Читаем без скачивания Поцелуй на пожарной лестнице - Наталья Александрова

– Не рассыпь, подруга! – фыркнула ей в спину Даша. – Ишь, как тебя разбирает!

Когда они вернулись в зал, мужчины о чем-то разговаривали, и, судя по их лицам, разговор был не очень-то приятный.

– Имей в виду – не больше недели! – проговорил Алексей. – И это – только ради тебя!

Тут он увидел приближавшихся к столику женщин и поспешно стер с лица деловое выражение.

– О чем это вы тут болтали? – осведомилась Даша. – Наверняка о бабах! Стоило нам на секунду уйти…

– А вот и нет! – ответил Виталий, дурашливо улыбаясь. – Мы обсуждали сырное меню. Вы какой сыр будете есть?

– Каприз богов! – выпалила Дашка.

– Каприс де дье? – переспросил Леша. – Не срамись! Это можно купить в любом супермаркете! Выбери что-нибудь поприличнее!

– А я хочу каприз богов! – уперлась Дарья. – Имею я право на собственный каприз?!

– А я буду Sent Agure, – заказала Катя. – И еще этот пастушеский сыр… как его… с золой…

– Берите Стилтон, – посоветовал Виталий, просмотрев меню. – Он здесь действительно хороший, в меру выдержанный. И замечательно подходит к белому Orvieto Classico Superiore!

Официант подошел к столику, чтобы сменить приборы, и случайно задел рукавом Дашкин бокал.

– Смотреть надо! Тебе что – работа твоя не нравится?! – Дашка побагровела, сделалась ужасно некрасивой. – Где только таких находят? Понаехали в Москву…

Официант попятился, рассыпался в извинениях.

– Наша обслуга никуда не годится! – кипятилась Даша. – То ли дело филиппинцы! Вот мы с Лешиком ездили в круиз на английском лайнере, там была филиппинская прислуга – это что-то! Входишь в бар, там, кроме тебя, ни одного человека, а они стоят, как статуи! Даже не шелохнутся! И подносы вот так держат! Я сначала так и подумала, что это статуи, даже потрогала одного… – Даша хихикнула. – Оказалось – живой… – Она обвела присутствующих горящим взглядом. – Но стоит тебе сесть за столик – один из них тут же подлетает, чтобы принять заказ. Примет, все принесет, и снова, как статуя, застывает! А как они сказочно делают коктейли!

Даша закатила глаза, изобразив восторг.

– А какой был круиз? – спросила Катерина, чтобы поддержать разговор.

– Я же говорю – классный! Английский лайнер, пять звезд, восемь бассейнов, из них два – с искусственными волнами, два театра, казино, несколько бутиков… такой салон СПА – закачаешься! Я из него почти не вылезала!

– А какой был маршрут? Куда вы заходили?

– Лешик, куда мы заходили? – Даша повернулась к мужу. – Ах, ну да, в этот… в Гибралтар, потом в Лиссабон, потом на Канары и на эту… на Мадеру.

– Мадейру, – поправил ее муж.

– Ну я же так и сказала… А еще там, на лайнере, была такая классная команда аниматоров… – Даша снова закатила глаза, придвинулась к Кате и понизила голос: – Мальчики – просто блеск! Один лучше другого! Настоящие мачо! Один – аргентинец…

– Тебе понравился Лиссабон? – спросила Катя.

– Классно! – Даша оживилась. – Особенно эта их главная улица, Рамбла…

– Рамбла – это в Барселоне, – поправил ее Алексей. – В Лиссабоне Сеута…

– Ну что ты пристал! – надулась Даша. – Какая разница? Рамбла мне тоже понравилась… там такой классный бутик Prada… я только вошла, ко мне четыре человека бросились! Это я понимаю – обслуживание! Они борются за каждого клиента! А у нас в Третьяковке я вчера зашла в бутик – никого нет, я – единственная в магазине, и что ты думаешь? Эта корова даже не пошевелилась! Зад от стула не оторвала! Уткнулась носом в журнал, и хоть бы что! Такое впечатление, что ей покупатели не нужны! Ну, я, конечно, из принципа ничего не купила. Хотя там была одна сумка – просто отпад! Представляешь, такая огромная, и вся в стразах… Но я наступила себе на горло… – Даша вдруг задумалась, пошевелила губами и неуверенно проговорила: – Или это не там… этот бутик Prada, про который я говорила, кажется, он в Сен-Тропе… но в Лиссабоне тоже классно, я купила себе такие босоножки…

Оставшуюся часть вечера они ели изысканные сыры, пили хорошее вино и забавлялись легким разговором.

Возвращаясь домой, Катя прикрыла глаза и подумала, что стала на год старше, но это ее нисколько не огорчает. Ее жизнь, несомненно, удалась, самое главное – рядом с ней любимый, единственный человек…

Однако какое-то облачко все же омрачало ее горизонт. Что-то ее смутно беспокоило, что-то сегодня вечером было не так, хотя она и не могла вспомнить, что именно. Ужасно неприятное чувство, когда пытаешься ухватить воспоминание, а оно ускользает, не хуже золотой рыбки.

Что же это было? Ах да: лицо мужа, когда они вернулись с Дашкой из дамской комнаты, – слишком серьезное, жесткое даже. А, пустое, он же деловой человек, не может же он смотреть на всех так же ласково, как на жену. Любимую жену! Она потрогала бархатный зеленый футляр в виде сердечка и счастливо улыбнулась.

Просыпаясь, она не спешила сразу открывать глаза. Это была такая игра с детства – стараться определить по окружающим звукам и запахам, что происходит вокруг. Если по крошечной квартирке распространялся запах кофе, а из ванной слышался шум воды, маленькая Катя знала, что сегодня будний день и мама готовит завтрак, а папа собирается на работу. Если же в квартире стояла благословенная тишина – значит, впереди длинный выходной день, можно поспать подольше, а потом родители обязательно поведут в какое-нибудь интересное место. Родители очень любили Катю. И она их – тоже.

Вообще в ее жизни было много любви. С детства ее баловали, ласкали и дарили подарки. И бабушка, и папа с мамой, и старый друг отца, дядя Вася, который бывал у них в доме так часто, что Катя считала его близким родственником.

И в школе ее любили – Катя никогда ни с кем не ссорилась и училась хорошо. Ласковая послушная девочка, она успешно переходила из класса в класс. Не то чтобы ее так уж сильно интересовали школьные предметы, просто не хотелось огорчать родителей и учителей.

Отец много работал, мама всегда была дома – неизменно предупредительная и заботливая. За все время, пока она жила с родителями, Катя не помнила никаких ссор и скандалов. Жизнь текла безоблачно, ее никто не обижал, конечно, было несколько юношеских романов, но расставалась она с молодыми людьми всегда по обоюдному согласию, они даже сохраняли дружеские отношения.

А потом Катя встретила Виталия.

Мама очень хотела пойти на концерт Лучано Паваротти, отец купил билеты, но сопровождать ее не смог – устал после трудного дня, почувствовал себя неважно. Он вообще в последнее время жаловался на переутомление. Будь это любой другой концерт или вечеринка, или даже встреча со старыми друзьями, мама, не колеблясь, осталась бы дома, с ним. Но великий тенор ездил по миру в прощальном турне и давал в Москве только один концерт. Мама позвонила Кате.

Они оглядели себя в большом зеркале и улыбнулись друг дружке. Мать и дочь были очень похожи. И тут же Катя поймала в зеркале взгляд проходившего мимо мужчины и прочла в этом взгляде такое неприкрытое восхищение, что даже выронила программку. Он поспешно поднял программку, а когда, отдавая ее, заглянул Кате в глаза, сердце ее сладко заныло, как в юности.

Мама почувствовала, что именно происходит с ее дочкой, завела какой-то незначительный разговор. Вскоре у них, как выяснилось в ходе беседы, нашлись общие знакомые, и вечером после концерта Катя поняла, что обожает этого человека. А проснувшись утром, она неистово захотела за него замуж.

Оказалось, что он тоже этого хотел. Виталик оказался замечательным мужем – нежным, внимательным, заботливым. И, естественно, богатым. То есть деньги, конечно, не главное в жизни, говорила мама своей дочке еще в школе, однако все же хотелось бы, чтобы твой избранник твердо стоял на ногах.

Все это было. Муж ее был владельцем хоть и небольшого, но вполне самостоятельного банка, и дела его после женитьбы пошли еще лучше прежнего. Главный конкурент неожиданно умер от инфаркта, с остальными Виталий сумел полюбовно договориться, и банк его значительно расширился. Впрочем, Катя не слишком-то интересовалась делами мужа. Главное, что он у нее есть – ласковый, любящий, внимательный, самый лучший… Он выполнял любые ее желания, да что там, он их предугадывал. Он построил для нее замечательный загородный дом, чтобы их будущие дети росли на свежем воздухе. Катя с восторгом окунулась в хлопоты по его отделке и обустройству интерьера.

Муж ее обожал и принимал любые ее идеи, они любили друг друга страстно – по ночам и нежно – днем. Виталик оказался замечательным любовником, Катя просто млела, таяла в его объятиях. Каждую комнату в доме они освятили своей любовью, муж всерьез утверждал, что только таким образом можно приманить в дом счастливых духов. Катя смеялась и закрывала ему рот ладонью, он целовал ее запястье, и, несмотря на то, что брови его были нахмурены, в глазах плясали смешинки. И ей хотелось целовать эти глаза – до тех пор, пока в них не загорался огонь страсти. И все начиналось сначала…