здоровым, после того как мы получили такие дурные вести о вас. (Тихо, доктору.) Но, знаете, я все еще не верю.
Беатриче. Я знаю: вам сообщили, будто я убит на поединке. Благодарение богу, я был только ранен и, едва оправившись, решил ехать в Венецию, как мы с вами давно уговорились.
Панталоне. Не знаю, что и сказать вам. С виду вы порядочный человек; но у меня имеются совершенно несомненные и определенные сведения, что синьор Федериго умер; так что, видите ли… если вы не представите мне доказательств обратного…
Беатриче. Ваши сомнения совершенно законны. Я понимаю, что должен удостоверить свою личность. Вот четыре письма от ваших друзей и корреспондентов; одно из них – от директора нашего банка. Вы увидите подписи и убедитесь, что я не обманщик. (Подает Панталоне четыре письма, тот их читает.)
Клариче (к Сильвио). Ах, Сильвио, мы погибли!
Сильвио (тихо, к Клариче). С жизнью расстанусь, но не с вами!
Беатриче (увидев Бригеллу, в сторону). Ах, Бригелла! Какой черт принес его сюда? Он меня, конечно, узнал. Как бы сделать, чтобы он меня не выдал? (Громко, Бригелле.) Друг мой, мы как будто знакомы.
Бригелла. Ну да, синьор, вы разве не помните по Турину Бригеллу Кавикьо?
Беатриче. Да, да, теперь припоминаю. (Подходит к Бригелле.) Что вы делаете в Венеции, голубчик? (Тихо, Бригелле.) Ради бога, не выдавайте меня.
Бригелла (тихо, к Беатриче.) Будьте покойны. (Ей же, громко.) Содержу гостиницу, к вашим услугам.
Беатриче. О, это кстати! Так как я знаю вас, то в вашей гостинице и остановлюсь.
Бригелла. Сделайте милость. (В сторону.) Какая-нибудь контрабанда, не иначе.
Панталоне. Я все просмотрел. Разумеется, эти письма рекомендуют мне синьора Федериго Распони, и, раз он мне их предъявляет, приходится верить, что он тот, о ком говорится в этих письмах.
Беатриче. Если у вас осталось малейшее сомнение, здесь налицо мессер Бригелла; он меня знает и может удостоверить вам мою личность. (Тихо, Бригелле.) Получишь десять дублонов.
Бригелла. Это действительно Федериго Распони. (В сторону.) За десять дублонов как не удостоверить!
Панталоне. Ну, если так, если, помимо писем, за вас ручается и мой кум Бригелла, в таком случае, дорогой синьор Федериго, я рад за вас и прошу простить мне мои сомнения.
Клариче. Синьор отец! Стало быть, это и в самом деле синьор Федериго Распони?
Панталоне. Ну да, это он.
Клариче (тихо, к Сильвио). Несчастная я! Что же теперь с нами будет?
Сильвио (тихо, к Клариче). Не бойтесь, говорю вам, вы моя, и я сумею вас отстоять.
Панталоне (тихо, доктору). Что скажете, доктор? Вот не в пору явился!
Доктор.Accidit in punto, quod non contiugit in anno[1].
Беатриче (указывая на Клариче). Синьор Панталоне, кто эта синьора?
Панталоне. Это Клариче, моя дочь.
Беатриче. Предназначенная мне в супруги?
Панталоне. Да, синьор, она самая. (В сторону.) Ну и попал же я в переделку!
Беатриче (к Клариче). Синьора, позвольте засвидетельствовать вам мое почтение.
Клариче (сдержанно). Покорная слуга ваша…
Беатриче (к Панталоне). Не слишком-то горячо принимает она меня.
Панталоне. Что поделаешь? Такая уж она застенчивая от природы.
Беатриче (к Панталоне, указывая на Сильвио). А этот синьор – ваш родственник?
Панталоне. Да, синьор, мой племянник.
Сильвио (к Беатриче). Нет, синьор, я вовсе не племянник, я жених синьоры Клариче.
Доктор (тихо, к Сильвио). Молодец! Не уступай! Стой на своем, только не горячись.
Беатриче. Как! Вы жених Клариче? Разве она не мне предназначена?
Панталоне. Тише, тише! Сейчас я все объясню. Дорогой синьор Федериго, так как мы думали, что с вами действительно случилось несчастье и вас уже нет на свете, то ничего не было дурного в том, что я обручил свою дочь с синьором Сильвио. Но вы подоспели вовремя. Клариче ваша, если вы того желаете. От своего слова я не откажусь. Синьор Сильвио, не знаю, что сказать вам. Вы видите сами, что получилось. Вы слышали мое объяснение, и вам не приходится жаловаться на меня.
Сильвио. Но не согласится же синьор Федериго взять в жены девушку, отдавшую руку другому!
Беатриче. О, я не так щепетилен… Возьму, все равно. (В сторону.) Кстати и позабавимся немного.
Доктор (в сторону). Вот так муж – по новейшей моде! Хорош!
Беатриче. Надеюсь, синьора Клариче не откажется от моей руки?
Сильвио. Вот что, синьор! Вы опоздали. Синьора Клариче должна быть моею. Не тешьте себя надеждой, что я уступлю ее вам. Если синьор Панталоне станет мне перечить, я сумею ему отомстить. А кто захочет получить Клариче, должен будет отнять ее у этой вот шпаги. (Уходит.)
Доктор (в сторону). Молодчина, черт возьми!
Беатриче (в сторону). Ну, нет, умирать такой смертью я не согласна.
Доктор. Синьор, ваша милость, право же, несколько опоздали. Синьора Клариче выйдет замуж за моего сына. Закон говорит ясно: «Prior in tempore, patior in jure»[2]. (Уходит.)
Беатриче (к Клариче). Но вы-то, синьора невеста, неужели ничего не скажете?
Клариче. Скажу, что вы приехали мне на горе. (Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Панталоне, Беатриче, Бригелла, потом слуга.
