волшебное. На вид Старик был обычным человеком, если не знать, что ему как минимум сотня лет и ни разу не слышать, как он рассказывает истории о местах. Рассказывает так, что отправляет вас взглянуть самих на самое потрясающее творение природы. Или рассказывает о людях, будто открывает шар судьбы и показывает жизнь человека, а потом снова осторожно закрывает.
Иногда Маку приходила мысль, что его путешествия – это тоже лишь фантазия безумного старца, и на самом деле он, молодой южанин находится взаперти старинной башни, в которой хранятся разные заклинания, амулеты, сны. Что он уже несколько лет, по какой-то неведомой ему причине должен учиться забытым языкам, наукам о травах и жить в прошлом веке без сотовой связи, непонятно в какой реальности. Юнец бодро отгонял путающиеся мысли. Сомневаться в своем собственном мире он не хотел. Здесь в библиотеке на берегу спящего моря он чувствовал себя дома.
* * *
Мак все чаще бывал в отделе сказок разных народов, беспорядочно перебирая все книги подряд, словно пытаясь найти что-то, что позволит вспомнить его настоящее прошлое. Не брезгуя мирами утопии и историями о первых людях-охотниках на мамонтов, он брал с полки то, что обжигало руку. Поначалу с детским азартом он отправлялся в путешествие по мирам. Радостно готовился к приключению и открывая первую страницу язвительно спрашивал: ну, что же сегодня? Каждый из таких дней был для него как выходной, праздник, как поход в кино или сладкий подарок на новый год. Молодой авантюризм играл в жилах и подзадоривал. Мак готов был к любым ситуациям, уверенный в своей ловкости и удаче. Ни разу он не задумался, что может не ввернуться назад.
Так и сегодня, после дня двойной красной луны, что ровным счетом ничего не значило для него, как и для другого юноши, не обремененного личной трагедией, он по-мальчишечьи завернул на одиннадцатый ряд. Мысленно он благодарил винную энциклопедию, которая усыпила бдительность учителя. Успев еще до обеда закончить все дела, он поднялся по лестнице с глубокими длинными ступенями, отделяющими сказочные полки от всего остального сборища книг в библиотеке. Провел ладонью по нижней полке, проходя все дальше, как бы дразня молчаливых друзей. Заглянул в круглое окно, точно посередине освещающее обе стороны ряда, явно показывая всем остальным привилегированное положение этой части читальни. Книжные полки нетерпеливо вибрировали, книги перешептывались и передразнивали друг друга. Разными голосами и языками: кто же? Кто же? КТО же? То громче, то тише, все быстрее, слова сливались в один звук, так похожий на шелест. Ветерок, проникающий сквозь тонкие щели ветхих рам, замер в ожидании, вот-вот что-то произойдет.
Мак задумчиво остановился, споткнувшись пальцами о металлический корешок книги, поиграл на нем пальцами, простучал незамысловатую мелодию и вытащил книгу по соседству. Книга была в желтом переплете, местами в пятнах цвета пролитого кофе. Обложка шелковистая, обтянута тканью до предела напряжения, вот-вот лопнет. Молодой путешественник поправил ремень с инструментами и оружием, которое теперь всегда было при нем. На поясе заполнены всего три ячейки. Тут и персидский кинжал со стеклянной рукояткой, внутри нее эликсир, заживляющий раны, старательно заточенный алмазным кругом. Молот, самый крепкий и легкий на 7 холмах. И коробок с толченными изумрудами, для сонного вмешательства. Пользоваться Мак умел только человеческим назначением: драться ножом, разбить препятствие молотком, но красота вещей этих его прельщала, а магия их возбуждала. От волнения он слишком быстро стряхнул пыль со страниц, почти незаметный запах опасности и неправды разлетелся по комнате. Мак коснулся первой буквы, каллиграфически выписанной в арабском стиле. Луч солнца, приближающего в полдень так близко, ударил бесшумно в окно, и распался на десятки тонких нитей внутри, рассекая пространство. Слова рассыпались песком на деревянный пол, а уверенный мягкий голос ученика мага постепенно затихал, звонко отзываясь только в голове.
* * *
Какое безрассудство, упрекал себя Мак, пробираясь сквозь наступающую в лицо песчаную бурю. Закутавшись в серый плащ, он не заметил, как свернул с тропы караванов и уже обходил шумный город со стороны.
– Погожий день для прогулки, – басом прозвучал голос по правую руку. Мужчина незаметно сравнялся с Маком. Еще болтливых персонажей мне не хватало, проворчал парень так, что ветер затолкал его слова обратно в горло. Удивительно как легко и громко говорил человек. Голос его не дрожал, дыхание не сбивалось от порывов, будто мышцы его не напрягались вовсе. Мак не мог повернуться, чтобы рассмотреть своего спутника.
– Ты немного опоздал, парень. Знаешь, что это за место? – человек не ждал ответа, говорил сам с собой – Это Киброн, снежный город, не удивляйся, когда войдешь в него. Этот город не найти, если у тебя не ледяное сердце. И не выйти, если не растопить его. Когда-то сюда вошли странствующие ангелы.
В их молодых глазах блестели все предыдущие картины что они видели: земли разные, люди, войны, любовь – все чувства человеческие были заперты в этих глазах. Путники достигли города за несколько недель, город преобразился. Весеннее солнце появилось неожиданно рано, и никто не заметил, что месяц был январь. Народ веселился и радовался наступающим праздникам урожая, а они, незамеченные стражей, влились в городскую толпу. Они торопились найти еще одного… – он запнулся – еще одно существо, способного изменить судьбу человечества, защитить и забрать с собой. Я тоже ищу… и мои поиски тоже затянулись, ведь чувства порой путают наши планы. Говорят, носящий крылья влюбился в бретанскую красавицу, жену местного богача Менома, который так жестоко с ней обращался, что злость превратилась в его же неизлечимую болезнь и теперь мучила его нестерпимой болью. Каждую ночь она приходила к ангелу, каждую ночь он, словно черт, – рассказчик слова остановился и Мак почувствовал на себе пристальный взгляд – спрашивал ее: «Кто тебе дороже? Я или он?» Девушка не смогла сделать выбор, человеку вообще не свойственно уметь выбирать.
У главных ворот поднялась пыль, через минуту можно было разглядеть всадника с ребенком, крепко прижимающегося к нему. Восхитительный арабский скакун угольного цвета копытами раскалывал наступающий следом лед. За ними следовали сопровождающие с опушенными до подбородка темными капюшонами. Стражники громыхали оружием за ними, но их кони вставали на дыбы, злобно фыркали и сбрасывали их наземь там, где начинался песок. Еще через минуту всадник исчез в песках, а стражники растворились прямо на глазах, как видение.
Буря стихла. Мак обернулся, но спутника не увидел. В город войти он не решился. Достал из-за пазухи прихваченную с собой книгу и открыл на последней странице.
* *
